Чтение онлайн

— Господи! — прошептал Март. — Что с ней сделали…

Словно драгоценная шкатулка, открылся череп Алисы — кожа вместе с волосами соскользнула на траву, приоткрыв алую рану.

— Он вынул ее мозг, — сдавленно сказал Фима и отвернулся.

Марта вырвало.

И только Инга, казалось, ничего не замечала вокруг, кроме горя и мертвого тела:

— Элис! Сука! Как ты могла, Элис?! Как ты могла?!

После коротких дебатов мы решили перенести тело Алисы на территорию лагеря. Фима сбегал за одеялом. Стараясь не смотреть на обезображенную голову, мы завернули труп в одеяло. Мы с Фимой впереди, Инга и Март позади.

Март плакал. Инга, устав от слез, только коротко и жалобно всхлипывала. Один только Фима старался казаться невозмутимым, но, честно говоря, у него паршиво получалось.

— Мы в ловушке, — сказал он после некоторого раздумья. — Нас всех здесь перережут, как кроликов.

Редкие красные капли падали на землю.

— Странно, кровь должна была уже свернуться.

— Почему?

— Судя по всему, ее убили ночью, где-то около полуночи.

— Около полуночи ее не могли убить, — признался Фима и покосился на Марта. — Мы с ней были здесь вдвоем до пяти утра. Потом я ушел.

— Что же ты раньше молчал? — взорвался я. — Может, мы смогли бы ее спасти, если бы пришли сюда с самого начала.

— Я думал, Март пытается устроить сцену ревности. Алиса часто отлучалась по ночам. Здесь нет ни одного мужика, с кем бы она не переспала. Разве что только ты, док… Но это вопрос времени. Я ее пользовал, когда хотел. И думаю, что Инга и Март знали, но предпочитали молчать. Для них — она без пяти минут святая. Лилит с нимбом.

— Давай по существу. Вы расстались в пять?

— Около того. Она сказал, что хочет встретить рассвет одна. Так было уже несколько раз, и я не удивился. Я оделся и пошел по тропинке, немного заплутал, потом вышел к забору.

— Никого не видел?

— Нет, — задумался Фима. — Но мне показалось, что кто-то за мной наблюдал из-за кустов. Решил, что это тот сумасшедший старик, но проверять не стал — себе дороже.

— Криков не слышал?

— Нет.

Я подумал о том, что нам придется положить тело Алисы в «бунгало страсти», там, где уже лежали остальные. Горло тут же сжал спазм.

— Я сам ее положу, — без эмоций сказал Фима. — Тебе не надо смотреть на них, док. Не слишком приятное зрелище.

— А ты?

— До проекта я работал санитаром в морге. Всякого насмотрелся. Вот только не думал, что увижу любимую женщину со снятым скальпом.

— Так ты…

— Не цепляйся к словам. Мы с ней спали три часа назад. Неужели ты думаешь, что я откажу ей в столь малой любезности — не назову напоследок любимой?

Он бережно подхватил мертвое тело и понес к бунгало. Длинные волосы касались земли. Держались они на тонкой полоске кожи. Мне опять стало не по себе.

— Март, ты как? — я коснулся поникшего плеча.

— Никак, — сглотнул Март, глядя вслед Фиме. — Почему он может ее нести, а я нет? Почему? Почему я не могу прикоснуться к ней — ведь я любил ее, а сейчас будто и не она вовсе. Док, почему?

— Не думай сейчас об этом. Лучше помоги Инге.

Он кивнул и обнял экс-подругу и — по совместительству — экс-соперницу. Смерть, действительно, примиряет даже самых лютых врагов. Инстинкт самосохранения делает больше — заставляет бороться.

— Соберите всех! — сказал я. — Отныне мы держимся вместе.

Я чувствовал себя героем Агаты Кристи, начитавшейся на ночь Стивена Кинга. Старушка явно сбрендила и теперь лепила то, чего никогда не происходит в жизни. По правде, мне никогда не нравились ее книги. Чего не скажешь о Стивене Кинге. Прежде чем кого-то убить мистер Кинг садился и писал очередной триллер. В процессе творчества желание убийства проходило, мир получал очередной шедевр, а потенциальная жертва — небольшую отсрочку. Потом жертву все равно убивали, но кто сказал, что это был мистер Кинг?! Однако в нашем случае все обстояло не так уж гладко: убийца явно не отличался литературными наклонностями, но если уж принимал решение кого-то отправить в мир иной, то с блеском воплощал задуманное.

— Выхода у нас нет, — сказал я, когда все участники собрались возле корпуса. Луша пришла последней, и мне почему-то захотелось спросить, есть ли у нее алиби на последние два часа. В поисках она не принимала участия. — Придется разделиться на две группы: одна пойдет искать помощь, другая останется здесь.

— Зачем?

— Ждать помощи. Вполне возможно, что герр Мордашев или пришлет сюда кого-нибудь, или сам явится. Но что-то я не верю в подобное чудо: нас третий день «завтраками» кормят.

— Точно. Скорее небо на землю упадет, — флегматично отозвался Четвертаков. — Мы уже — отработанный материал, и никому не нужны.

— Если нас здесь оставили, значит, нужно сидеть и ждать здесь, — нехотя отозвалась Луша. — Дэн, выпей воды, ты весь вспотел.

Я взял бутылку питьевой воды и осушил ее до дна. У воды был странный — горьковатый — привкус, но в тот момент я не обратил на это внимания.

— Здесь намного безопасней, чем в лесу, — упорствовала Луша.

— За исключением того, что среди нас маньяк.

Последовали бурные и продолжительные возражения. Наличие маньяка никто признавать не хотел. По крайней мере, вслух. Все убийства они по-прежнему собирались свалить на виртуального мозгоеда. Снятый скальп — лишнее тому подтверждение. Мозгоед перешел к действиям. Про остальные жертвы в пылу дискуссии все как-то позабыли.

— Хватит орать! — заорал я. — Надо как-то добраться до Москвы!

Они вяло кивнули в ответ. Просто стадо баранов, и только. Вот этого я совершенно не понимал! Какой смысл сидеть и ждать, пока нас всех здесь не перережут?!