Мучимые ересями
Шрифт:
— Я возьму его, Шарлиен! — крикнул Карлсин Рэйз. Он выхватил у неё пистолет и начал перезаряжать его, как они с Тейсо учили его. Его руки были неуклюжи от непривычной работы, но он мотнул головой в сторону окна. — Ты об этом беспокойся!
* * *
— Пошли! Пошли!
Голос Митрана Дейвиса был хриплым и надтреснутым. Его горло саднило и першило, но он продолжал кричать, подгоняя своих людей криками. Даже сквозь суматоху он слышал, как отрывисто кричит Чарльз Абилин, но голос Ларака умолк.
Он увидел, как два гвардейца сражаются в самом дверном проёме гостевого дома, а потом один из них упал, растоптанный сапогами его Храмовых Лоялистов, когда они ринулись вперёд. Безумие схватило их за глотку. Само выживание стало нереальным, нематериальным на фоне их движущей потребностью достичь своей цели.
«Хорошо, что она всё-таки не нужна нам живой!»
Эта мысль промелькнула в каком-то крошечном сегменте его мозга, и он понял, что это правда. Кроваво-клыкастая ненависть и решимость его людей сделали бы почти невозможным взять сейчас Шарлиен живой, даже если бы они захотели.
«Я не…»
Его мысль оборвалась, так как над головой раздался невозможный раскат грома. Едва ли это было неожиданностью — хотя дождь на данным момент почти прекратился, гроза была далека от завершения — но этот раскат грома был таким громким, таким яростным, что он вздрогнул. А затем, внезапно, оказалось, что ещё один гвардеец по-прежнему стоит на ногах.
Дэйвис моргнул, протирая глаза, чтобы смахнуть дождевую воду, продолжающую стекать с его мокрых волос, и пытаясь понять, откуда взялся этот единственный гвардеец. Было похоже, что он материализовался из воздуха.
Глаза Храмового Лоялиста внезапно сузились, когда он понял, что этот гвардеец не был мокрым от дождя. Но ведь это было невозможно… не так ли?
Он отбросил этот вопрос. Позже будет время подумать о деталях; прямо сейчас у него были другие дела, о которых нужно было позаботиться, и он бросился в атаку.
То, что у этого гвардейца не было ружья, он понял, когда гвардеец выхватил два меча. Один был значительно короче другого, и что-то насчёт них шевельнулось у него в памяти. Что-то о человеке, который носит два меча…
Его мозг всё ещё цеплялся за эти воспоминания, когда катана из легированной стали, двигаясь так быстро, что он вообще не увидел её движения, снесла его голову с плеч.
* * *
«Что такого общего в грозовых ливнях и покушениях на убийства?»
Этот вопрос стрелой пронёсся в голове Мерлина Атравеса как раз в тот момент, когда голова Дейвиса отлетела в сторону и снова начал лить дождь. Это была отчуждённая мысль, которая затерялась под стальным фокусом его отчаяния, когда он атаковал Храмовых Лоялистов со спины.
Часть его скорчилась от муки, крича в бесполезном протесте, когда он увидел Имперских Гвардейцев, распростёртых среди клубка мёртвых тел своих врагов. Он знал каждого из этих людей. Он помогал обучать их, помогал отбирать их для выполнения их обязанностей… и наблюдал, как каждый из них умирает через дистанционные камеры своего СНАРКа, пока разведывательный скиммер мчался по небу Сэйфхолда со скоростью, превышающей пять Махов[35].
Просто полёт на такой скорости представлял собой риск, который, как он знал, он не мог по-настоящему оправдать. Несмотря на системы маскировки скиммера, полёт с такой скоростью в атмосфере выделял столько тепла, что орбитальный сканер — вроде тех, что вполне могли быть включены в орбитальную систему кинетической бомбардировки, оставленную Лангхорном — всё равно мог её обнаружить. Но даже на такой скорости ему потребовалось полтора часа, чтобы долететь из Корисанда.
«Никто на Сэйфхолде никогда не слышал невероятного грохота сверхзвукового летательного аппарата на малой высоте. До сегодняшнего вечера… и очень немногие из тех, кто только что услышал его, переживут этот опыт», — мрачно подумал он. Без мужества и решимости тех людей, что погибли, защищая Шарлиен, он всё равно опоздал бы. Даже сейчас, он всё ещё мог опоздать, и его сапфировые глаза были безжалостны, когда он врезался в строй Храмовых Лоялистов.
У большинства из них никогда не было шанса осознать, что в битву вступил кто-то новый. Нервные импульсы Мерлина использовали волоконную оптику, а не химическую передачу. Когда он снял регуляторы контроля, которые поставил, чтобы не слишком сильно выдать свои сверхчеловеческие способности, его скорость реакции стала в сто раз выше, чем у человека из плоти и крови, а его невероятно острые мечи из легированной стали управлялись «мускулами» в десять раз более сильными, чем у любого смертного человека.
Казалось, он просто шагает сквозь своих врагов, двигаясь практически замедленно, но тела каскадом падали вокруг него. Первые несколько человек, с которыми он столкнулся, умерли слишком быстро, чтобы понять, что было что-то особенно странное в том, что за человек убил их, но когда молния обрисовала его, вспыхнув стробоскопическими вспышками блеска на его летящих мечах и брызгах крови, тянущихся за ними, их товарищи поняли, хотя и смутно, что они столкнулись с чем-то, чего они никогда не представляли себе возможным.
— Демон! — завыл чей-то голос. — Демон!
Мерлин не обратил на это никакого внимания. Между ним и гостевым домом было двадцать человек; трое из них прожили достаточно долго, чтобы попытаться убежать.
* * *
Эдвирд Сихемпер понятия не имел, что происходило за пределами гостевого домика. Всё, что он знал, это то, что кажущийся бесконечным поток нападавших, которые толпились вокруг него, внезапно исчез. Однако сквозь шум грозы он всё ещё слышал крики и вопли, а за спиной снова раздался треск пистолетного выстрела.