Чтение онлайн

Через каких-то двадцать минут Зорин топтался у сымпровизированной им зеркальной стойки, состоящей из вбитой в землю сучковатой палки, с прихваченной краями на скотч зеркалом. Это было не так здорово как в ванной, но всё же, дело потихоньку двигалось. Первое съёмное лезвие забилось окончательно на четвёртой минуте. Оно исполнило функцию первопроходца по беспролазным кущам Вадимовых зарослей. Борода была едва прорежена, но второе лезвие, взявшее, в общем, ту же задачу, улучшила результат и подготовило лицо для третьей окончательной хожки. Вадим напенил лицо сызнова и уже аккуратнее с нажимом стал снимать под корень остатки волос. К процессу бритья он относился трепетно, как певец к песне или монах к молитве. Наконец, скоро он омыл помолодевшую кожу щёк и щедро напитал её одеколоном «Консул». Охлопывая по щекам, он с благовением принял пощипывания как долгожданное и позабытое явление.

«Хорошо… Хорошо же! Новое лицо — новый взгляд! Свежие решения!» — Почему-то именно сейчас казалось, что всё пойдёт как надо. Как должно. Убирая станок, Зорин подумал, что лезвий ещё предостаточно, хватит и Ваньке срезать ботву, если захочет, конечно…

К тому времени, как ребята начали подниматься, завтрак Зорина испускал ароматы гречневой мясной каши и притягивал к огню всех озябших в холодное утро. Первая ахнула и всплеснула руками Наташа.

— Вади-им… — Засмеялась, но тут же, выраженным жестом большого пальца оценила новоявленное лицо Вадима. — Во-о! Помолодел лет на двести! Это Холм такое чудо сделал или ты сам?

Привлечённые шумом стали подтягиваться остальные, оставляя за собой шутливые комментарии:

— Николаич! Красава! Сбросил стольник. Ещё бы постричь тебя…

— Маэстро?! Вы меня покинули?! А как же лига бородачей-авантюристов?!

Вадим, переодетый в чистое, свежевыбритый и помолодевший, благосклонно отпускал ответы:

— Да вот, решил соскоблиться… Дай, думаю, подгусарюсь… Командир должен сиять как полковое знамя! Или нет?!

Заряд настроения был обеспечен. Юмор как стакан сметаны пришёлся ко двору в этот пасмурный час. Вадим оправил всех умываться, а сам, помешивая, густо приправленную тушёнкой кашу, размерил порции по тарелкам. Коллектив шумно плескался, был отчётливо слышен хохот Головного, девчачьи смехопереливы и трубный голос Ивана.

— Да погоди ты… Чего такой торопыжка… Побудь ещё в старом образе…

Зорин улыбнулся. Похоже, Ваня воодушевлённый примером, намеревался вслед за ним, покинуть лигу бородачей, но Наталья как всегда была против поспешных решений.

Каша была оприходована вся без остатка. Аппетит витал просто отменный и этому, быть может, способствовало холодное утро, а возможно Вадим не пожалел тушёнки… Пока ели, молчали и Зорин обдумывал как поделикатней объявить новость. С языка не шло начало… Идиллия завтрака, молчаливые улыбки — всё это как-то не располагало к резкой смене настроения, и Вадим вынужденно молчал пока… Потом, уже за чаем, всё получилось само собой. Наталья зябко поёжилась, зарываясь подбородком в джемпер и принимая в руки дымящуюся чашку, посетовала:

— Бр-р-р… Холодно, господа, однако!

Её замечание как нельзя кстати послужило отправной точкой для нужного разговора.

— Холодно? — Уцепился Вадим. — Ничего! К полудню распогодится, расжарится так, что из свитеров повылезаете! Припечёт, мама не горюй!

Сказал и, на те, растерялся. Реакция на столь прямой (прямее некуда) прогноз была не той, что Вадим ожидал. Ребята проглотили его замечание как обыденное, совсем не значащее. Не удивились… Ну, ладно, таёжник он. Но ведь, не синоптик! Один только Ванька глянул на небо и недоверчиво улыбнулся.

— Не похоже… Как бы дождь не зарядил! Небо, вон оно как затянуло!

Зорин удовлетворённо кивнул. Пора сбрасывать карты…

— Дождь в нашем положении не нужен, это факт, но! — Он сделал упор на «но», делая разрыв паузой. — Было бы лучше, если б он пошёл.

— Почему?

— Видишь ли, Ваня… Впрочем, ко всем хочу обратиться! Вас не смущает, ребята, что погода третий день подряд ходит по кругу? — Вадим обвёл лица, но пока не обнаружил нужной искры. — Третье утро погода нас пугает дождём, а потом… — Он опять сделал паузу. — Потом тучки уходят невесть куда, и солнце жарит не по детски.

Он ещё раз прошёлся по лицам, но оживление встретил только у Натальи.

— А ведь, действительно…

Остальные, то ли не въезжали, то ли не хотели… Олег, прихлёбывая чай, вяло пробормотал:

— Николаич, это август… Он такой…

Зорина даже покоробила такая инертность мышления.

— Олег, я лучше вас знаю особенности августа! Я и сентябрь рассчитываю, там свои сезонные прелести. Проблема несколько иного рода… — Он мысленно сплюнул и разозлился сам на себя. «И чего я тут как пацан перед ними?!» — Короче, у меня есть предположение! Не буду ходить огородами, вижу, не понимаете… Мы застряли, не то чтоб на Холме… Мы застряли во временном отрезке. Все смотрели «День Сурка»?

Наконец, проняло. Стрела попала куда надо и, оказалось, фильм смотрели все. Ребята оживились, смакуя любимые сцены из фильма, а главное… Ухватили подлежащую суть.

— Николаич, ты это серьёзно? — Олег, и другие тоже, окончательно «проснулись». Именно такого внимания Вадим и жаждал.

— Да! Вполне. Только в кино герой влип, кажется, на второе февраля? Вот… А у нас бег по кругу приходится на двадцать первое августа. — Вадим вдруг снял часы и тряхнул их в кулаке. — Помните, я жаловался, что часы, мол, ходят, а дату заклинило на двадцать один? Так вот, календарь вовсе не сломался! Он отображает действительное текущее число.

Вадим вновь потряс красноречиво часами и членораздельно выговорил:

— Сегодня двадцать первое августа! Третьи сутки подряд. — Он передал часы Головному и попросил двигать их по кругу. — Ещё вчера я перевёл дату на двадцать второе, а ночью календарик сам перешагнул на двадцать третье. И что же утром? А сегодня утром в часах маячит двадцать один, а над головой несутся уж очень знакомые тучки. Для сведения скажу: именно так начинался день двадцать первого. Пасмурной хмарью… Затем помалу прояснялось, а там и вовсе жарило. Да так жарило, что Наташа, кляня погоду, выпрыгивала из своего теплого джемпера! Разве нет?!

— И что, сегодня тоже будет жарко? — Спросила Наталья, разглядывая дату на часах.

— Если я прав, а прав я, скорей всего… К обеденному часу небо очистится от этой завесы. — Зорин вскинул брови, указывая глазами наверх. — Останется всего-то пол облака на небо и солнышко помалу растопит воздух…

— Невероятно! День Сурка натурально… — Засмеялся Климов, принимая от Люси часы.

— А я тоже это небо отметила! — Сказала Люся, улыбнувшись. — Но не придала значение… Забавно! Билл Мюррэй — мой любимый актёр, ему там было проще. Повторялись события и люди, а здесь? Пасмурное небо по утрам… И сравнить реально-то не с чем!