Шрифт:
Это июльское утро было теплым и ясным. Солнце поднялось над столицей, осветив легкую дымку, и обрушилось своим светом и теплом на мегаполис. Москва шумела, звенела и гудела уже с раннего утра: москвичи и гости столицы спешили на работу, учебу или по своим личным делам; роботы-доставщики деловито скользили вдоль тротуаров, воздух рассекали дроны и аэромобили, и вся эта музыка жизни задавала ритм каждому человеку, находящемуся в Первопрестольной.
Покинув метро, где работой всех составов уже два десятилетия управлял искусственный интеллект, Соколов влился в разномастную толпу. Вместе с потоком людей он пересек светлый зал с циклопических размеров куполом-экраном, поднялся на эскалаторе и сразу вошел в широкое здание со множеством офисов внутри. Руслан остановился у автомата, взял кофе, расплатился через свои биометрические данные и бросил взгляд на коммуникатор на запястье. Экран включился, обозначив время "9:02", и погас. Чертыхнувшись, Соколов побежал к лифтовой площадке.
Через минуту двери лифта открылись в холле, на одной из стен которого был небольшой световой короб с надписью «Редакция онлайн-журнала «Технологии-22»». Молодой человек торопливо влетел в кабинет верстки, едва не выплеснув на встречного кофе из стакана вместе с крышкой, и поспешно занял свое место. Отбросив рюкзак, он уткнулся в широкий монитор и принялся проверять электронную почту.
Вот уже четыре года Руслан работал дизайнером-верстальщиком в редакции, разрабатывая дизайн рекламных 3D-макетов, а также находя визуальные решения для редакционных сайта и приложения. В целом, его работа ему нравилась, он находит ее «в меру творческой», идущей в ногу с современными технологическими решениями. Особенно Руслану пришлась по душе разработка объемных рекламных макетов (а порой и роликов) с использованием шлема виртуальной реальности, но все же чаще приходилось сидеть за компьютером, изобретая, как любил говорить начальник, «нечто сногсшибательное». Периодически дизайнер страдал от сидячего образа жизни, но тренажер в соседнем кабинете существенно облегчал его положение.
Пока Соколов проверял почту, из-за перегородки появилась округлая физиономия коллеги-верстальщика с наушниками на плечах.
– Сокол, тебя главред искал, – сообщил он.
– Зачем?
– Я не знаю. У него был заговорщический вид и, вообще,– он поскреб рыжую бородку, – у меня дурное предчувствие насчет нашего отдела на фоне увольнения всех корректоров.
Соколов отглотнул кофе и внезапно замер.
– Вчера он приходил в наш кабинет и говорил что-то о человеческом факторе и неумолимом прогрессе.
– Ага, это он любит – начинать издалека…
Когда Руслан вошел в кабинет главного редактора, тот сидел в дорогом кресле немного расплывшейся массой и смотрел на неонового цвета голограмму, развернутую над столом.
– А, Руслан, – вздохнул он и качнулся в кресле, – присаживайся, поговорить надо.
Немного помедлив, специалист опустился в кресло с одной стороны Т-образного стола.
– Видишь ли, ситуация обернулась так, что… – он сложил пальцы в замок и раздул щеки, – современные технологии если не во всем, то во многом обошли человека. И теперь они занимают его место.
Последовала пауза, их взгляды встретились.
– И я, немного подумав, решил использовать их в своей редакции. Искусственный интеллект достиг таких высот, что не использовать его было бы глупо и нерационально… Короче говоря, я решил в отделе верстки поставить работу на новые рельсы: я передаю всё искусственному интеллекту. Не сразу, поэтапно. Но это обдуманное решение и обсуждению оно уже не подлежит.
Холодная волна окатила дизайнера и колючими иголками прокатилась по телу.
– Меня увольняют?
– Вернее было бы сказать «сокращают». Тебя и следом еще одного верстальщика – Головина.
Сидя у окна против света, начальник походил на слегка оплывшую и подтопленную солнцем ледяную глыбу. Соколову казалось, что глыба эта сейчас навалится на него всей своей массой и раздавит, сотрясаясь в нездоровом гомерическом хохоте.
Фигура главреда снова качнулась в кресле, он прочистил горло и добавил:
Конец ознакомительного фрагмента.