Москва - 36
Шрифт:
– Никто меня послал,- огрызается Мири и ощупывает шишку на лбу.- девочки сказали, что ты ищешь переводчицу в советскую миссию.
Мы втроём сидим на стульях перед, съёжившейся на кожаном диванчике, девушкой.
– Что ты врёшь?- Взрывается резидент, вскакивая со стула.
Едва успеваю схватить его за плечо.
– Да какая из неё переводчица?- Орлов, не в состоянии сдерживаться, бьёт ногой по дивану.- Она же ни по-испански, ни по-французски не понимает.
'А ты откуда знаешь? Сам кастинг проводил в логове троцкистов'?
Овсеенко чутко улавливает сомнение, отразившееся на моём лице.
– Выведи её в приёмную,- раздражённо говорит он своему секретарю, подпирающему дверной косяк.- и чтобы ни один волос с неё не упал...
– ... 'живьём закопаю',- консул довольно похоже пародирует неистребимый местечковый выговор Орлова.- да через пару часов здесь у входа будет стоять колонна поумовцев. А вечером все барселонские газеты со слов её подруг будут рассказывать, что советский дипломат изнасиловал и убил ополченку. Ты мне что тут международный скандал и вооружённое восстание устроить хочешь?
– А что ты предлагаешь?- Как-то неуверенно огрызается резидент, ища поддержки у меня.- Извиниться и отпустить её что ли?
– Зачем извиняться,- лихорадочно прикидываю в голове варианты.- я думаю, что, во-первых, нужно срочно ехать к Гарсиа Оливеру, если уж передавать задержанную, то ему. Человек он принципиальный, надавить на него не удастся. И, во-вторых, ещё до встречи с Оливером, переговорить с Нином (лидер ПОУМ) на предмет совместной работы в правительстве, ему деваться некуда, как никак, это его партия оказалась замешаной в попытке убить советского Генерального Консула.
Двое моих собеседников замерли с мечтательными улыбками.
– А что если ещё и спровоцировать анархистов на захват оружия в порту?- Приходит в себя Орлов.- У меня есть под рукой надёжная группа.
– Звоню, нет... еду к Нину.- Не слушает его Овсеенко.
– А я пока покараулю нашу золотую рыбку.- Каламбур приходится по душе моим сообщникам.
– Поверь мне, Мири, к смерти твоего брата я не имею никакого отношения,- Стараюсь говорить как можно убедительней.- наоборот, это он преследовал меня.
Мы сидим друг против друга на креслах в комнате отдыха Овсеенко.
– Ты украл деньги и овиноватил моего брата.- Начинает снова заводиться моя подопечная, сжимая кулачки.
– Деньги были краденые- я вернул их владельцу. Твоего брата подставили плохие парни, а затем убили.
'Я доступно выражаюсь'?
– Я тебе не верю.- Поджимая под себя ноги.
'По седьмому кругу пошли, а вроде не блондинка'.
– И тебя натравливают на меня те же люди, что убили твоего брата.- Закидываю удочку наугад.
'Дёрнулась'?
– Скажи кто он и я докажу тебе, что я не виноват.- Корректирую формулировку.
Прячет глаза.
– Я уверен, кто-то направляет тебя. Откуда ты узнала, что я в городе? Что сейчас консульстве?
– Я... не знала...- Начинает всхлипывать.- Что будет со мной?
– Ничего не будет, отпустят тебя.- С трудом подавляю досаду.- Так что будь осторожна, как бы и с тобой он ни поступил как с братом.
– Ты его совсем не знаешь!- Кричит, глотая слёзы, Мири.
– Алексей Сергеевич!- Любопытная физиономия секретаря появляется в двери.- Вас к телефону.
– Посиди здесь с ней.
– Чаганов,- к Орлову снова вернулся приподнято-хамоватый настрой.- сейчас ко входу подъедет грузовик с бойцами, старший- (в трубке слышится чей-то голос) Эрик Блэр. Передашь ему девку. В здание пустишь его одного... ладно, я сам дам указания начальнику охраны. Бывай.
Бросил трубку...
'Эрик Блэр, так звали Джорджа Оруэлла. А что может быть, как раз в это время был в Испании'.
Спешу обратно к задержанной, похоже обошлось без мордобоя, впрочем и удобных для этого предметов в комнате для отдыха не наблюдается.
– Подъедет грузовик с бойцами ко входу- дашь знать.- Копирую командный голос Орлова, от которого секретарь консула втягивает голову в плечи и растворяется за дверью.
– Где ваша колонна квартирует?- Начинаю светский разговор.
– Почему тебе интересно?- Отвечает Мири вопросом на вопрос и подозрительно прищуривается.
– Просто любопытно знать сколько времени у нас есть на разговор.- Откидываюсь в кресле и принимаю беспечный вид.
– Это зависит не от расстояния,- отбивает шарик девушка, переходя на английский.- а от того сколько дел будет по дороге у нашего водителя Хуана.
Я фыркаю, Мири улыбается, показывая два ряда белых ровных зубов.
– В Ленинских казармах, бывших кавлерийских,- охотно продолжает она.- правда нашей женской секции досталось место в конюшне. Лошади все на фронте, так что мы с подругой спим в стойле с вывеской Клотильда.
'Хм, хорошее агентурное имя'.
– Да, у вас талант рассказчицы,- поощряю девушку на русском языке.- чему, интересно, вас учат в казармах, я имею ввиду военное дело?
– Кроме идиотской шагистики- ничему,- сокрушается Мири.- винтовки только у караульных...
Смотрю на горящее возмущением юное лицо моей собеседницы и думаю: сколько же ей лет? Восемнадцать- девятнадцать? Сбежала из дома, делать революцию. Сообразительная, смелая...
– ... если бы не Мартин,- звенит её голосок.- который научил стрелять меня из...
Девушка осекается и со злобой смотрит на меня.
– Даром мне нужен этот твой Мартин- трус и провокатор,- спешу перехватить инициативу в разговоре.- он...
– Ты его не знаешь!- Послышались истеричные нотки.
– Я знаю, что он послал тебя на верную смерть, а его самого, наверняка, и след уже простыл,- не ведусь на её крик и монотонно цежу слово за словом.- а сделал он всё это, чтобы столкнуть в городе и во всей Испании коммунистов, анархистов и вас поумовцев. Ну и кто он тогда, если не фашистский провокатор?