Море-убийца
Шрифт:
— Мне уже скоро пятнадцать, — поправила Лорелей.
— Все равно, до тех пор, пока ты не повзрослеешь. Тогда я вернусь, и если...
Он снова замолчал. Он не должен был признаваться ей в своих чувствах.
Лорелей опустила глаза.
— Спасибо, Уильям, — сказала она. — Идем. Я хочу показать тебе то, что нашла.
То, что показал мне юнга, хотела сказать Лорелей. Но она видела, как раздражают Уильяма разговоры о мальчике и о корабле, и решила больше не упоминать о них.
Девушка не могла точно определить, что именно она чувствует по отношению к Уильяму, необычайно красивому молодому человеку. Ей очень хотелось доверять ему. Когда Уильям держал ее руки в своих, он, казалось, с трудом подбирал слова, чтобы не дать воли чувствам. Но в душе она знала, что по-настоящему его интересовали лишь золото и драгоценности, спрятанные на острове.
Они спрыгнули в воду и пошли к берегу. Некоторое время Лорелей искала дыру, от которой отходила линия камней, ведущая прямо к черепу.
Они с легкостью нашли первый камень, бугорок, поросший мхом. В любом другом месте за двести лет земля и зелень полностью покрыли бы его, но здесь, на этом песчаном берегу, ничто не менялось так скоро.
Лорелей нетерпеливо опустилась на колени и соскребла мох с поверхности земли. Конечно же подо мхом оказался белый прибрежный камень.
— Смотри! — крикнула она.
На камне был глубоко выцарапан крест.
— Идем со мной!
Лорелей надела сандалии и устремилась обратно, сквозь заросли и прибрежную зелень, следуя вдоль аккуратно уложенной черты камней.
— Погляди, как они лежат. Друг за другом, прямой линией! — крикнула она. — Это как стрела, и она указывает путь к большому белому камню там, наверху.
Когда они добежали до места и взорам их предстал выпирающий из-под корней рухнувшего дерева камень, даже Уильям вскрикнул от изумления.
— Теперь ты видишь, о чем я говорила? — настаивала Лорелей. — А сейчас оглянись и посмотри. К морю отсюда ведет прямая дорожка из камней.
— На этом месте выросло дерево, и оно скрывало тайну все минувшие годы, — промолвил Уильям. — И надо же было ему упасть именно во время нынешней бури!
— Или же быть поваленным потусторонними силами, — вставила Лорелей. — Прежде в руке у юнги я никогда не видела черепа. Той ночью это случилось впервые!
Уильям вздрогнул.
— Этот камень будто вобрал в себя всю злобу тех, кто оставил его здесь, — сказал он. — Они грабили, убивали, а в конце концов и сами умерли на виселице.
— Сами сокровища тоже злые. — Лорелей тронула его за руку. — Не могли бы мы просто забыть о них и уплыть отсюда?
— Ты не понимаешь. Мне нужны деньги, чтобы поквитаться с теми людьми, которые виновны в смерти Эммы!
Уильям отдернул руку. И снова лицо его потемнело, а в глазах загорелись искорки ненависти.
— Однажды я расскажу тебе всю эту историю, — пообещал он. — А пока пойми, что я потратил три года жизни на поиски этого клада и без него я просто никто.
Лорелей вздрогнула. Ненависть, месть, жадность до денег... Почему все кладоискатели испытывают одни и те же чувства?
Уильям изучал камень и окрестности, прикидывал расстояние до моря.
— Это объясняет все то, в чем я изначально сомневался, — сказал он. — К чему было пиратам тащить огромный сундук в центр острова, чтобы там его зарыть? Почему не у берега, неподалеку от поставленных на якоря кораблей?
— Так значит, и ты догадался, что яма в центре острова — это просто обман? — спросила Лорелей. Мысль о годах, напрасно проведенных на острове, вызывала в ней гнев и тоску.
Уильям пожал плечами:
— Я не знаю. Может, в той яме и зарыт сундук с сокровищами, а может, там вход в лабиринт подземных тоннелей, ведущих к нему или к пещерам, в которых он спрятан. Однако в самой идее, что у пиратов был более короткий, удобный и быстрый путь к сокровищам, как мне кажется, есть определенный смысл. Возможно, именно этим и объясняется то, что в центре острова до сих пор не найдено ничего, кроме горстки монет и кокосовой скорлупы. — Уильям начал расчищать землю вокруг камня. — Мне нужно принести лопату.
— Это было бы глупо, — остановила его Лорелей. — Нас может увидеть отец. Нужно вернуться сюда ночью и копать, пока он спит.
— Все, Джо, история становится страшноватой, — вздрогнула Луиза. — А что, если отец застукает Лорелей, когда она попытается ночью уйти?
— И представь себе: в полной темноте делать подкоп под камнем подобной формы... — добавила Алекс.
— А тут еще призрак юнги поблизости бродит, — поддержала Чарли. — Слава богу, я хоть в призраков не верю.
С этими словами она зарылась поглубже в спальный мешок.
— Я боюсь, Уильям только использует Лорелей, — покачала головой Алекс. — Может, теперь, когда она указала ему место, он просто выроет клад и уплывет без нее!
— Все будет именно так, Джо? — спросила Луиза.
Но Джо, не обращая внимания на расспросы подруг, поднесла палеи к губам:
— Шшш! Молчите и слушайте!
На паруснике было тихо. Капли дождя барабанили по палубе, над головами девочек. Ветер утих, и канаты больше не бились о мачту. Вместо этого до них донесся негромкий плеск.
— Там что-то снаружи! — прошептала Алекс. — Оно приближается к кораблю.
ГЛАВА 10
— Мне страшно туда идти, — вздрогнула Луиза. — Я чувствую себя мышью в мышеловке.
— Давайте откроем люк и посмотрим, — предложила Алекс.
Она сняла замки с люка, находившегося над их головами, и осторожно его приоткрыла.
Плеск становился все громче, послышались вздохи и чмокающие звуки.
— Высунь голову... — шепнула Чарли. — Что-нибудь видишь?