Чтение онлайн

Некоторое время Мэриан обдумывала идею зайти к сестре и предупредить, что, по мнению Чада, этим утром она занималась с ним любовью в стойле, на охапке сена. Но это неизбежно привело бы к насмешкам насчет падшей добродетели, хотя собственная добродетель Аманды была запятнана давным-давно и многократно. Досталось бы и «низким вкусам» Мэриан, и «пренебрежению к элементарному комфорту», и Бог знает чему еще, а ей и без того хватало неприятностей, да и Чад, пожалуй, не заслужил оскорблений, которые ожидали бы его впоследствии. Впрочем, как раз он-то заслужил, тупица! Надо лучше присматриваться к тому, с кем занимаешься любовью!

Лишь спустя пару часов после того, как Мэриан взялась за кисть и краски, она расслабилась настолько, чтобы понять, что вырисовывалось на холсте. Глаза у нее округлились. Обычно она обходилась без набросков, потому что отдала этому этапу должное еще в самом начале своего увлечения и достигла в нем известных высот. Ей не нравилось тратить время, набрасывая то, что уже получило в воображении законченную форму.

И вот она стояла, удивляясь себе, хотя удивляться было особенно нечему. Она решила выбросить Чада из головы, а есть ли лучший способ этого добиться, чем перенести образ на что-то внешнее? Теперь Чад смотрел на нее с холста.

Портрет удавался, это было видно даже на первый взгляд. Выходит, за годы отступничества она не растеряла таланта. Нужно только еще поработать над цветом глаз, придать больше твердости и упрямства подбородку, добавить коже коричневого оттенка, чтобы подчеркнуть загар.., ну и, конечно, дорисовать шляпу, эту почти неотъемлемую деталь облика Чада Кинкейда…

О чем она только думает! Не хватало еще так стараться ради этого наглеца!

Мэриан отставила холст, чтобы не бросался в глаза, и пристроила на мольберте новый. Не следовало тратить краски на всякую ерунду — неизвестно еще, как скоро удастся купить еще.

Запасы Кэтлин включали четыре больших холста, два средних и один маленький. Для человека неспешного этого хватило бы надолго, но у Мэриан была, что называется, легкая кисть. Обычно ей удавалось закончить картину в один присест.

Поразмыслив, девушка решила взяться за совсем иную тему, пока все еще свежо в памяти. Она заранее предвкушала работу над картиной, хотя и знала, что Аманду это не позабавит.

Картина называлась «Ограбление поезда» и представляла сестру непосредственно после выстрела: с закопченным от пороха лицом и тупым изумлением в глазах. Остальные пассажиры были едва намечены — именно так видела их Мэриан в те минуты. Двое бандитов шли по проходу между сиденьями прямо на зрителя, но только один из них был изображен во всех деталях — тот, что стрелял в Аманду. Хотя большая часть его лица была прикрыта платком, над краем виднелись глаза, золотисто-карие и круглые не то от гнева, не то от нервного напряжения.

Пока шла работа, настроение быстро улучшалось, и к концу ее Мэриан уже не могла сдержать улыбку. Конечно, в самый момент ограбления в нем не было ничего смешного, но теперь на первый план выступили забавные детали, а уж Аманда с отвисшей челюстью стала поистине находкой. Возможно, стоило показать ей готовую картину, чтобы посмотрела на себя со стороны.

Это была интересная, но опасная идея. Сразу представилось, как разъяренная сестра срывает холст с мольберта и топчет его. С нее бы сталось. Из зависти она не погнушалась уничтожить лучшую картину Мэриан, что уж там говорить о карикатуре.

Тем временем свет за окнами померк — наступили сумерки. Мэриан, рисуя, теряла всякое представление о времени. Не успела она сложить краски, как в дверь постучали.

— Ужин будет через четверть часа, — объявил Ритин голос.

Мэриан не собиралась появляться за общим столом, по крайней мере в этот вечер, и следовало как-то предупредить об этом тетю Кэтлин. Пришлось снова нацепить очки, которые она снимала надолго только за рисованием, да и то потому, что занималась этим в полном одиночестве и был прямой смысл отложить их, вместо того чтобы смотреть поверх.

Стук раздался снова, когда Мэриан уже потянулась к дверной ручке. Поскольку она не предупредила, что не будет ужинать со всеми, это могла быть только Рита. Но за дверью оказалась Кэтлин.

— Говорят, ты взялась за рисование, Мэриан. Можно взглянуть на плоды твоих трудов? Или ты из тех художников, которые не выносят, когда их картины разглядывают незаконченными?

— Конечно, ты можешь взглянуть.

Мэриан с застенчивой улыбкой отворила дверь шире, пропуская тетку в комнату.

— Боже мой! — воскликнула Кэтлин, приблизившись к мольберту. — Так вот чего вам пришлось натерпеться! Это все правда?

— Правда, — хмыкнула Мэриан. — Аманда не захотела добровольно расстаться со своим ридикюлем, и в нее выстрелили почти в упор.

— С ее стороны это было.., смело.

Девушка засмеялась — запинка говорила сама за себя.

— Да, это было глупо, но Аманда — специалистка по такого рода глупостям. Вообрази, в вагоне целая банда, у каждого оружие. Ограбление неизбежно, ведь так? Какой смысл нарываться на пулю? Аманде еще повезло. Ее хотели только попугать.

— А может, он промахнулся?

— Тогда ей повезло и того больше.

Кэтлин все не могла оторваться от картины и в конце концов начала хихикать:

— Ты молодец! Настоящий талант. Даже в таком чумазом виде Аманда вышла очень похоже.

— Можешь смеяться в полный голос, ведь все уже давно позади. Надо сказать, у нее тогда был на редкость глупый вид.

— И ты его увековечила. Ну, дорогая, тебе удалось меня приятно поразить. Когда смотришь на это, так и кажется, что сама там побывала. Господи Иисусе!!!

— Что такое?

— Этот грабитель! Он мне кого-то сильно напоминает!.. Да ведь это Джон Билкс, бывший продавец из универсального магазина в Трентоне. Он понемногу таскал деньги из кассы и, когда это обнаружилось, вылетел с треском. Владелец подал на него в суд, однако дело было замято за недостатком улик. Джон оставил город, но, как я теперь вижу, не воровские замашки. Перешел на вооруженные ограбления. Надо бы показать эту картину шерифу.

— Я уверена, что Аманде это ничуть не понравится, — ответила Мэриан со смешком.