Чтение онлайн

Мрак прорычал в недоумении:

– Ну почему?

– Ты в самом деле из Леса. Это ж так просто! Мертвый герой не спорит. Я могу выставить его защитником каких угодно интересов. Каких угодно мне. А живой знаешь куда бы послал? А то и сам бы отвел. На веревке.

– Но почему? Почему не нужен живой?

– Герои… гм… в них слишком много крови богов. А значит – слишком мало скотства. Волхвы говорят, что мы лишь до пояса люди, а ниже – скоты. Но это говорится в утешение народу. На самом деле человек почти весь скот. От пяток до кончиков ушей. В нем лишь несколько капель крови богов, да и те затерялись… Словом, люди-то понимают, что хотят герои и что делают, восхищаются ими, но сами так жить не могут, да и не хотят. Герои хороши, когда бродят по окраинам земли и бьют чудищ, но если такой герой стал бы правителем…

– Ну-ну!

– То народ бы наплакался кровавыми слезами. Герой заставлял бы всех жить так же чисто и светло, как живет он сам, а кто так сможет… долго? Да, любой человек в какую-то минуту способен с голыми руками кинуться на врага, спасти из горящего дома ребенка, броситься на меч, отдать последний кусок хлеба погорельцу… Но потом нам надо вываляться в навозе, излиться в скотстве, лгать, блудить, жрать и… В этом вся жизнь простого человека. А мы все – простые. Все еще не понимаешь?

Мрак сидел с опущенной головой. В нем было столько отчаяния, что Додон ощутил почти жалость.

– Герои нужны этому миру, – сказал он утешающе. – Как и чудовища. Но и тех и других должно быть мало. И должны они быть… вдалеке.

Мрак промычал неразборчиво, голова его все еще была опущена.

– Понял, тцар. Я ухожу.

Додон вытаращил глаза. В пьяном застолье чего не скажешь, даже правду можно молвить, все одно не поймут, но у этого человека, похоже, слова с делом не расходятся. Самые опасные люди. Такие в самом деле должны быть подальше от стольного града.

Он мчался по степи, спеша уйти из подлой страны Куявии, когда услышал стон. Быстро огляделся. Среди голой земли увидел в сотне шагов густые кусты. Конь пошел шагом, тревожно прядал ушами. Мрак вскоре учуял запах свежей крови. За три шага от кустов заметил примятую траву, капли крови на листьях. Ветви были обломаны, под ними крови было больше.

Конь осторожно раздвинул кусты, двигался тихо, принюхивался, как гончий пес, фыркал. Запах крови стал сильнее, теперь Мрак шел по нему безошибочно. Кто-то прополз, то пригибая ветви, то проползая под ними, кровавый след тянулся уже не каплями, а целой струйкой.

На крохотной полянке в луже крови лежал вниз лицом человек. В спине зияла широкая рана, откуда еще слабо сочилась кровь. Видимо, пытался заползти под ветки, но силы покинули. Мрак озабоченно покачал головой. Человек если не умер, то сейчас умирает. Столько крови потерять, и то чудо, что заполз так далеко.

Человек слабо застонал. Мрак спрыгнул с коня, перевернул на спину. Грудь незнакомца была широка, в пластинах мышц. Лицо мужественное, красивое, молодое. Веки затрепетали, на Мрака взглянули синие как небо глаза. Губы уже начали синеть, но Мрак расслышал шепот:

– Кто бы ты ни был…

– Говори, – сказал Мрак угрюмо. – Что смогу, то сделаю.

Он приподнял голову умирающему, приложил к губам баклажку с водой. Тот даже не пытался пить, прошептал:

– Если будешь проезжать… через… Сосновицу…

– Я через нее еду, – заверил Мрак. – Но даже не ехал бы, то все равно бы заехал. Что передать? И кому?

Красиво очерченные губы незнакомца дрогнули в слабой улыбке.

– Ты все понимаешь…

– Что тут не понять, – сказал Мрак, все еще хмурясь. – Все там будем. Даже те, кто не носит меча. Ну а мы, люди с мечами и топорами, будем там раньше других.

Незнакомец показал глазами в сторону:

– Их было двенадцать… Я был только со своим другом Бенаки. Но я их всех… один. И в конце, когда дрался с последним, Бенаки ударил кинжалом в спину.

Мрак кивнул:

– Я слышал, героев убивают только в спину.

– Спаси… бо… Они унесли своих убитых, а меня бросили… Думали, мертв.

– Но герои не умирают, – молвил Мрак, – не сказав последних слов мудрости. Говори, я все сделаю.

Незнакомец слабо улыбнулся:

– Герои – да. Но я простой витязь на заставе богатырской. И просьба у меня простая… В Сосновице отыщи моего брата. Зовут его Рамейка. Он выше меня ростом, в плечах шире, а сила в нем непомерная. Пусть отомстит… за меня, своего брата Зарембу.

– Сделаю, – пообещал Мрак. – Что еще?

Умирающий слабо шевельнул рукой. На безымянном пальце блеснул перстень. В золотое колечко был вставлен зеленый камешек.

– Передай моей… невесте Милене, – шепнули замирающие губы. – Теперь свободна… В кармашке узорный платок… Ее подарок. Верни…

Губы двигались все медленнее, наконец застыли. Глаза невидяще смотрели в небо. Мрак провел ладонью по лицу, надвигая веки, вздохнул.

Кусты отчаянно цеплялись за землю, поднимали целые пласты. Мрак взмок, но вытащил куст, чьи корни уходили глубоко. Яма получилась знатная. Герой Заремба поместился весь, не пришлось даже скрючиваться.

Могилу Мрак завалил тяжелыми камнями. Конь уже объел ближайшие кустарники, отодвигался все дальше.

Вечерело, когда Мрак въехал в Сосновицу. Мальчишки показали дорогу к корчме, Мрак повернул коня, вскоре на перекрестке дорог появилось высокое здание. От него за версту несло пивом и брагой, а веселые вопли расслышал за сотни саженей.

Мальчишка принял коня, Мрак отряхнул одежду и сапоги от пыли, толкнул дверь. Навстречу пахнули привычные ароматы наскоро приготовленной еды, пива, браги, кваса, а запах пота был силен, ибо очаг полыхал вовсю, воздух был горячим и тяжелым.

Мрак подошел к ближайшему столу. Там играли в кости. Один, на миг оторвавшись от игры, радушным жестом указал на лавку рядом.

– Благодарствую, – ответил Мрак, – но я проездом и спешу. Мне надо только передать весточку… Где живет ваш богатырь Рамейка?

Мужик почесал в затылке, а другой, более быстрый, ответил за друга:

– Это восьмой дом от дороги… только не от этой, а от старой, теперь ее не видно, затоптали. Там еще мельница была, ее снесли лет пять тому. Так вот от мельницы свернешь налево, а второй дом и будет его хата.