Чтение онлайн

Мужчина снял колпачок дорогой авторучки и аккуратно написал печатными буквами: послать Ники к Ди, открытки, чемодан, косметика, записки в банк, Бонни. Вечером они с Ники обсудят все в деталях.

Он не беспокоился: потаскушка Ди сломя голову примчится в его тайное убежище. Эта простая белая комната без всяких украшений и излишеств успокаивала его, позволяла расслабиться, снимала напряжение в те часы, когда подступала болезнь, и в то же время непостижимым образом давала ему ощущение могущества и беспредельной власти над жизнью и смертью. Эта комната — его гавань, его приют, его спасение.

Он сложил записку, засунул в карман и снова представил себе, как будет выглядеть эта девка вечером. Слишком открытое платье над самой обычной грудью. Все вырезано чересчур низко, даже туфли шлюшки, наверное, слишком тесны и открыты. Он заранее ненавидел маленькие мизинцы ее ног, крепко прижатые заостренными мысками туфель на высоких каблуках. Пытаясь избавиться от омерзения, он снова обвел взглядом комнату: пастельные тона ее стен и обстановки неизменно успокаивали его. Белое. Цвета слоновой кости. Белое с желтоватым оттенком. Кремовое. Только в полутемных углах чуть заметна текстура светлого дерева. Ни современного блестящего стекла, ни темной древесины. Никаких излишеств и безделушек. Нежилая, не согретая человеческим теплом комната. Чистая, белая, в стиле модернизма начала века.

В этой стерильной комнате не бывает тепло. Он сохраняет ее холодной, практически ледяной. Здесь эта «беби» в свежезамороженном виде будет меньше вонять. Он глубоко вдыхает освежающий холодный воздух комнаты, которая стала его святыней, его прибежищем, его крепостью.

Главное управление правопорядка обычно поручало Эйхорду самые сложные дела: расследования убийств или преступления, вызвавшие самый большой общественный резонанс. И если бы убийство Хоут произошло в другом городе, оно могло бы и не попасть на стол Джека, но бакхедское управление было его родным домом, и здесь этот случай оказался самым серьезным.

— Алло, — сказал Джек телефонистке, — мне нужен междугородный разговор с Доу Джери.

— Минуточку, — ответили ему. Гудели линии дальней телефонной связи Аризоны, твердый пластик прижат к левому уху Эйхорда.

— Кабинет доктора Джери.

— Алло. Междугородный. Джек Эйхорд вызывает доктора Джери.

Снова ожидание.

— Джек? — пробился голос доктора.

— Док?

— Возможно ли, легендарный Джек Эйхорд? — Писклявый мужской голос заставил Эйхорда улыбнуться. Доктор Джери был его хорошим знакомым.

— Боюсь, что я, старина. Снова я. — Он рассмеялся в трубку.

— Не ожидал, что узнаешь меня после долгого перерыва.

— Узнал, узнал. Как ты? Что-нибудь случилось?

— У меня все отлично. Но я, конечно, по делу: в Бакхеде совершено убийство, сильно смахивающее на те, что расследовались в Техасе несколько лет назад. — И Джек изложил все сведения об этой серии убийств, почерпнутые им из старых газет. Он получил их от приятеля-журналиста, собравшего большую подшивку вырезок о подобных делах, расследовавшихся Главным управлением и в Амарилло. — Их называли убийствами Мороженщика. Вспоминаешь?

— Ммм, — доктор немного подумал, — нет, я не помню. И, по-моему, даже не слышал о них.

— Убийства совершались примерно двадцать лет назад. Похоже, что недавнее преступление в Бакхеде того же типа. Мне совершенно необходимо получить некоторые сведения. У тебя есть время?

— Разумеется, Джек, спрашивай.

— Я постараюсь коротко. У меня много проблем, связанных с психологией; Я хочу понять, нормален убийца или у него есть психические отклонения. — И он рассказал доктору все, что знал об убийстве Тины Хоут. Оральное изнасилование. Следы спермы во рту погибшей. В качестве орудия убийства использовался предмет типа пестика для колки льда, как и двадцать лет назад, что подтверждено медицинской экспертизой.

— Давай вернемся к старым убийствам, Джек, — сказал доктор. — Значит, вначале были удушения, а потом убийства пестиком?

— Да.

— Точно можешь сказать, куда наносился удар? Ты, помнится, говорил об ударе в глаз?

— Да, верно. Первый раз — в висок, второй — в ухо, третий — в глаз.

— Может быть, он каждый раз целился в глаза, но жертва двигалась или срывалась рука? Видишь ли, удар в глазное яблоко дает картину классического случая паранойи, то есть кто-то очень низкого о себе мнения считает себя самой омерзительной, уродливой личностью и думает, что для женщины с хорошим вкусом он будет отвратителен.

Доктор Джери начал говорить очень быстро, не утруждая себя выбором слов:

— Определенные психические отклонения есть в каждом из нас, потенциально отрицательные эмоции и стрессы ежедневной жизни иногда становятся катализаторами взрыва, последствиями которого могут быть три типа непредсказуемого асоциального поведения: случайный проступок, острая паранойя, хроническая паранойя. Жесткие экономические обстоятельства или стрессовая ситуация в результате случайного происшествия могут толкнуть человека на единичный поступок, не вписывающийся в рамки поведения законопослушного гражданина.

Но и в этих из ряда вон выходящих ситуациях действия психически нормального индивидуума будут отличаться от реакции хронического параноика. Лица данной категории обычно обладают неустойчивым характером, они чувствуют не принадлежность к обществу, а необходимость состязаться с ним.

— Почему такой хроник убивает? Боится окружающих и хочет избавиться от них?

— Нет, это сложнее. Существуют различные типы хронических больных, чьи извращенные представления приводят их к убийству. Истерики, эпилептики, шизоиды могут убивать из враждебности, от крушения надежд, от страха или дезориентации в жизненных ситуациях. Но убийцы, с которыми тебе приходится иметь дело, стремятся обосновать свои действия. Они заявляют обществу: «Я не боюсь вас. Вы боитесь меня. Я для вас страшнее, чем вы для меня». Это крайняя степень расстроенной психики, и естественно, такой тип убийц находит массу различных поводов для подобных действий.

— Можешь ты дать характеристику такого типа личности?

— Разве что в самом общем виде. Например, такой индивид долгое время психологически может быть готовым к убийству. В какой-то момент полученный стресс доводит его до состояния эмоциональной неустойчивости, психического разбаланса, и он убивает. В повседневной обстановке он ничем не выделяется, по крайней мере, в его представлении, и ведет обычный образ жизни нормального человека. В глубине души он считает себя более умным и искушенным, чем окружающие, и это дает ему ощущение уверенности в себе. Или даже более выражение: я настолько умнее тебя, что не имеет смысла конкурировать в обычной социальной области.