Чтение онлайн

Стрелы моих лучников почти не наносили урон, попадая, в основном, во вражеские щиты. Зато в набегающей толпе стали вспыхивать дымные костерки от огневых снарядов фустибал. Над полем боя взлетели пронзительные крики заживо горящих людей, но ренийцы и не подумали прекращать атаку.

Наступающих ренийцев было слишком много для нас. По фронту их войско было шире и их левый фланг далеко заходил за правый край нашего строя. Если дать им сблизиться, то они охватят нашу дружину с правого фланга, окружат, прижав к реке, и уничтожат.

Мои арбалетчики это тоже понимали, сосредоточив стрельбу именно по этому направлению. Алберих отвел карробаллисту дальше назад и вправо и вел стрельбу уже оттуда. Он у меня сегодня «свободный художник», получил только общие указания перед боем и сейчас импровизирует, отталкиваясь от складывающейся обстановки.

— Сток! — позвал я своего друга и указал рукой на опасный участок. — Придержи этих «девочек»!

Очень стараюсь выглядеть спокойно и уверенно, но внутри привычно трясет от избытка адреналина. Голос подрагивает и приходится прилагать значительные усилия, чтобы он звучал ровно. Чтобы не было видно дрожащих рук, крепко вцепился в повод и копье.

Сток громыхнул кулаком в грудь и сорок моих кавалеристов, опустив копья, клином устремились на бегущих ренийцев. Все, как учили, в первой шеренге — кирасиры, внутри клина — уланы.

— Сигнал на атаку кавалерии, — дал команду сигнальщику из улан.

Мой сигнальщик-вестовой протрубил в рог и стал подавать сигналы флажками в сторону леса. Оттуда через минуту стала выливаться кавалерия во главе с капитаном Тессеном и находящимся с ним рядом всадника с огромной дубиной — Доналла Кедрика.

В этом бою кавалерия — мой главный козырь и, выведя свое войско за стены, виконт Ларс Везер дал мне его реализовать, хоть и не совсем так, как я планировал. Кавалерийский клин во главе со Стоком на полном скаку врубился в самый край вражеского войска, прошил его насквозь и заученно ушел по дуге на правый фланг нашего войска.

Не обратил в бегство, и даже не остановил, но притормозил их атаку. Из-за отстающего от остальных левого фланга, ренийское войско стало изгибаться дугой. А в это время кавалеристы засадного отряда Элдора Тессена, растекшись в лаву, на полном ходу врубились в строй ренийцев.

Хотелось бы, чтобы было, как я планировал, чтобы враг, завязший в бою с первой дружиной, не заметил удара во фланг или тыл, но, к сожалению, нет. Враги видели все заранее и успели развернуть часть строя навстречу нашей атакующей коннице.

Баронские дружинники и «медвежата» Доналла тяжело врубились в строй ренийцев, опрокидывая и топча их воинов. Мощный удар сбил атаку ренийцев и смешал их ряды, но прорвать строй аристийцы не смогли и завязли в жестокой сече.

Я глянул на стены Добричей. К сожалению, там еще виднелся с десяток бойцов, но тянуть с остатком своей засады я дальше уже не хотел. По моему видению, ситуация будет только ухудшаться.

— Сигнал засадным пешцам! — отдал команду улану-сигнальщику и тут же позвал Стока. — Ротмистр! Натиск справа от копейщиков перед контактом!

Сток понятливо кивнул, скомандовал своему сборному отряду и, снова «прорисовав» красивую окружность, умело разогнал кавалерийский клин и ударил справа от нашего копейного строя ровно в тот момент, когда до нас добежали ренийцы.

Раздался многократный глухой грохот, два войска столкнулись в ближнем бою теперь и на позиции первой дружины. Строй моих копейщиков под напором ренийцев отшагнул на шаг… два… и уперся.

Я быстро окинул взглядом поле боя. Копейщики первой дружины остановили атакующих, а из-за их спин часто-часто по навесной траектории закидывали «за шиворот» врагам свои смертоносные игрушки мои лучники и пластуны с фустибалами.

Правее них рубились мои кирасиры и уланы, остановившие нападающих, но пока не имеющие сил обратить их в бегство. Еще правее и ближе к деревне рубился засадный кавалерийский отряд. Вот у них ситуация была уже лучше.

Конные дружинники медленно теснили врага, а отдельные ренийцы уже бежали к берегу Тихой, бросив свое оружие. В тылу вражеского войска носились всадники, пытаясь остановить загибающийся в сторону реки строй.

Посмотрел еще дальше: на стену поселения по лестницам лезли мои копейщики и стрелки из засадного отряда, а в тыл ренийского войска «упылила» шайтан-машина Албериха и безнаказанно обстреливала беззащитную для их дротиков толпу.

Мои бойцы забрались на стену и побежали по ней к вражескому десятку лучников, которые пока все еще маячили на стене, но те не стали принимать неравный бой и скрылись со стены в глубине деревни.

Я проследил за тем, какое примет решение командир моего засадного отряда. Тот, не видя вокруг ни одного врага, открыл ворота и вывел своих бойцов из деревни. Бегом довел их до наших сражающихся кавалеристов и, построив их в стену щитов, атаковал сдающую назад толпу ренийцев. Из-за спин копейщиков ожидаемо поддержали стрельбой лучники. Ну, как учили, хе-хе.

— Иииии! — над строем моих копейщиков взлетел резкий крик их командира Хрольфа.

— Хуу!!! — отозвался строй с одновременным шагом вперед и ударом копья.

— Хуу!!!… Хуу!!! — начали мерно продавливать вражеский строй мои копейщики.

Такие же крики донеслись со стороны засадного отряда. Над полем боя стоял грохот оружия, жалобные крики раненных и яростные вопли сражающихся людей. Потрясенное, но не разбитое, войско ренийцев еще продолжает оказывать сопротивление, но уже начало отступать к реке.

На реке уже догорели три струга, а три уцелевших подошли к берегу и начинали погрузку отступающих. От деревенской пристани пришел еще один струг, четвертый. Видимо, его привели те ренийцы, что сбежали со стен.

Зрение у меня теперь очень острое, как и другие органы чувств. Думаю, за это стоит благодарить Мирослава Александровича с его биофагами. И мне было прекрасно видно начавшуюся погрузку ренийцев на корабли.

Что самое для меня главное, одним из первых на них полез мой «дорогой друг» виконт Везер и его товарищи. Причем, коней своих они бросили, видать, не до того им, гыы.