Чтение онлайн

— Эта тонкая талия, Рози, которую можно сжать двумя ладонями, прижимая тебя крепче к себе, накрывая собой твоё тело. А эти искусительные бёдра, гладкие, словно самый дорогой шёлк. Их так приятно ласкать и нестерпимо хочется поцеловать.

Он провёл пальцами по внутренней стороне бедра, и я вздрогнула и задышала часто-часто, невольно раскрыв губы, пытаясь захватить пересохшим горлом как можно больше воздуха.

— Такая чувствительная и страстная... — шептал Джаральд, оттягивая пальцами краешек чулок, касаясь кожи и посылая горячие разряды пробегать по всему телу. Нежно и мучительно медленно он стал тянуть чулок вниз, проводя ладонью по ноге, пока не спустил его до самой щиколотки. О, боже! Мои ощущение сейчас были слишком похожи на те, что испытываешь прежде, чем достигнуть самой вершины удовольствия.

— Мне нравится прикасаться к тебе, чувствовать, как ты дрожишь, как пытаешься убежать, но не можешь.

Он поднёс мою щиколотку к губам, обвёл языком хрупкую косточку, медленно провёл кончиком по краю стопы, втянул в рот большой палец и легонько прикусил его. Я закрыла глаза, не совладав с собой, выгнулась в пояснице, сминая пальцами покрывало, и застонала едва слышно. Боже, если чтобы избавиться от этого влечения мне нужно умереть, то предпочитаю расстаться с жизнью прямо сейчас, потому что сил сопротивляться больше нет.

Стук в дверь меня спас. Слуга принёс лёд, но прикладывать его стоило не к ноге, а к пылающей груди, в которой словно бочку с порохом подожгли, и фитиль медленно тлел, подводя опасную искру к самому сердцу. От нестерпимого жара больно становилось всему телу.

— Кажется, Рози, — невозмутимым тоном продолжил граф, словно и не он сейчас говорил со мной этим невероятно соблазнительным, слегка хрипловатым голосом, — твоя нога почти не пострадала, лишь несерьёзное растяжение. Компресс со льдом снимет отёк.

Как же Катрин все это организовала? Я задавалась этим вопросом, проходя по коридорам и наталкиваясь на снующих повсюду слуг. Гостей было столько, что все спальни оказались заняты, и пришлось открыть и подготовить нежилые покои на третьем этаже.

Как-то не верилось, что все торжество затеяно ради меня. Ещё больше я усомнилась в этом, когда узнала, что Катрин собирается организовать малую охоту через день после праздника. Всё больше складывалось впечатление, что мачеха так старается ради себя и графа. Сейчас у неё появилась великолепная возможность показать всему свету своего красавца-мужа, и она собиралась заявить во всеуслышание, что Джаральд принадлежит именно ей.

Катрин не отходила от отчима ни на шаг, постоянно вовлекала его во всевозможные игры и забавы, не давая графу заскучать ни на минуту. Кажется, она поставила своей целью развлекать мужчину, чтобы он не только осознал какая у него чудесная жена, но и устал так сильно, чтобы не затевать от скуки мелких интрижек.

Что касается меня, то я старалась не попадаться никому на глаза, поскольку попросту терялась в этом море незнакомых лиц, которые льстиво улыбались при встрече, приносили мне поздравления с грядущим днём рождения и не уставали восхищаться моей радушной, обаятельной и невероятно заботливой опекуншей (сколько сил она потратила ради удовольствия падчерицы).

Кроме всего прочего, оставшиеся до бала дни я старательно избегала оставаться наедине с бароном, и пока мне это удавалось.

Наконец наступил праздничный день. С самого утра служанки занимались моим внешним видом, подготавливая к вечернему торжеству. Как же я была счастлива передохнуть немного, когда в дверь спальни постучали, и вошла моя драгоценная Люсинда.

— Роуз! Дорогая, с днём рождения! — подруга подбежала и стиснула меня в объятиях, грозя порвать тонкую батистовую рубашку, в которую я была облачена, пока горничная мазала меня всевозможными кремами, делала маску на волосы, плечи и шею.

— Ой, да ты вся скользкая, словно маслом намазали.

— Так и есть. Это маска для улучшения состояния кожи.

— Роуз, поболтаем немного? Раз ты всё равно нанесла маску, то служанки тебе пока не нужны?

Я кивнула девушкам, и они покорно вышли за дверь, оставив меня с подругой.

— Роуз! Я так боялась приезжать сюда. Опасалась даже написать тебе письмо.

— Ты из-за того происшествия?

— Да. Я думала твой отчим нас раскроет!

— Нет, Люси, он никому не рассказал.

— Почему?

— Он дал мне обещание, потому... потому что понял, мы не хотели ничего дурного.

— Понял?

— Да.

— Роуз, как же нам повезло!

— Ты больше не общалась с Джанет?

— Что ты! Я теперь опасаюсь ездить в Меррингтон. Хотя если граф никому не сказал...

— Люси, забудь об этом. Это может плохо кончиться.

— Ты права, права. Давай забудем об этом. Лучше взгляни, что я тебе привезла в подарок.

Подруга достала из-за спины небольшую шкатулочку и протянула мне. Я аккуратно повернула хитроумный замочек и открыла крышку. Внутри на бархатной подушечке лежали прекрасные серьги с бриллиантами, чьи камни заиграли разноцветными искрами в лучах солнца.

— Это от нас с Артуром, дорогая. Ты сможешь надеть их на торжество. Я знаю, что у тебя совсем мало собственных драгоценностей, а эти серьги тебе очень пойдут.

— Спасибо, Люси. Они удивительно красивые!

Ещё некоторое время мы с подругой поболтали относительно самого торжества, а потом она убежала готовиться к пикнику. Днём был запланирован большой выезд в лес, там на поляне уже установили огромный шатёр, призванный защитить гостей от палящих лучей солнца, а внутри были расстелены ковры с грудой мягких подушек, на восточный манер. Для остальных желающих слуги постелили покрывала на зелёной травке. Неподалёку установили походную кухню, где на вертелах жарилось мясо, на угольях запекалась рыба, на широких столах разделывались овощи и готовились всевозможные угощения.

Катрин решила, что праздничный обед на природе намного лучше привычной трапезы в поместье, а поэтому мне пришлось принимать ванну, смывая с тела маску, а потом переодеваться в лёгкое голубое платье, корсаж которого был расшит мелкими синими цветочками. Я надела красивую шляпку, украшенную букетиком незабудок, и абсолютно новые шёлковые чулки, купленные специально под это платье. Катрин по щедрости просто превзошла саму себя.

Гости отправились на пикник в колясках, но в основном дамы, большинство же мужчин предпочло ехать верхом. Когда мы прибыли на поляну, Катрин лично проследила за тем, чтобы все устроились на отведённых для каждого гостя местах, согласно занимаемому в обществе положению.