Мусорщик на Лорее
Шрифт:
– Рабочая гипотеза, основанная на утверждении Дега, что серей - мать всех лореян. Боюсь, что в этом кроется истинное значение культа зверей и причина наложенных на них табу. Различные животные, наверное, были родоначальниками определенных групп лореян, а может быть, и всех лореян. Даже разговоры на эту тему объявлены табу; в туземцах явно укоренилось ощущение глубокой неполноценности, оттого что они слишком недавно вышли из животного состояния.
Карвер устало потер лоб.
– Можно предполагать, - продолжал он, - что соку серей принадлежит немалая роль в жизни всей расы. Рассуждая теоретически...
– К черту теории, - буркнул Фред, с ужасом обнаруживая, что голос его стал хриплым и гортанным, как у лореян.
– Профессор, сделайте что-нибудь!
– Не в моих силах что-либо сделать.
– Может, наука Земли...
– Нет, Фред, - тихо сказал Карвер.
– Что?
– Фред, прошу тебя, постарайся понять. Я не могу взять тебя на Землю.
– Что вы имеете в виду? Вы, должно быть, спятили!
– Отнюдь нет. Как я могу привезти тебя с таким фантастическим объяснением? Все будут считать, что твоя история - не что иное, как грандиозная мистификация.
– Но...
– Не перебивай! Никто мне не поверит. Скорее поверят, что ты необычайно смышленый лореянин. Одним лишь своим присутствием, Фред, ты опровергнешь отправной тезис моей книги!
– Не может того быть, чтоб вы меня бросили, - пролепетал Фред.
– Вы этого не сделаете.
Профессор Карвер все еще держал в руках оба револьвера. Он сунул один из них за пояс, а второй навел на Фреда.
– Я не собираюсь подвергать опасности дело всей своей жизни. Уходи отсюда, Фред.
– Нет!
– Я не шучу. Пошел вон, Фред.
– Не уйду! Вам придется стрелять!
– Надо будет - выстрелю, - заверил его Карвер.
– Пристрелю и выкину.
Он прицелился.
Фред попятился к люку, снял запоры, открыл его.
Снаружи безмолвно ждали селяне.
– Что они со мной сделают?
– Мне, право, жаль, Фред, - сказал Карвер.
– Не пойду!
– взвизгнул Фред и обеими руками вцепился в проем люка.
Карвер столкнул его в руки ожидающей толпы, а вслед ему сбросил две оставшиеся трубочки с соком серей.
После этого Карвер поспешно задраил люк, не желая видеть дальнейшее.
Не прошло и часа, как он уже вышел из верхних слоев атмосферы.
Когда он вернулся на Землю, его книгу "Скрытые причины врожденной неполноценности внеземных рас" провозгласили исторической вехой в сравнительной антропологии. Однако почти сразу пришлось столкнуться с кое-какими осложнениями.
На Землю вернулся некий капитан-астронавт по фамилии Джонс, который утверждал, что обнаружил на планете Лорей туземца, во всех отношениях не уступающего жителю Земли. В доказательство своих слов капитан Джонс проигрывал магнитофонные записи и демонстрировал киноленты.
В течение некоторого времени тезис Карвера казался сомнительным, пока Карвер лично не изучил вещественные доказательства противника. Тогда он с беспощадной логикой заявил, что так называемый сверхлореянин, это совершенство с Лорея, этот, с позволения сказать, ровня жителям Земли, находится на самой низшей иерархической ступени Лорея: он - мусорщик, о чем ясно говорит широкая черная полоса на его лице.
Капитан-астронавт не стал оспаривать это утверждение. Отчего же, заявлял Карвер, этому сверхлореянину, несмотря на все его хваленые способности, не удалось достигнуть хоть сколько-нибудь достойного положения в том жалком обществе, в котором он живет?
Этот вопрос заткнул рты капитану и его сторонникам и, можно сказать, вдребезги разбил их школу. И теперь во всей Галактике мыслящие земляне разделяют карверовскую доктрину врожденной неполноценности внеземных существ.