Чтение онлайн

— Испанская полиция ищет стрелявшего, — ответил Мануэль, — но пока ничего не известно.

— Вы думали, что я мог где-то проболтаться? Ты же знаешь, что Инес — жена моего племянника, убитого в Майами.

— Тебя никто не обвиняет. Нам нужно решать, как выпутаться из этой глупой истории.

— Что ты предлагаешь?

— Послать в Сальвадор с Инес другого человека нельзя. Рядом с ней всегда масса охранников, слуг, массажисток, водителей. А подготовить вторую такую пару мы не сможем. Может, пока убрать их куда-нибудь, а в Сальвадор послать другую пару, под их именем, конечно?

— Это очень опасно, их могут разоблачить. Инес Контрерас очень известный человек в Латинской Америке.

— Ты можешь предложить что-нибудь другое?

— Не знаю, но мне не нравится такой план. Это очень рискованно.

— Это не нам судить. А Инес и ее мужа нужно просто убрать на время куда-нибудь в безопасное место, например к вам на Кубу. В Россию им, конечно, нельзя, иначе все это будет выглядеть как глупое прикрытие. А вот отдыхать на Кубе они вполне могут. Инес ведь, кажется, подруга Вильмы Эспин Лильойс. Они ведь знакомы уже много лет.

— Да, они давно дружат, — кивнул мрачный Мануэль, — но это большой риск, Сергей, очень большой. Думаю, ты сам знаешь, что делаешь. Эти новые люди почти «смертники».

— Это уже их дело, — махнул рукой Чернов, — подожди меня здесь. — Он поднялся и вышел из комнаты. В коридоре тревожно ходил из конца в конец Куманьков. Увидев генерала, он изменился в лице, услужливо подбежав поближе.

— Составьте список людей, кто знает о пребывании нашего гостя на этой вилле, — приказал Чернов, — включите всех, даже водителя.

— И посла? — уточнил Куманьков.

— Всех, — зло ответил Чернов и безжалостно добавил:

— Себя самого, надеюсь, вы тоже не забудете.

Он сказал это громче обычного, и сидевший в конце коридора за неплотно закрытой дверью Мануэль Вальес услышал эти слова. Он всегда гордился тем, что хорошо знал русский язык.

Когда пуля пробила стекло, он инстинктивно обернулся, пытаясь понять, что происходит. Позднее, анализируя свои чувства, он вдруг понял, что несколько расслабился. Прекрасный отель, красивая, но раздражающая его женщина, дурацкое положение «жигало» при аристократке-миллионерше, его собственная ошибка, выразившаяся в непроизвольном употреблении испанского ругательства, — все это несколько сбило с него привычную осторожность, и он осознал все, лишь почувствовав резкую боль в ноге. Потом он упал и услышал, как рядом с его головой раздался второй выстрел, попавший в посуду на столе.

Нужно отдать должное Инес — она не закричала. Только бросилась сразу к нему, пытаясь определить, насколько серьезно он ранен.

— Ради бога, — крикнул он, — ложитесь на пол и не двигайтесь! У вас есть в номере оружие?

— Нет! — ответила она.

— Тогда лучше лежите и не двигайтесь. Ox, — простонал он в конце своей фразы. Чуть ниже колена расплывалось большое красное пятно.

— Вы ранены? — спросила женщина, все-таки опускаясь на корточки за столом. Он, изо всех сил сдерживая крик от боли, пополз в сторону ванной, где он мог быть вне досягаемости неизвестного снайпера.

— Где ваша чертова охрана, — простонал он, — за что только они свои деньги получают?

Инес, чуть поднявшись, быстро прошла к дверям.

— Карамба! — закричал, уже не сдерживаясь, изо всех сил Бернардо. — Да спрячьтесь вы ради всего святого! Вас же могут подстрелить.

Но она уже выбежала из номера и только громко стукнула открываемой дверью.

Он наконец дополз до нужного места и, приподняв голову, осмотрел свою ногу. Ранение было не тяжелым. Он ощупал кость, кажется, она немного задета, но пуля, пробив мякоть, вышла снаружи. Хорошо еще, что кончилось таким образом. Правда, от этого рана не была менее болезненной. Он попытался подняться и со стоном свалился на пол. С таким ранением он может ставить крест на своей дальнейшей операции. Кажется, его «свадебный роман» с сеньорой Инес Контрерас закончился, не успев начаться. После такого ранения ему месяца два уже не бегать. А это значит — конец его заданию.

«Как все глупо, — печально подумал Бернардо, — так дешево подставиться в этом солнечном Мадриде». Кто мог стрелять в него в этом городе? О его приезде никто не мог знать, кроме связного. И потом, это не похоже на убийство. Если стреляли из дома на другом конце улицы, то должны были попасть. Снайпер никогда бы не промахнулся. А тут ранение в ногу. Значит, был не снайпер, не профессионал. А зачем дилетанту убивать мужа Инес Контрерас? Он снова застонал, кажется, кровь начала впитываться в дорогой ковролин на полу.

Резко открылась дверь, и в номер вбежало сразу несколько человек. Он узнал Альфредо и стоявшего утром у дверей молодого парня.

— Стреляли вон с того места, — показала Инес.

Альфредо подскочил к окну. Над Бернардо склонилась полная женщина с улыбкой старой няни.

— Давайте я посмотрю вашу рану, — попросила она.

— Вы врач? — застонал Бернардо.

— Она врач-косметолог, — сказала вместо женщины Инес, — пусть она посмотрит тебя, пока приедет настоящий врач.

— Не нужно врачей, — попросил Бернардо. — У меня не такое серьезное ранение. Вот посмотрите, пуля просто пробила мне ногу, кажется, даже не задев кости. Ох, или, может, задела, я не знаю точно.

— Да, кость немного задета, — нахмурилась женщина, — но вы правы, пули здесь нет. Нужно вызвать врача.

— А что вы ему скажете? — простонал Бернардо.

— Это мы решим, — махнула рукой Инес. — Что там произошло? — спросила она у Альфредо.

— Отойдите от окна, — попросил тот и очень тихо спросил:

— У вашего мужа есть враги?

— По-моему, нет, откуда я могу знать точно?

— Мы пойдем посмотрим, — предложил Альфредо, — я с Филиппе спущусь вниз и перейду на другую сторону улицы. А Рафаэль и Доменик останутся здесь, рядом с вами.

— Не нужно, — махнула рукой Инес, — лучше найдите стрелявшего. Я закрою занавески, и здесь ничего не будет видно.

— Вы сами слышали выстрел? — спросил Альфредо у лежавшего на полу Бернардо.

— Нет, конечно. Стреляли с глушителем. Кажется, из снайперской винтовки «Паркер-Хейл». Это модель 85. — От обильной потери крови начала кружиться голова. — Посмотрите на патроны.

Альфредо нахмурился, но ничего не сказал. Он подошел к окну и, уже выходя из номера, обернулся к Инес: