Чтение онлайн

Но наши шаманы, которые очень походили на цирковых клоунов, не обращали особого внимания на ведущийся нами обстрел, начали громко кричать:

– Убивайте недостойных, не послушных Черному Духу. Они являются личными врагами нашего божества.

В ответ на призы магов-шаманов, масса людей в черном дрогнула и в едином порыве шагнула по направлению противника. Причем, особо бросалось в глаза, что колонна не развернулась в боевые порядки и не сформировала фронт атаки, чтобы сама атака стала бы направленным действием и произвела бы определенный эффект. По всей очевидности, видя нашу малочисленность, враг недооценивал нас и решил атаковать, не разворачиваясь в боевые колонны. Шаманы полагали, что в течение нескольких минут сумеют сломить наше сопротивление. Но в этот же момент усилился огонь нашей артиллерии, скорпионы, онагры, баллисты и катапульты едиными залпами обстреливали вражескую колонну, из которой десятками и сотнями валились на землю люди в черном.

Я собственными глазами мог наблюдать, как многие из казалось бы погибших людей в черном снова и снова поднимались на ноги и занимали свои места в рядах колонны. Серьезно раненные и сильно покалеченные люди, двигаясь, словно неодушевленные роботы, они тоже вставали на ноги, а, если не хватало сил, то плелись вслед за колонной со стрелами, торчащими из груди, плеч и ног. Я видел одного из них, который был насквозь пронзен полуметровым дротиком скорпиона, и эта нечисть с дротиком, торчащим из груди, пыталась втиснуться в строй колонны и занять свое место. Но у нее ничего не получалось, мешали длинные концы дротика, торчащие из разных сторон грудины. Тогда эта тварь собственными руками стала проталкивать этот дротик через рану в своем теле, но она добилась только того, что дротик стал в основном торчать из ее спины. Было хорошо видно, что процесс проталкивания дротика этой твари дьявола все-таки приносило величайшую боль и страдания, но ни одна другая тварь не пришла ей на помощь и не помогла вытащить дротик из раны. Мозгов у них на это не хватало! Тогда эта нечисть, удлинив свои руки и заведя их за спину, стала сама из раны тянуть дротик. После всего этого рана выглядела ужасно, но она начала быстро затягиваться, а эта черная тварь вновь заняла место в строю и продолжила сражаться.

По приказу полковника Борга, три пехотных каре начали выдвигаться навстречу противнику. Эти три небольших каре на общем фоне черной массы неприятеля выглядели тремя маленькими песчинками в море черноты. Но каре набирали скорость и, словно три клина, вонзились в эту черную массу, оставляя за собой три широких просеки. Пехота, вооруженная копьями, мечами и топорами и получившая профессиональную подготовку, неплохо управлялась с людьми в черном. Дисциплинированность, коллективизм и организованность подавляли, возможно, героические, но одиночные порывы неприятеля, к тому же вооруженного одними только зигзагообразными кинжалами. К сожалению, морских пехотинцев с нашей стороны насчитывалось всего сто пятьдесят человек, а людей в черном было около двух тысяч человек. Поэтому продвижение каре в этой сплошной черноте, первоначально шедшее довольно таки быстро, стало замедляться с каждый последующим шагом, а иногда даже приостанавливалось. Причем, со стороны было очень хорошо заметно, что таких задержек становилось все больше и они происходили все чаще.

Поморец Ануфрий первым начал активные действия.

Засмотревшись на схватку наших морских пехотинцев с вражескими бойцами, я только краем глаза заметил, как с рук мага сорвались две огненные змеи и устремились к позициям нашей артиллерии, которые была устроена на склоне горы. Огненные змеи, достигнув артиллерийских позиций, подожгли маскировку орудий, не тронули артиллеристов. Вслед за Поморцем Ануфрием в дело вступили Поморец Чернорясник и Поморец Черноскитник, которые желтыми лучами из глаз, очень похожими на лазерное излучение, попытались уничтожить скорпионы и онагры, поразить артиллеристов. Обстрел был не особо прицельным и велся, как говорят профессионалы, по площадям. Но артиллеристы были вынуждены покинуть орудия и спрятаться от желтого излучения в укрытиях, что немедленно сказалось на интенсивности и прицельности нашего артиллерийского огня. Как результат, обстрел артиллерии частично ослаб и частично прекратился.

Только катапульты продолжали бесперебойно работать и швыряться во врага большими валунами, они были хорошо упрятаны от глаз вражеских колдунов склоном горы.

