Чтение онлайн

Сотрудники безопасности компании «Сибирь-Ойл» вытащили примолкшего от этих слов фотокорреспондента из комнаты, их товарищи, державшие в руках вещественные доказательства тоже и эксперт службы безопасности спросил:

— Лео, это правда, что президент отдал такой приказ?

— Правда. — Сурово сказал, как отрезал, Макс — Женя, извини, но ты сам понимаешь, Лёнчик сделал всё, чтобы спасти этому уроду жизнь, но он и его достал дальше некуда. Да, к тому же у него всё равно ничего не получилось бы. Фээсбэшники его у нас всё равно забрали бы и эта съёмка вышла бы ему боком. Правда, благодаря Викингу он теперь уже не станет запираться и как знать, может быть они его всё же не пустят в расход.

Они вышли из комнаты и направились наверх. Эксперт пошел в свой отдел, а Леонард Эрикович и Максим Данилович поднялись на седьмой этаж. Там президент компании ещё раз поздравил всех своих друзей с победой и приказал всем немедленно ехать домой и ждать его там. Им предстояло жить под одной крышей минимум три месяца и всё это время избегать общения не только с прессой, но даже с членами правительства и особенно с конкурентами. Сделка ещё не вошла в ту фазу, когда уже ничто не сможет помещать её развитию. Самому Леониду Эриковичу ещё предстояло ехать с ангольцами на авиабазу в Чкаловске, где приземлился их самолёт. Принять гостей было полбеды. Их нужно было ещё и отправить так, чтобы они благополучно вернулись в Анголу, но это была уже не только его задача.

Ближе к вечеру президент компании «Сибирь-Ойл» сел в неброского вида бронированный джип и в сопровождении всего лишь одной машины с телохранителями поехал в Чкаловск. Он сидел на заднем сиденье и смотрел, как за окном сгущаются сумерки. Была поздняя осень, но снег ещё только изредка срывался с неба. Низкое свинцовое небо, как бы придавило Москву всей своей массой, из-за чего Леонарду Эриковичу было как-то грустно. Он любил яркий солнечный свет и частенько скучал по Анголе. Там солнце светило всё-таки намного ярче или он просто был тогда моложе. Впрочем он и сейчас чувствовал молодым и полным сил мужчиной. Страна на его взгляд стала понемногу выправляться, вот только его иногда одолевали сомнения, не слишком ли поздно? Ну, и ещё его очень волновал такой вопрос, а не слишком ли медленно поднимается экономика? Ответов на оба этих вопроса у него не было, хотя он являлся далеко не самым последним человеком в России и от него зависели многие люди.

Он и его партнёры были не лучше и не хуже некоторой части тех российских бизнесменов, чьи имена были тесно связаны с периодом хищнической ваучерной приватизации. Леонард Эрикович не испытывал никаких угрызений совести за те деньги, которые они получили от продажи алмазов. В конце концов они все были потрачены на покупку крупного нефтедобывающего объединения. Причём купили они его в тот момент, когда страна особенно остро нуждалась в деньгах, а не сладких посулах. После этого им пришлось здорово извернуться, чтобы поднять рухнувшее предприятие и начать качать нефть. Помогло же им то, что деньги их оффшорной компании не простаивали без дела и принесли им хорошую прибыль.

Те времена, когда им приходилось выкручиваться, давно уже прошли. Они постоянно наращивали объёмы добычи нефти, обустраивали нефтепромыслы, бурили новые скважины и даже шагнули на арктический шельф, а теперь вышли на новые рубежи, но вместе с этим Леонард Эрикович всё же испытывал угрызения совести, особенно когда видел на улицах Москвы из окна своего лимузина нищих. Но, увы, они не могли платить высокую зарплату всем людям в России, как и не могли выплачивать всем старикам достойные пенсии. По сути дела они мало чем отличались от всех остальных представителей крупного российского бизнеса. Кроме разве что того, что никогда не лезли в политику, не ездили во всякие там Давосы, чтобы рисоваться там перед телекамерами, ну, и ещё платили налоги с большей части своих доходов и лишь только тогда, когда действительно имели налоговые льготы, пользовались ими.

