Чтение онлайн

Если бы не я брат был бы жив, ему бы не внушали с самого рождения, что он защитник и опора нашего Дома, что он одаренный и он бы не поверил в свое всемогущество и не попытался призвать демона. Ему было двенадцать, когда он с друзьями решил, что, если наш Дом заполучит сильного демона мы сможем победить на боях и былая слава снова вернется к нам.

Он нарушил ритуал, был к нему не готов и не был одаренным, он не мог управлять энергией и когда каким-то чудом начался ритуал энергия потянулась из него, он отдавал свою жизненную энергию и медленно умирал, без возможности прервать все это сумасшествие. Не знаю, как мама почувствовала, что с братом что-то не так, видимо материнское сердце или суть одаренной, но она примчалась к нему, и попыталась перехватить нити управления. Не смогла, она была слабой одаренной, поэтому и не подлежала уничтожению, а может из-за того, что она была наследницей Дома Красных. Теперь уже энергия тянулась из них двоих, они так и погибли, мама прижимала брата, пытаясь отодвинуть, закрыть собой. В тот день я стала сиротой, потому что вместе с мамой и братом потеряла и отца, который практически сошел с ума, потеряв любимую.

Он жалел только себя, ведь это он потерял любимую женщину и сына. Нет, что вы я не потеряла мамочку и брата, нет, только ему больно и плохо, только он в отчаянье и тоскует, и бабушка не дочь и внука хоронит, нет что вы. В ночь их похорон я сбежала из дома не выдержала того, как он на меня наорал, и тогда же я заблудилась и как спаслась знают только двое во всем мире.

– Я тебе везде разыскиваю, а что вы тут делаете?
– Вольф как всегда вломился в комнату без стука и спроса, просто распахнул дверь и засунул сюда свою любопытную голову, - Гадости думаете? Или что-то замышляете, если что я в деле!
– его глаза горели весельем, вот же не унывающий.

– В этом-то никто и не сомневался, - бабушка ворчала, но губы уже трогала улыбка, она очень хорошо относиться к Вольфу, а к нему по-другому, наверное, и нельзя, хоть и бесит он многих, слишком языкатый, - на бои едите, - она не спрашивала утверждала.

– Конечно, нам нужна еще одна порцию любовного дурмана, Райли надо на всю зиму за питаться образом Скота иначе не дотянет, начнет грезить о ком-то другом. А я что, я всегда рядом.

– Вольф!

– Уже восемь лет Вольф, мне нравиться, но подумываю сменить, на что-то более мужественное и животрепещуще, например, Скооот!
– он так протянул имя Скота, что прям руки зачесались дать ему тумаков.

– Будьте осторожны, а то что-то мне не спокойно, - бабушка прошла мимо застывшей скульптуры, я чуть ли не паром дышащая и невинно хлопающим глазами Вольфом.

– Чего ты издеваешься?
– стоило бабушки выйти за дверь накинулась я на напарника.

– А чем еще тут заняться, скучно ведь, а ты введёшься на провокацию, я тебе сколько раз говорил, хочешь, чтобы не цепляли не ведись. Что там с бабушкой не так?
– спросил уже абсолютно нормальным серьезным голосом, а не этим раздражающим.

– Предчувствие.

– И что не поедим?
– я тяжело вздохнула, сама колеблюсь, у бабушки дар одаренной только слабое усиление настоев и вот это не понятные предчувствие, но они не однозначные, - Ясно поедим, тогда нечего думать, пошли есть и собираться скоро будем. Батенька твой сегодня прядки наводил.

– Знаю, - буркнула я.

– А про то, как бабушка его полотенцем лупила знаешь? Страшная она женщина, прямо ух, - он сымитировал, что хватает что-то в кулак и сильно сжимает, потряхивая.

– А про это поподробнее, - я не вольно улыбнулась, и мы пошли на кухню.

– Да он начал гнать ерунду, что мы продадим детей и стариков в другие дома, ему там кто-то предложи и купим мясо, а весной может и выкупим всех обратно, а бабушка ему такая 'Может и меня как старуху продашь?', - он парадировал ее голос и мимику, и вот эти упертые руки в боки и потом наставленный вперед палец, короче копия, бабушка в гневе, - Батенька попытался отрекаться, что мол кто тёщу любимых продает их только травят, но бабушка уже разошлась, короче смеялся я еле удержался, чтобы не сползти по стенке.

Я тоже разулыбалась, я много раз видела бабушку в гневе, так что сейчас все было ярко и очень реалистично перед глазами, а бабушка она такая, спокойная, корректная, но если ее зацепить, то все проще лечь и прикинуться мертвым и надеяться, что хоть мёртвого пинать не станет.

– Бабушка огонь!
– хором выдали мы с Вольфом и заржали уже в голос.

Рядом с кухней есть помещение, где обедают все домочадцы, просто обычно все едят в разное время, поэтому на кухне всегда есть дежурный. Но сегодня видимо почти все закончили свою работу и решили прерваться на обеденный перерыв. Бабушка как дирижёр командовала расставкой еды, периодически призывая к порядку малышню. Но кто их может призвать к порядку, они успокаиваться только когда засыпают, так это с учетом того, что у каждого из детей есть своя работа по силам. И по идеи они тратят энергию, но не тут-то было, стоит им собраться вместе и вот маленький ураган носиться возле ног.

Я поймала Каринку, самую маленькую и как по мне самую милую и шкодную девчонку на руки и сразу начала тискать, приговаривая, что вот она и попалась. Ребенок извивался, верещал, а я продолжала свое черное дело - щекотка-терапия, причем для меня.

– Райи, да отпусти ты эту сирену! Уже уши болят, - бабушка уже не пыталась перекричать Каринку это нереальная задача. Пришлось прекратить щекотать ее, ан что ребенок отреагировал моментально.

– Ну еще, ну давай!
– я засмеялась, только что кричала отпусти, а тут ещё по давай, вот же...

– Не могу, ты кричишь так громко, что бабушка не довольна, - я поправила одежду на ребенке и собиралась поставить ее на пол, что не легко сделать, поскольку Каринка схватилась в меня, надеясь, что я ее не отпущу.

– Я е буду кричать, буду только хихикать и не громка, хотя - она тяжело вздохнула и сдула прядь кучерявых волос с лица, - если не кричать не так весело.

– Знаю, так что в следующий раз поймаю и сильно защекочу!
– я подкинула малявку на руках, поймала и поставила на пол, вот и плюс от того, что еды мало у нас. Каринка в свои три года весит килограмм четырнадцать не больше и кажется просо пушинкой.

Ребенок прижался щекой к мое руке и побежал к своей банде, этой зимой она чуть не умерла, заболела сильно и, если бы не бабушкины отвары, наверное, не вычухалась бы, но повезло спасибо старым и новым богам жива, здорова и просто нереально светлая и милая.

Пока я веселилась с ребенком, Вольф взял еды и занял мне место, рядом с собой. Сегодня на обед была каша и что приятно с грибами, тушенными в сметане, вкуснотище. Бабушка, пройдя всем разложила хлеб, я же свой кусочек автоматически отдала Каринке, схлопотала от бабушки суровый взгляд, но осталась при своем мнение. Я слишком хорошо помню это маленькое тельце все горячее, потное, спутанные волосы, ее мечущуюся в бреду, нет уж, пусть съест лишний кусок хлеба. После беда ушла к себе нужно собраться и уйти из дома таким образом, чтобы не попасться на глаза домочадцам, ведь никто не знает, что я защищаю наш Дом на боях.