Чтение онлайн

– Знаешь, дружище, ты – достойный ученик академика Копылова, – примирительно кивнул Чингиз. – Теория спинорных полей – штука непростая, и твои модели здорово помогли.

– Это что же… Вы держали меня за дурачка? – забормотал физик с растерянной улыбкой. Мало того что его подставили! Его, оказывается, ещё и элементарно водили за нос!

Блондин поморщился:

– Ты не прав. Ты – классный спец в своей области, в теории нуль-перехода. Но никто не может одинаково хорошо разбираться во всём.

Артём снова попробовал встать. Неуклюже перевалился через подлокотник кресла. Я дёрнулась помочь, но он раздражённо оттолкнул мою руку. Больше всего на свете ему хотелось не видеть наших сочувственных рож.

Кое-как физик доковылял до бара в противоположном конце холла. Схватил бутылку коньяка и тяжело опустился на стул. Спиной к нам.

– Надо, чтобы врач посмотрел его ногу, – сказала я.

– Уже смотрел, – кивнул Иван. – Скоро всё пройдёт.

– Ты что, врач?

– Я лучше чем врач, – усмехнулся бритоголовый и достал из кармана кулёчек с пистолетным патроном. – Вот таким же его ранили в ногу. Само ранение – пустяк. Всё дело в пуле.

Он протянул мне пакет. Я непонимающе завертела в руках. Пуля как пуля. Разве что цвет необычный. Чернильно-чёрный.

– Пористый композит, пропитанный нервно-паралитической дрянью, – объяснил Иван таким тоном, словно злосчастный патрон был его собственным вкладом в мировую культуру. – Если смазать химикатом обычную пулю – нужного эффекта не добьёшься. Большая часть яда окислится при выстреле. Совсем другое дело – пористые пули.

Он внимательно на меня смотрит. Будто не верит, что я могу не разбираться в таких вещах.

– И где эту дрянь делают? – спросила я без особого интереса.

– Тебе лучше знать, – прищурился бритоголовый. – Это ведь твой друг пальнул в Артёма?

Ну да. Подобного вопроса я ждала.

– Перестань, Иван, – вмешался Король.

– А я что? Я ничего, – расплылся в ухмылке бритоголовый. – Так, любопытство одолело.

Я почти физически чувствую его взгляд. Да уж, любопытство… Если бы не Чингиз, думаю, наш разговор давно проходил куда в более интенсивной манере.

– Таня, ты должна нас понять, – вздохнул Король, – вся эта история с Михалычем очень запутанна. Нам хотелось бы услышать твою версию. Желательно, максимально полную. – Он сделал на слове «максимально» особое ударение.

Опять допрос. Но, в отличие от Алана, ментосканированием мне не угрожают. Пока не угрожают.

Что ж, они имеют право на недоверие. И я действительно должна им всё выложить? Я ведь мечтала добраться до Новосибирска, чтобы найти кого-то из своих. И вдруг такое везение. Свои сами меня нашли…

Свои?

– Чингиз, вы же знали, что в «Глубине» будет западня не только для Артёма?

Король смерил меня внимательным взглядом и спокойно кивнул:

– Логично рассуждаешь.

– Откуда вы знали?

У меня тоже есть право на сомнения. И в обойме «вальтера» осталось ещё три патрона. Я успела проверить. Куклой в чужих руках я больше не буду.

Чингиз широко улыбнулся. Мои слова не произвели на него особого впечатления:

– Мы действительно кое о чём осведомлены, Таня… Не так хорошо, как тебе кажется. Имелась информация о скрытой борьбе, о враждующих группировках… Но мы не были уверены. Мы должны были забросить им очень лакомый кусок. Чтоб они перегрызлись по-настоящему. И у нас вышло.

Рассказывает, словно об охоте или рыбалке… Наверное, он прав. Но неужели, чтобы победить, обязательно надо кого-то предавать?

Я глянула в сторону бара. Артём не оборачиваясь продолжал молча пить коньяк.

Смогла бы я поступить как Чингиз? Не знаю. Если бы действительно была уверена, что по-другому нельзя…

– Почему именно он? – кивнула на ссутуленную спину физика.

Лицо Короля опять стало серьёзным. И под маской уверенного спокойствия что-то мелькнуло. Лишь на долю секунды. Всё он чувствовал. Только не хотел показывать. И правильно. Иначе вместо разговора получились бы сплошные сопли и причитания.

– Понимаешь, Таня, четыре года назад Артём успел засветиться в открытой печати. Один раз, но этого хватило… Американцы что-то подозревали о наших разработках. Рано или поздно они всё равно вышли бы на него…

– По-моему, мы уже достаточно были откровенны, – перебил Иван. – Может, теперь она сама поведает что-нибудь интересное?

Я ему явно не нравилась. Впрочем, чего ещё ожидать в этих обстоятельствах. Цветов и аплодисментов я не заработала.

Глубоко вздохнула и стала рассказывать. Обо всём начиная с того момента, когда меня взяла «охранка». Разве что не упомянула про свои видения. Не хочу, чтобы меня посчитали спятившей от американских химикатов. В конце концов, это мои личные проблемы.

Слушали они внимательно, иногда задавая уточняющие вопросы.

– Так-так, – удивлённо подытожил Иван, – похоже, у полковника Карпенко – мания величия? «Направлять человечество…» Забавно!

– Я сам слышал, как он говорил! – выпалил Артём. Ещё в начале моего рассказа физик обернулся, да так и застыл с недопитым коньяком в стакане.

– Знаешь, Иван, – потёр висок Король, – эта история слишком уж круто замешана. Думаю, если бы нам толкали «дезу», она выглядела бы правдоподобнее.

– Да уж. Тут полно нестыковок, – скривился бритоголовый. – «Юсовцы» промывают нашей Тане мозги. Хорошо промывают. Почти до состояния зомби. Ясное дело, тут они должны были постараться. Но стоило бедной девочке встретить незабвенного Карпенко – и всё это программирование вылетает у неё из головы, будто юношеская влюблённость. Действительно, замешано круто. – Иван одарил меня полным едкого сарказма взглядом.

– Но ведь она боролась! Она себя преодолела! – вознегодовал Артём. Уж он-то мне доверял. Правда, толку от этого мало. Чем сильнее горячился физик, тем большим холодом веяло от бритоголового.