Чтение онлайн

Как в большинстве самолетов бизнес-класса, на «Хокере-1000» был маленький, но роскошный туалет, занимающий все пространство фюзеляжа в хвосте самолета. Как в некоторых, задняя стенка туалета сдвигалась, открывая доступ в крошечную каморку, в которую пассажиры могли поставить легкий багаж. Кулач проверил туалет, но не багажное отделение.

Через пять минут после взлета мужчина в комбинезоне механика отодвинул стенку и вылез из багажного отделения в туалет. Достал из ящика с инструментами пистолет «сиг сойер» калибра 9 мм, проверил, легко ли ходит затвор, снял с предохранителя, вышел в салон. Двое мужчин, сидевших в удобных, обитых кожей креслах, вытаращились на него.

— Ты не посмеешь выстрелить, — сказал серб. — Пуля пробьет корпус, и мы разлетимся на куски.

— Патроны модифицированы, — сухо ответил Мститель. — Четверть порохового заряда. Достаточно для того, чтобы проделать в каждом из вас дыру и убить, но металл такая пуля не пробьет. А теперь скажи своему парню, что я хочу, чтобы он двумя пальчиками достал пистолет и аккуратно положил на ковер.

Последовал короткий приказ на сербскохорватском. С потемневшим от ярости лицом телохранитель достал «глок» из кобуры под левой подмышкой и положил на ковер.

— Подтолкни ко мне, — приказал Декстер. Зилич повиновался.

— Теперь второй, что на лодыжке.

Под носком, на левой лодыжке, Кулач держал маленький пистолет, приклеив его скотчем к коже. После того как и этот покинул пределы досягаемости, Мститель достал пару наручников, бросил на ковер.

— Левая лодыжка твоего приятеля. Закрепи наручник сам. Да так, чтобы я все видел, а не то останешься без коленной чашечки. Учти, стреляю я метко.

— Миллион долларов, — предложил серб.

— Шевелись.

— Наличными, в любом банке.

— Я теряю терпение.

Наручник охватил лодыжку.

— Защелкивай.

Кулач поморщился от боли: металл прищемил кожу.

— Вокруг стойки кресла. И на правое запястье.

— Десять миллионов. Ты будешь дураком, если откажешься.

В ответ на пол упала еще пара наручников.

— Левая рука, через цепь твоего приятеля, теперь правая рука. Чуть назад. И чтоб я тебя видел, а не то расстанешься с коленной чашечкой.

Двое мужчин на корточках сидели на полу, прикованные друг к другу и к стойке кресла. Декстер надеялся, что она выдержит рывок гиганта.

Обогнув их по широкой дуге, дабы его не ухватили за ногу, Декстер прошел к кабине пилотов. Капитан даже не обернулся, подумав, что дверь открывает владелец, решивший узнать, как идут дела. В следующее мгновение ему в висок уперся ствол пистолета.

— Капитан Степанович, не так ли? — спросил голос.

Фамилию назвал ему Вашингтон Ли, перехвативший электронное письмо, посланное из Уичиты.

— Против вас я ничего не имею, — продолжил угонщик. — Вы и ваш друг — профессионалы. Как и я. Так давайте ими и останемся. Профессионалы не совершают неблагоразумных поступков, если могут этого избежать. Согласны?

Капитан кивнул. Попытался оглянуться, посмотреть, что делается в салоне.

— Ваш работодатель и его телохранитель обезоружены и прикованы к фюзеляжу. Помощи ждать неоткуда. Пожалуйста, делайте все, что я скажу.

— Что вы хотите?

— Измените курс. — Мститель взглянул на электронный указатель курса. — Предлагаю три-ноль-пять градусов. Обогнем восточную оконечность Кубы, поскольку у нас нет разрешения на пролет над ее территорией.

— Куда летим?

— В Ки-Уэст, штат Флорида.

— США?

— Земля моих отцов, — ответил мужчина с пистолетом.

Декстер выучил на память маршрут от Сан-Мартина до Ки-Уэста, но необходимости в этом не было. Авионика «Хокера» была настолько простой, что даже далекий от авиации человек мог проследить на жидкокристаллическом дисплее отклонение реального курса от намеченного.

Через сорок минут под правым бортом промелькнули огни Гренады. Два часа они летели над водой, прежде чем увидели южную оконечность Доминиканской Республики. Еще через два часа, когда они находились между Кубой и Андросом, самым большим из Багамских островов, Декстер наклонился вперед и коснулся уха француза мушкой автоматического пистолета.

— Отключи транспондер [61] .

Второй пилот посмотрел на югослава, который пожал плечами и кивнул. Без транспондера, постоянно посылающего идентификационный сигнал, «Хокер» превратился в точку на радаре для того, кто очень уж пристально вглядывался в экран. А тот, кто не вглядывался, вообще мог его не увидеть. С другой стороны, «Хокер» разом трансформировался в подозрительного нарушителя границы.

Юг Флориды, далеко вдающийся в море, входит в идентификационную зону защиты с воздуха, призванную прикрыть юго-восточное побережье США в постоянной войне с наркоконтрабандистами. Любой, кто пытается войти в ИЗЗВ без полетного плана, ввязывается в игру кошки-мышки с эффективной поисковой системой.

— Опускаемся до четырехсот футов, — приказал Декстер. — Быстро. Выключить все наружное и внутреннее освещение.

— Это очень низко, — пробормотал пилот, начав снижение с тридцати тысяч футов. В самолете погасли все огни.

— Представьте себе, что это Адриатика. Раньше вы это делали.

Он говорил правду. Пилотируя истребитель ВВС Югославии, Степанович имитировал атаки на хорватское побережье на высоте менее четырехсот футов, чтобы не засветиться на экране радара. Так что подобный маневр не составил для него труда.

Мерцающее под луной море завораживало. Буквально притягивало пилота, манило к себе, раскрывало ему смертельные объятия. При высоте менее пятисот футов высотомеры зачастую давали неправильные показания, их приходилось постоянно проверять. В девяноста милях к юго-востоку от Исламорады «Хокер» снизился до четырехсот футов и над Сантаренским проливом помчался к Флорида-Кис [62] .

— Аэропорт Ки-Уэста, посадка два-семь, — назвал Декстер конечную цель. Он заранее изучил план аэропорта. Единственная взлетно-посадочная полоса тянулась с запада на восток. Все ангары, терминалы, административные сооружения располагались у восточного края полосы. Приземление на западном краю позволяло выиграть драгоценные минуты: полиции требовалось время, чтобы проехать всю посадочную полосу с востока на запад. Курс два-семь говорил о том, что при посадке самолет должен лететь точно на запад.