Чтение онлайн

– Ну же, давай спляшем танец плодородия! – скомандовала Ланна.

Мы вскочили и давай толкаться, кружить, похрюкивая. Ланна сняла топик, и бурая жижа растекалась по ее грудям.

– Защитите себя от вредоносных лучей при помощи этого замечательного «Фактора-12»! – выдала Ланна, моргая.

Я засмеялась, и смех вернулся эхом от утеса.

Мы зашагали вниз по реке. Остановились на берегу, где трава переходила в полоску песка и гальки.

– Поосторожней там, на валунах! – предупредила я. – Если упадешь, ногу сломаешь как пить дать.

Мы сигали с валуна на валун. Пропустив Ланну вперед, я наблюдала, как она прыгает, покачивается, стараясь удержать равновесие, снова перелетает с камня на камень. Порой ее груди взмывали, пропадая из виду, когда она вытягивала руки и размахивала ими, как мельница крыльями, повизгивая. Я приземлилась на камень возле нее, и мы прыснули, потешаясь над своими заляпанными грязью физиономиями. Ланна схватилась рукой за валун и прыгнула.

Когда мы добрались до заводи, я расстелила полотенце на плоском камне.

– Здесь просто расчудесно, – оценила Ланна.

А я заметила:

– В середине глубоко. Смотри: если задержать дыхание, можно прыгнуть прямо туда, на глубину.

– Тогда ты первая.

– Давай вместе. Ты ж вся в этой жиже.

Мы скинули с себя все, кроме обуви, вскарабкались на огромный валун и прошлепали через глубокое место, держась за руки. Я перетащила ее на другой берег, в высокую траву, которая щекотала голени.

– Мне приспичило, – объявила Ланна, усаживаясь среди травы и фиалок в цвету.

Ее поджарый задок странно округлился на фоне яркой, заискрившейся травы.

– Чуть пузырь не лопнул, – вздохнула она. – Остановилась в «Клееварке» лимонаду выпить.

Я кивнула.

Мы шагнули на выступающий камень. Ланна пристроила свою чумазую мордаху мне на плечо, от ее щеки отвалилась ягода, она подначивала:

– Опа! Ты первая.

– Нет уж. Обе разом.

Мы взялись за руки и посмотрели друг на друга.

Я сказала:

– Запомни: прямо в середину и без разбега. Никаких «бомбочек»! Можно на камень напороться. Держи ноги прямо, лады?… Приготовься. Вода притормозит нас, но она просто ледяная, так что не пугайся. Готова?

Ланна кивнула.

Мы собрались с духом, и я начала отсчет:

– Один, два, три!..

Мы заорали. Воздух обтекал меня. Я повернула голову и увидела, что Ланна зажимает нос рукой. Мы врезались в воду. Холод ударил в грудь и застрял там. Ланна вырвала руку. Я открыла глаза и увидела пузырьки и переливы, пронизанные лучами солнца. Вынырнула рядом с Ланной. Поднятая нами волна выплескивалась на камни, шипящие пузырьки щекотали мне бедра.

– Еще, еще! – ревела Ланна.

– У-ух, холодина, – выдохнула я, прочищая кашлем горло, и двинулась к нагретым солнцем камням. Выбралась на валун, наклонив голову, черные капли упали на грудь.

Кровь?! Я потрогала каплю пальцем. Это была всего лишь грязь, стекавшая с лица.

Ланна барахталась по-собачьи в заводи, смешно запрокидывая лицо в потеках грязи под глазами.

Глядя на нее, я засмеялась, но приутихла. Встала на колени и стала пригоршнями плескать себе в лицо воду, пока вся грязь не стекла.

– Давай снова! – крикнула Ланна с другого конца водоема – она держалась за ветку, растопырив пальцы ног.

– Ни за что, – отрезала я.

– Ну же! Трусиха, трусиха! – горланила Ланна, подстрекая.

Я села и закурила «Силк кат», наблюдая, как бледное тело Ланны мелькает среди стволов берез, а по камню, вдающемуся в воду, скользили прозрачные тени. Ее веснушки сливались с брызгами яркого солнца, пробивающегося сквозь листву. Рыжие волосы, ставшие черными от воды, болтались жгутом, шлепая ее по спине. Она улыбнулась мне и прыгнула.

Локоть руки, которой Ланна зажимала нос, был крепко прижат к боку. Ее босоножки изящно промелькнули в воздухе, когда она сиганула в воду со свистом. Она тут же вынырнула, смеясь этим своим грудным смехом. Вылезла на берег, вода капала с нее на пыльный камень.

Какое-то время мы просто курили в молчании.

Я спустилась к воде, чтобы вымыть голову. Ланна наблюдала за мной, не говоря ни слова.

Я отжала волосы и улеглась лицом вниз, руки по швам.

Ланна уселась в тенечке, под большим валуном, покуривая мои «Силк кат».

По коже разливались волны жара от лучей солнца, прямых и отраженных утесом. Жужжало какое-то насекомое. Плескалась вода. Ветерок шелестел листвой. Птицы.

Я перебирала пальцами.

– Разморило – шевельнуться лень, – нарушила тишину Ланна. – Ты слышала, что Тень, Укладчика, выпихнули с работы? Подозреваю, что Прихвостня достала эта неотесанная дубина. Все его враки и отмазки, вороватые руки. Мне он никогда не нравился. Конченый извращенец.

– Ну и чем он теперь занимается? – промурлыкала я.

– Ничем. Поздно уже, сезон начался. Говорит, собирался наняться на открытые разработки, но там уже нет мест.

– Не говори мне о работе, Ланна! Не могу смириться с мыслью, что завтра уже выходить.

– В утреннюю, да?

– Ага, – отозвалась я, покашливая.

Надолго повисло молчание, в котором отчетливо слышался малейший всплеск. Взглянув искоса, я увидела, что Ланна перебирает гальку в заводи, и снова опустила голову.

– Жаль, тебя вчера в «Западне» не было, – начала Ланна и закашлялась. – Там такая дурацкая команда играла. Панатайн все встревал. А потом рухнул лицом вниз и вырубился. Его даже сдвинуть не могли. Он приземлился прямо на эти педали у гитариста. Поднялся дикий шум, а он лежит и ухом не ведет. – Ланна засмеялась, снова закашлялась и затихла.