Они быстро доехали до Чкаловска, на гаишников всё-таки оказывали своё действие спецпропуска на лобовом стекле обоих джипов, но вот там началась не совсем приятная кутерьма. Половина ангольской делегации, а всего в Россию прилетело три министра, хотя договор подписывал один только Мануэль да Силва, надралась в лоскуты и хотела продолжения праздника. Кое как, действуя где уговорами, где лестью, а где и более строгими формами убеждения, им удалось, наконец, затолкать их в «Боинг» и выпроводить из страны. После этого на Леонида Эриковича навалилась такая усталость, что он попросил отвести его в офис, поскольку ему сейчас более всего хотелось упасть в постель и поскорее уснуть. Всё равно завтра нужно было быть с утра пораньше на работе, чтобы снова заниматься ангольским вопросом.

В это же самое время в своём дворце на улице Пирогова четверо Верховных магов с Гекатана внимательно наблюдали за тем, как их подопечный поднимается в лифте в свой кабинет, к которому было пристроено ещё несколько комнат для отдыха и сна.

Свазард Моливен, который совершенно не изменился за проведённые на Земле почти тридцать три года, с сомнением в голосе поинтересовался у своего друга:

— Рагни, не слишком ли высоко мы позволили взлететь твоему брату Леонарду? Когда-то я думал, что нам придётся приложить немало усилий, чтобы помочь ему, а на деле вышло так, что он и без нашей помощи добился очень много. Хорошо, что он никогда не стремился к власти, а то давно бы уже стал президентом. Интересно, что бы мы тогда делали, Рагни?

Король Рагнерд, одетый точно такой же костюм, как и его брат Леонард, и даже постриженный точно так же, а потому представлявший из себя его точную копию, ухмыльнулся и насмешливым голосом ответили:

— То же самое, что собираемся сделать сейчас, Свази. То же самое. А вообще-то ты так говоришь, словно у нас имеются какие-то другие варианты. Извини, но моя братец поставил меня в очень жесткие рамки и тут уж не до реверансов.

Ан-Шен-Кронос, куривший трубку, пыхнул ароматным дымом и не поленился вставить в разговор свои пять копеек:

— А тебя не волнует, Рагнерд, что этот твой третий братец даже без магических знаний здоров корки мочить? Лично меня ужас охватывает, как только с вспомню все его художества с диким зверьём. Он уже до того дошел, что у него аквариумные рыбки танцуют брейк, а мухи делают в воздухе такие построения, что им даже «Стрижи» и «Русские витязи» позавидуют. Хотя я и не замечал за ним, чтобы он проделывал то же самое и с людьми, с него станется, друг мой. И такого монстра ты собираешься запустить в наш гекатанский курятник? В принципе я не против, но может быть Свази не станет его учить магии? Так оно будет хоть немного спокойнее.

Хотя если он увидит хотя бы одного живого мага, то мигом выкачает из него всю нужную ему информацию.

— Шен, во-первых, я вовсе не собираюсь отправлять его на Гекатан. — Ответил демиару король — А, во-вторых, на Декаране ему быстро промоют мозги и до тех пор, пока мы его оттуда не заберём, он будет Иваном не помнящим родства, а уж о том, что был когда-то Верховным магом, вообще не вспомнит. Так что страховка у нас стопроцентная, такого страхового полиса даже в «Росно» не купишь. Поэтому давайте на этом прекратим прения и вообще мне уже пора отправляться в его офис, чтобы покрасоваться там перед видеокамерой, установленной на его личной секретной тропе Хошимина. Лайтия, девочка моя, подай мне эти дурацкие пистолеты.