Чтение онлайн

Он чувствовал и жар и холод. Его голое тело чувствовало себя неестественно на гладком полу. Медленно он сворачивался в себя, пока не стал похож на шар, и начал дрожать.

В конце было короткое мгновение ясности, когда он понял, что устал из-за того, что исчезал кислород, когда он осознал, что что-то ещё контролировало всё, что он сделал, всё, что он сказал. Но к тому времени как он понял это, было уже слишком поздно что-то делать. Сейчас я поднимусь, подумал он. Я поднимусь и пробурю обратный путь на поверхность. И тогда я разберусь в этом беспорядке.

Через некоторое время он потерял сознание.

Вскоре после этого он умер.

— Как давно это было? — спросил Полковник.

— Слишком давно, — сказал Таннер; его лицо было изможденным, а голос — хриплым. — Уже порядка сорока восьми часов.

Он не спал почти два с половиной дня. Большую часть этого времени он провел, пытаясь вступить в контакт с F\7. Было несколько отдельных коротких периодов, мгновений, когда все каким-то образом выравнивалось, что позволяло сигналу пробиться. И как он полагал, в эти мгновения команда батисферы также могла его видеть. Но это никогда не продолжалось достаточно долго, чтобы можно было с ними связаться. И когда он уже был готов сдаться, появился сигнал, транслируемый по всем частотам. Ему удалось заполучить лишь короткие фрагменты, слишком короткие. Но другие перехватили и иные части трансляции с остальных каналов. Команда Таннера собрала столько, сколько смогла и пыталась упорядочить всё это вместе, что бы сформировать что-нибудь. Он полагал, что к этому времени у них уже есть кое-что и потому связался с Полковником, но они все еще продолжали работу.

— Могут ли они быть все еще живы? — спросил Полковник.

— Мы уже знаем, что один из них мёртв.

— Хеннеси?

— Нет, Данте, — сказал Таннер.

Он потёр глаза. Вот уже несколько дней его мучила головная боль, возможно, даже недель. Он начал чувствовать, что не может вспомнить, когда её не было.

— Неожиданно, — сказал Полковник.

Таннер кивнул.

— Мы всё еще не знаем, что случилось, но мы знаем, что он мёртв.

Он сбросил файл с материалом на экран Полковника, наблюдая как тот на другом конце линии принимает его. Таннер знал, что там было: вызывающее ужас изображение, на котором было запечатлено, подпертое на командном кресле, расчленённое туловище, прямо перед ним аккуратно сложены в кучу его конечности. Голова была раздроблена и деформирована, она едва ли напоминала человеческую.

— Это обрывок одной из передач, которые нам удалось сберечь. Собственно, последнее, имеющееся у нас, изображение.

— Откуда ты знаешь, что это Данте? — спросил Полковник.

Полковник был крепким человек, думал Таннер: его голос был таким же, как и раньше, словно он смотрел на чью-то свадебную фотографию. Таннер прокрутил участки изображения на его мониторе.

— Здесь и вот здесь вы можете увидеть небольшое количество волос. Они запеклись в крови, но мы вполне уверены, что это волосы.

— А, да, — сказал Полковник, — теперь вижу.

— Хеннесси был лысым, — простодушно пояснил Таннер.

Полковник откинулся в кресле, задумавшись.

— Что произошло? — спросил он.

Таннер пожал плечами.

— Что-то пошло не так, — сказал он. — Больше мне сказать нечего.

— У тебя есть какие-нибудь предположения?

Таннер вздохнул.

— Должно быть, Хеннесси сошел с ума и застал Данте врасплох. Возможно, неисправность в системе подачи кислорода оказала влияние на его мозг, может быть сказалось слишком длительное нахождение в замкнутом пространстве. Или, возможно, он уже был безумен и мы не знали этого.

— Тебе не кажется это необычным? — спросил Полковник.

— Разумеется мне это кажется странным, — сказал Таннер. — Это ненормальное поведение.

— Нет, — сказал Полковник. — Да, конечно, всё это странно, но еще более необычно то, что все это происходит сейчас, именно сейчас, когда они на пути к невероятному объекту, обнаруженному в невероятном месте.

— Думаешь, диверсия?

— Не исключено, — сказал Полковник. — Но это наименее необычный вариант из всех возможных, Таннер. Прояви немного фантазии. — Он выпрямился в кресле. — Срочно свяжись со мной, как только у тебя появится материал для меня, — сказал он, и потянулся вперед отключить связь.

Альтман заметил, что в течении ночи мощность сигнала время от времени возрастала. Измерительный прибор, который он установил, давал наиболее высокие показания, чем когда-либо. Пульсация прекратилась и уровень активности снизился, но все еще превышал значения предыдущего состояния покоя.

Он взглянул на Филда, который казался поглощенным своими собственными вычислениями. Просто на всякий случай, Альтман повернул свой голографический экран так, чтобы Филд случайно не увидел то, что на нем отображалось. Он прокрутил журнал данных, пока не обнаружил запись, указывающую на смещение. Это произошло около шести — семи утра, хотя для того, чтобы сказать точно, нужно было провести полную корреляцию. Увеличение сигнала было не постепенным, а резким, как если бы что-то внезапно и намеренно усилило его.

Он не получал сообщений от Хаммонда с той ночи в баре, что, впрочем, не слишком его волновало. Техник службы безопасности вероятно затаился, проявляя осторожность. Когда он захочет выйти на связь, он это сделает. А пока задачей Альтмана было выяснить, что происходит.

Он занес свои результаты в зашифрованную базу данных, а затем проверил, пересекаются ли они с работой, проделанной остальными — остальными в данном случае были три других ученых, которые, как и Альтман, были заинтригованы гравитационной аномалией и пульсацией и хотели исследовать её: Шоуолтер, Рамирез и Скад.

Шоуолтер, чье оборудование было посильнее простого сенсора Альтмана, получил те же показания. В 6:38 утра произошел чрезвычайно сильный импульс, сопровождаемый смещением на сейсмо-кривой. Теперь сигнал постоянно усиливался. Скачки на графике все еще присутствовали, но основной контур сигнала был устойчивым и оставался таким до этих пор.

Рамирез заметил еще кое-что, нечто, что он обнаружил на изображениях со спутника, пока пытался понять, были ли изменения в состоянии самого кратера. Грузовой корабль, вставший на якорь примерно в пятнадцати милях к юго-востоку от центра кратера.