Чтение онлайн

— Понятно, — засмеялась Сурия, — это кого ж ты так обидел? Признавайся.

Трактирщик замялся.

— Говори и говори правду. Я ведь распознаю, если соврешь.

— Было дело. Не сошлись мы в оплате с одной дамочкой.

— Ведьмой?

— Наверное, ведьмой. Так сразу и не разберешь. Только грозилась она, что пожалею я еще, что столько с нее запросил, говорила, что намного больше потеряю. — Трактирщик тяжело вздохнул. — Вот и несу убытки. Хоть совсем заколачивай трактир и переезжай на новое место. Только вот боюсь, не будет ли на новом месте такого же.

— Правильно боишься. Ведьм обижать нельзя.

— Что ж мне делать? — заюлил, чуть не плача мужик, — у меня ж семья: жена да трое ребятишек, мне ж их кормить надо. И мы не бездельники, с утра до поздней ночи крутимся, только все в пустую. Грош заработаем, а на три крысы попортят. Помогите, госпожа ведьма.

— Ладно. Накорми нас, да комнату приготовь. Задержимся на день у тебя, попробуем разобраться с твоей бедой. Да извозчику нашему передай, что мы остаемся.

— А вещи ваши выгружать?

— Наше все с нами, не беспокойся. А извозчику было сполна уплачено, как садились. Хватит ему.

Мужик моментально преобразился, даже улыбка засияла на лице.

— Все для Вас сделаем, госпожа ведьма. Все в лучшем виде будет! Уж мы для Вас расстараемся.

Трактирщик действительно постарался. Две девчушки быстро накрыли стол, и мы наелись вкусно и от души. А в комнате, отведенной нам, уже ожидала подготовленная ванна. Как же хорошо было смыть с тебя дорожную пыль, расслабиться. Сурия еще возилась, а я, как только прилегла, так сразу и уснула.

Утром я с подробностями вспоминала сон. И чем больше думала о нем, тем больше понимала, что сон этот не простой.

Я открыла глаза, когда боль притупилась, и сквозь слезы, стоявшие в глазах, смотрела на серьезного мужчину с бородкой, который что-то говорил женщине. И вроде бы эта женщина — моя мама.

— Я сделал все, что мог, госпожа. Сейчас девочка почти не чувствует боли, благодаря вот этим каплям. Как только боль вернется, разведите еще две капли средства на стакан воды и дайте ей. Но имейте в виду: много давать нельзя. Капли очень коварные и могут вызвать тяжелые последствия. Мой Вам совет: девочку нужно показать сильным магам, простой лекарь тут не справится. И чем раньше Вы обратитесь, тем лучше.

— Но вблизи нас нет сильных магов-целителей, что же делать? А везти девочку нельзя. Вы же сами сказали — не трогать.

— В столице есть маги-целители. Возможно, Вам удастся уговорить мага прибыть к Вам. Желаю удачи.

И мужчина ушел. А женщина заплаканными глазами посмотрела на меня.

— Мамочка, не плачь.

Я (или эта девочка) попробовала протянуть к женщине руку, но ничего не получилось, только боль опять пронзила все тело.

— Мамочка, а ты видела, как я летала? Ты же видела?

— Да, малышка. Я все видела.

— У меня же получилось? Я поправлюсь и опять буду летать. Я буду как птица.

— Да, моя милая. Только ты забыла, что еще маленькая, и тебе рано летать. Обещай, что сначала вырастешь, а потом уже опять будешь пробовать летать.

— Хорошо, мамочка. Ты только не плачь.

Почему мне снится эта девочка и так, как будто я вижу все своими глазами? Вторая ночь в этом мире, и второй раз сон с участием девочки. Что-то в этом есть. Я решила посоветоваться с Сурией, рассказав ей о снах. Но моя спутница была занята — договаривалась с трактирщиком, а потом и вовсе ушла. Сказала: «Займусь делом, а ты пока можешь отдыхать». Мне и интересно было, что и как она будет делать, но я побоялась помешать.

Я подумала, не заняться ли мне зарядкой ока? Но без Сурии… Как узнать, когда остановиться? А шар манил, притягивал. Может, хотя бы просто попробовать заглянуть в него?

Я достала шар и поставила перед собой. Волнение и предвкушение — вот, что испытывала я в те мгновения. Я даже не задумывалась, что хочу увидеть, меня вела одна мысль — получится ли у меня хоть что-то с оком без Сурии? Почему-то мне казалось, что нет. Но маленькое «а вдруг» победило, и я коснулась рукой шара.

Вначале ничего не происходило, и я успокоилась. Нет, так и нет. Но потом стал появляться туман, и я, вспомнив, как у меня было еще в том мире с шаром, приблизила глаза к нему. Вот стала проявляться картинка. Что это? Мужчина с суровыми чертами лица читал какие-то бумаги. Прядь смоляных волос упала ему на нахмуренный лоб. Что-то знакомое мне почудилось в этом человеке, но из-за наклона головы я не могла его толком рассмотреть.

— Подними голову, ну, подними же, — мысленно приказывала я.

И он поднял. А меня как током пронзило. Инквизитор! Да, это был никто иной, как инквизитор Ратмир. «Он меня не видит», — успокаивала я затрепыхавшееся сердце. Но мужчина в оке смотрел прямо мне в глаза. И я тоже смотрела и улыбалась. Не знаю почему. Это трудно объяснить. Может, потому, что мне было безумно приятно, а может, потому, что…

Я очень любила море, хотя мне довелось только один раз побывать у него. Но ощущения, которые я испытывала, глядя на этот бескрайний завораживающий простор, ни с чем не могли сравниться. Разве что с небом, когда я лежала и смотрела, погружалась в эту бескрайнюю даль. Если вам когда-нибудь доводилось испытать эти погружения в бескрайность, то вы поймете, что я чувствовала, глядя теперь в эти глаза.

Ни один мускул не дрогнул на лице инквизитора. Но каково же было мое удивление, когда я услышала:

— Кто ты?

Не может быть! Как он почувствовал мой взгляд? Неужели он увидел меня? Но как?

Я быстро отняла руку от ока.

Что это было? Ой-ей, не привлекла ли я очередную проблему?

Трактирщик был счастлив — он своими глазами видел, как крысы покидают его трактир и ближайшие постройки. Сурия подтверждала, что зрелище было не для слабонервных, такого количества серого воинства ей не доводилось раньше видеть.

— А они не вернутся? — беспокоила его мысль.

— Приманки для них теперь здесь нет, я убрала. А вот от случайно заглянувших советую приобрести кошку.

Благодарить Сурию пришло все семейство: и жена, и дети трактирщика.

— Все, все! Хватит слов, — Сурия уже устала слушать слова благодарности. — Вы нам лучше в дорогу соберите чего перекусить.

— Вы теперь всегда желанный гость в нашем трактире. Для Вас, когда бы Вы ни появились, всегда будет и бесплатный кров, и кусок хлеба.