Чтение онлайн

Теперь я не плохо видел происходящее, ибо окна лимузина были тонированными, темно-серыми.

— Мои родители… — начал было я.

— Не беспокойтесь о Кларках, — мягко ответил генерал Рамир. — С ними будут хорошо обращаться.

— Вы хотите сказать, что с ними все очсей? — выдохнул я.

Генерал кивнул.

— Им хорошо платили за то, что они защищали вас. Они прекрасно поработали в течение этих двенадцати лет.

— Как это… защищали меня?

— Да, они прятали и защищали вас, — подтвердил генерал Рамир.

Я продолжал смотреть в тонированное стекло машины, мысли мои путались, я пытался хоть что-то понять.

Наш огромный лимузин мчался по извилистой узкой дороге. С одной стороны мелькали ряды низких белых домиков, с другой — высились высокие песчаные дюны.

Я видел идущих по дороге людей, которые оборачивались и с любопытством рассматривали пролетающий мимо лимузин.

— Не могу в это поверить, — пробормотал я, покачивая головой.

Генерал похлопал меня по руке. На его глазах появились слезы, и лицо выражало теперь неподдельную печаль.

— Понимаю, как вам тяжело, — сказал он своим хриплым, похожим на шепот, голосом. — Это для вас ужасный шок.

— Так значит… мама и папа… я имею в виду Кларков… — начал я.

— Они увезли вас в Соединенные Штаты, — не дал договорить мне генерал Рамир, внимательно глядя на меня своими темными глазами. — Вы были еще ребенком и не можете этого помнить. Они бежали с вами в Нью-Йорк. У них был приказ.

— Какой приказ?

— Защищать вас. Прятать от наших врагов. Сделать из вас нормального мальчика.

— А мои настоящие родители? — спросил я. Генерал так склонил голову, что его лоб коснулся ручки трости.

— Ваши настоящие родители убиты на войне.

Я проглотил тяжелый комок в горле.

— На войне?

— Во время нашей двенадцатилетней борьбы с силами мятежников, которые хотели захватить власть и уничтожить нашу нацию.

Я смотрел на него не отрываясь. У меня на лбу выступили капельки пота, несмотря на прохладный кондиционированный воздух. Я изо всех сил пытался понять, о чем идет речь. Осознать смысл того, что он мне только что сказал.

— И что это за нация? — наконец спросил я. — Как она называется?

Его лицо прояснилось.

— Джезекия, — сказал он. — Джезекия. Это твоя родина, Майкл. И это твоя нация.

— Я… я очень смущен, — признался я, крепко прижав похолодевшие ладони к коленям.

— Этого следовало ожидать, — кивнул генерал Рамир. — Но у нас хорошие новости, ваше превосходительство. После двенадцатилетней войны мы одержали победу. Теперь для вас уже не опасно вернуться и встать во главе вашего народа.

Я снова проглотил комок в горле. Что это — злая шутка? Или заведомая ложь?

Пытаясь узнать правду, я заглянул в глаза генералу, но увидел там только свое отражение.

— И я на самом деле вождь этой нации? — выдавил я из себя. — Это правда?

Он кивнул.

— А сейчас мы едем в королевский дворец. Вы займете свое место правителя Джезекии.

Он взял меня за руку.

— Однако прежде вам придется доказать, что вы и в самом деле Майкл. Доказать, что вы — королевский принц.

Я фыркнул.

— Доказать? Но как?

Он крепко сжал мою руку.

— Это обыкновенная проверка. Вы должны назвать нам место, где находится мумия.

Я вытаращился на него.

— Мумия? Какая еще мумия?

Лимузин въехал через железные ворота на длинную мощеную дорожку и покатил между рядов пальм к королевскому дворцу.

Как только в виду показался сам дворец, я от удивления разинул рот, увидев множество бело-розовых строений с большими и маленькими башнями и воротами. Вдоль всего нашего пути стояли солдаты в коричневой униформе, держа винтовки на караул.

Миновав двор, мы оказались у пенящегося водопада: он обрушивался в огромный бассейн для плавания, который имел форму слезы. Дорожка к бронзовым двойным дверям дворца скрывалась в тени высоких кустов и пальм.

— Вот ваш дом, Майкл, — спокойно сказал генерал Рамир. — Вижу, вы ошеломлены.

— Я не могу поверить всему этому, — признался я.

Генерал хмыкнул, но выражение его лица так и осталось печальным.

— Надеюсь, что все это не испортит вас, — пробормотал он почти про себя. И добавил: — В древние времена наш народ, как и египтяне, делал мумии умерших, — объяснил мне генерал Рамир.

Мы сидели с ним друг против друга за большим столом из красного дерева в огромном зале с золочеными стенами, серебристыми портьерами, а хрустальный канделябр будто парил над нами.

Слуги принесли нам ленч — чаши с фруктами, финиками и инжиром, блюда с жареными цыплятами и бараниной, салаты, картофель и рис.

Когда я садился за стол, то думал, что не смогу проглотить ни крошки. Мой желудок был словно завязан узлом, а голова шла кругом от того, что я увидел и услышал.

Ноя оказался более голодным, чем думал. В конце концов, почти целый день у меня во рту не было настоящей пищи… Поэтому я доверху наполнил свою тарелку. Генерал Рамир с удовольствием смотрел на то, с каким аппетитом я ем.

И пока я ел, он рассказывал мне о мумии.

— Мумия императора Пукраха является народным сокровищем, Майкл, — говорил он, намазывая на кусок хлеба толстый слой коричневой пасты. — Пукрах был древним вождем нации. Его мумия считается самой старой из всех известных мумий в мире.

Генерал Рамир разломил кусок хлеба пополам и одну половину передал мне. Паста имела какой-то странный вкус — одновременно сладкий и пряный.

— Мумия Пукраха веками хранилась в этом дворце, — продолжал генерал. — И вот двенадцать лет назад мятежники начали войну. Ваши родители — наши правители — поняли, что она больше не будет здесь в безопасности. Они знали также, что мятежники стремятся во что бы то ни стало завладеть мумией. И ваши родители решили так ее спрятать, чтобы никто не смог ее отыскать, при этом они положили в мумию нечто совершенно бесценное.