На поле боя наступил момент, когда остановились и прекратили продвижение вперед наши пехотные каре, путь которых был устлан горами вражеских трупов. Страшно было просто смотреть на количество погибших людей в черном, но и наших морпехов к этому времени полегло немало в этой затянувшейся схватке. К тому же следовало добавить, что эти горы трупов не оставались спокойными, когда по ним шагали наши пехотные каре. Они постоянно ворошились и шевелились, из них постоянно на ноги поднимались раненные или сильно покалеченные люди в черном, которые тут вступали в схватку с нашими воинами, чтобы снова упасть на землю.

Но людей в черном было очень много, они со всех сторон облепили наше каре, со всех сторон атаковали на наших парней.

Я видел и душой начал ощущать, что наши морпехи начали уставать, и тогда в моей голове промелькнула мысль о передышке. Морпехи устали от этих бесконечных выпадов копьем и нанесения ударов мечом, им требовался отдых. Словно угадав мои пожелания, все три каре развернулись и на несколько шагов отошли от передовой линии людей в черном. Как только появился разрыв, каре перестроилось в одну общую фалангу, ряды которой заострилась наконечниками копий, обухи которых были углублены для большего упора в землю, и замерло в полной готовности продолжить сражение.

Полковник Борг в течение очень короткого времени провел четкую и грамотную перегруппировку своих сил, создав общий строй одной фаланги-каре.

Этот момент разъединения войск предоставил мне время и возможность для нанесения своего второго магического удара. Созданный и выпущенный мною огненный вихрь прошелестел между двумя разъединенными группами людей и полностью покрыл пространство между ними, превращая в прах и пепел стоящих и лежащих на земле людей в черном. Между фалангой и противостоящими ей врагами пролегла черная полоса выжженной земли. Теперь раненная или искалеченная нечисть уже не сможет подняться на ноги, чтобы снова топтать и осквернять нашу землю.

Мой огненный налет, разумеется, привлек внимание шаманов-скоморохов, они стали озираться по сторонам, пытаясь обнаружить мое укрытие. Боевые маги-шаманы на время даже прервали свою увлекательную работу по уничтожению нашей артиллерии, оставив нетронутыми половину наших скорпионов и онагров и прекратив обстрел артиллеристов, которые тут же занялись перезарядкой орудий. Шаманы стояли в нерешительности и глазами рыскали по сторонам, стараясь определить местонахождение вражеского мага. Чего они, разумеется, никак не могли сделать, так как я находился далеко от них, на борту "Весенней Ласточки", которая в свою очередь стояла на рейде, скрытая горой от глаз черных колдунов.

В это мгновение одна из катапульт произвела очередной выстрел и, когда валун достиг высшей точки траектории своего полета, я слегка подкорректировал траекторию его падения. Маги-шаманы вовремя заметили странную избирательность падения валуна и трое из них быстренько рванули в стороны из-под падающего валуна, а Поморец Пшенник чуть-чуть растерялся, он, как стоял, так и остался стоять на месте, широко раскрыв от охватившего его удивления рот. Ведь валун на его глазах изменил кривизну своего падения. По всей видимости, этот шаман был тугодумом и не смог вовремя принять решения о том, что следует делать в таких случаях. Валун накрыл его все еще стоящего с раскрытым ртом, Поморец Пшенник не успел даже вскрикнуть, только несколько брызг крови разлетелось вокруг. Оставшаяся в живых, тройка шаманов тут же совсем прекратила свои магические игры с нашей артиллерией и, завернувшись в разноцветные балахоны, с деловитым видом направилась к кибиткам табора номадов, раскинувшегося неподалеку.

Бой с людьми в черном был приостановлен, но не окончен. Мы обменялись несколькими ударами, в результате которых была уничтожена номадская конница, нанесен урон людям в черном и был убит один из трех колдунов. Но враг не был окончательно разгромлен, сумел сохранить большую часть своих сил, а тройка шаманов из северного Поморья могла еще натворить немало плохих дел.

"Весенняя Ласточка" в любую секунду была готова вступить в бой, баллисты были заряжены и готовы, матросы палубной команды практически всем составом высыпали на палубу в ожидании приказов от своего "дядьки" Скандинава. Сам же коммодор, до этого момента постоянно мешавший мне своими покашливаниями и намеками о необходимости выхода в океан успокоился и теперь вместе со мной по зеркальному монитору наблюдал за прямой трансляцией с поля боя.