Мстители
Шрифт:
– Да, Катенька, - усмехнулся Игорь, - такая жена, как ты, просто находка для какого-нибудь капитана дальнего плавания!
– Хватит на меня бочку катить!
– махнула рукой Екатерина.
– Знаю я ваше мужицкое отродье. Посмотри на моего придурка! Он ведь, кроме как телевизор смотреть и пить, ничего не умеет. Если трезвый - так в телевизор уткнется, а если не смотрит, значит, в жопу пьяный лежит. Его же на любой конкурс мудаков посылай - призовое место обеспечено.
Усмирение разбушевавшихся супругов закончилось далеко за полночь. Молодые люди как могли убеждали Екатерину и Владимира, чтобы те угомонились и отправлялись спать.
– Не хочу я спать с этим мудилой!
– взбеленилась Катька.
– Бывают же нормальные мужики. Вот посмотрите хотя бы на вашего соседа: мужчина приличный, двое детей, приехал на юг отдыхать, с семьей, как человек... Кстати, из вашего же города приехали.
– Да?
– удивились Ольга с Игорем.
– Угу. Сам видел паспорта их, - подтвердил Володька.
– Липицкие их фамилия. Генка и Зойка.
– Они какие-то нелюдимые, - осторожно заметила Ольга.
– Мы и не знали, что они из наших краев.
– Да они у нас постоянно, каждый год отдыхают, по месяцу, - продолжил Володька.
– А в этом году что-то задержались - уже полтора месяца, и похоже на то, что до конца лета будут жить. Прикатили сюда на машине. Генка говорит, что с работы уволился.
– Вот видишь, придурок! Человек с работы уволился, а в состоянии прокормить семью и даже три месяца отдыхать на море!
– язвительно вставила Катька.
– Пошла ты, стерва! Тебе сколько ни зарабатывай, все равно мало!
– Все! Хватит!
– закричал Игорь.
– Спать пора! Пошли, Ольга, мы все же здесь на отдыхе...
Молодые люди решительно направились в свой флигель. Едва добравшись до кровати, они заснули мертвым сном.
Глава 5
Утром они явились на пляж несколько позже обычного и не очень-то выспавшимися. Однако после купания в чуть прохладном с утра море и съеденных бутербродов настроение у обоих повысилось.
Тут Ольга заметила приближающихся к ним соседей.
– Вот и земляки появились!
– ткнула Ольга Игоря в бок.
Стороны обменялись стандартными приветствиями:
– Доброе утро!
– Здравствуйте!
– Похоже, хозяева и до вас добрались!
– сочувственно произнесла мадам Липицкая.
– В этом флигеле все так хорошо слышно.
– Ничего не поделаешь - придется терпеть. Некоторые живут и в более худших условиях, - заметила Ольга.
– Да уж, - буркнул глава семьи и, качнув козырьком бейсболки, дал понять, что разговор окончен.
Ольга долго смотрела на удаляющуюся фигуру Липицкого. Где-то в глубине души у нее шевельнулось нехорошее предчувствие. Распознавать его свойственно почти всем женщинам, побывавшим в тяжелых жизненных передрягах и когда-либо терявших любимых и родных. Это было тревожное ожидание беды.
Она еще не могла до конца объяснить, откуда это взялось в ее сознании. Но совершенно явственно ощущала, что за этим мужчиной, умудрявшимся сохранять свою церемонность даже на пляже, тянется некий мрачный шлейф непростых проблем, довлеющих над ним и его семьей.
– И все же странный он какой-то, - словно прочитав мысли Ольги, сказал Игорь. Оказывается, он тоже смотрел вслед Липицкому.
– Сдается мне, что этот дядечка не просто отдыхает. Для отдыхающего он слишком какой-то напряженный. Ему, наверное, изрядно потрепали нервы перед поездкой на море... Ну и Бог с ним, нам до этого нет никакого дела. Поехали лучше в Сочи. Погуляем по городу, посидим в кафешках, зайдем на рынок, наберем себе шмоток и фруктов.
– Конечно поехали, - охотно согласилась Ольга.
Молодые люди зашли домой, переоделись и отправились на станцию.
Возвратились они уже вечером и, поскольку почти ничего в Сочи не купили и были налегке, не заходя домой, отправились в бар. Поужинав там и посидев некоторое время в ожидании Бориса, который так и не появился, они наконец пошли домой. Подойдя к развилке, где они обычно сворачивали к своему дому, Ольга сразу вспомнила вчерашний эпизод.
Действительно, место было подходящим для засады. Кустарник вдоль дороги с одной стороны, крутой склон - с другой. Если в этот момент кто-то выскочит из кустов и попытается на тебя напасть, то уйти от него можно лишь двумя способами: либо возвращаться на боль-шую дорогу, либо на всех парах устремляться к дому.
В Ольге проснулся давно уже не востребованный инстинкт охотника. А точнее - киллера. Навыки, выработанные за те два года, что она занималась этим ремеслом, возбудили ее нервные рецепторы.
Мысленно оценив окружающую обстановку, она подумала: "Нет. Лучше устроить засаду в сарае недалеко от дома". Сарай находился метрах в тридцати от дома. Скорее, это были остатки сарая, от него сохранились лишь две стены, расположенные буквой "Г", которые прикрыли бы затаившегося киллера от взглядов людей, идущих к дому.
С другой стороны, через щели отлично просматривалась дорога. Жертву можно было увидеть издалека, метров за двадцать. Этого вполне хватило бы, чтобы приготовиться к стрельбе. Саму же стрельбу тоже вести было бы несложно достаточно просунуть дуло в широкую щель между досками и расстрелять человека практически в упор.
Жертва даже не сможет увидеть, откуда по ней стреляют. К тому же это место для ведения огня было удобно и с психологической точки зрения. Человек, прошедший почти сто пятьдесят метров в темноте и ожидавший нападения из-за кустов и деревьев, испытывает некоторое облегчение, подходя к дому. Ему кажется, что самое опасное место позади, уже видны спасительные огни дома.
В этот момент притупляется бдительность, человек не становится готов к отражению нападения.
"Да, определенно, лучшее место для засады - этот заброшенный сарай".
Ольга пристально вгляделась в его покосившиеся стены. И тут до ее слуха долетел звук, который ей как профессионалу невозможно было спутать ни с каким другим.
Этот звук являлся в каком-то смысле символом смертельной опасности.
В первую секунду она подумала, что ей просто показалось. Но нет, она вполне доверяла своему опыту. Опыту киллера, отправившего на тот свет не одного человека. Опыту великолепного стрелка, владеющего оружием, как скрипач смычком.