Мужья Анны
Шрифт:
А вот если пройти дальше, то сразу же попадаешь в большую светлую мастерскую!
...и здесь...столько красоты!
Картины, картины...Хотя нет...Не просто картины..
Это настоящие произведения искусства...
Люди нарисованы так живо, словно это не картины, а фотографии...А если прикоснуться к брызгам воды на холсте, то кажется, будто намочишь кончики пальцев...
Природа, люди, представители разных рас...
Они все такие живые...! Будто...
...будто художник в каждую из своих картин вдохнул жизнь...
– Я очень рада, что вам понравилась картина, госпожа Биаческа.
– Доносится низкий и невероятно красивый голос откуда-то из глубин мастерской.
Голос от которого у меня перехватывает дыхание и мурашки бегут по телу. Я уже про свой медальон молчу, который просто в горизонтальную линию перед моим носом вытянулся.
Это. Точно. Он.
Мой последний воин. Я его еще не вижу, а меня к нему уже тянет каждой клеточкой моего тела.
– О! Аерис! Мальчик мой!
– Звучит с той же стороны довольный голос старушки.
– Ты так вкусно изобразил зубастика!
Сначала показывается старушка с небольшой картиной, которую она продолжает внимательно разглядывать, аккуратно удерживая её за край в правой руке.
А следом за ней....
Выходит он.
Быстро стреляет глазами в нашу сторону, но тут же переводит взгляд обратно на клиентку.
Косая сажень в плечах. Светлые короткие волосы. Мне кажется в них даже серебряные ниточки седины поблёскивают. Чётко прочерченные скулы, будто их по линейке нарисовали. Поджатые губы. Брови с изломом, придающие его и без того строгому лицу, еще более суровый вид.
А его глаза...
Боже...
Манящие. Влекущие. Таинственные.
Одни на весь мир такие...
Серые глаза - рассвет, Пароходная сирена, Дождь, разлука, серый след, За винтом бегущей пены.
Так ведь отец "Маугли" писал в своих стихах о людях с таким волшебным цветом глаз?
И когда я заглядываю в них, то просто будто на миг теряю сознание, и тут же в себя прихожу.
Весь пазл сложился. Мы последнюю детальку нашли.
И теперь я ощущаю себя полностью счастливой.
– Приходите еще, госпожа.
– Художник сжимает хрупкую ручку старушки в своих больших ладонях, растягивая губы в сдержанной улыбке.
Но как только радостная старушка удаляется, в одной руке стискивая набалдашник своей трости, а в другой небольшую картину, на которой изображен белый симпатичный пудель, правда с выпирающими клыками наружу...
...Аерис тут же стирает со своего лица не только улыбку, но и вообще любые признаки дружелюбия.
– Раз вы не псы короля, - выплёвывает он, - то кто вы такие? Пришли заказать картину?
И он обводит ледяным замораживающим взглядом всех присутствующих.
– Эм, нет...Не картину...Хотя они очень красивые! И....
– Сбивчиво начинаю было я, но...
Меня быстро прерывают. Причём на корню.
– Тогда пошли к чёрту. И мне все равно, зачем вы явились.
Вот он...Стоит прямо передо мной...Такой родной...
И такой холодный...В своём фартуке, заляпанном красками, под которым ничего нет, кроме горы мышц...
Ну и штанов еще.
И он и правда уже разворачивается к нам спиной, бросая через плечо:
– И не возвращайтесь, а иначе в следующий раз выстрел попадёт уже точно в цель.
Такого поворота, конечно, никто не ожидал...Но мой последний воин оказался явным интровертом...А может и социопатом...Хотя вряд ли в этом мире они знакомы с такими понятиями.
– Эй! Послушай-ка!
– Первым взрывается Игнис.
– Ты не оборзел, а?! Ты как с девушкой разговариваешь?!
Ответ не заставляет себя долго ждать.
– Это ты мне?!
– Аерис тут же разворачивается, и на его шее прямо мгновенно аж вены набухать начинают от злости.
Вспыльчивый? Так сказала та старушка?
Да он же просто дикий! И еще, по всей видимости, вообще ничего не ощутил, когда меня увидел!
Ну я ему сейчас покажу...
– Знаешь что..., - и Игнис уже рукава начинает засучивать, - я вот тоже сюда не ради тебя пришёл, и больше всего на свете не хотел бы еще одного мужика видеть в нашей компании, но это не от меня зависит. А ты выслушаешь нас - хочешь ты этого или нет! Так что захлопнись и...Аня...?
Удивленно выдыхает он.
Но я, отпустив ладонь Аквара, уже проношусь мимо него...И мимо Терроса, который даже среагировать не успевает, так резво я дергаюсь вперед...
И устремляюсь прямо на художника!
– Дамочка! Вы что делае..., - Аерис только и успевает, что округлить глаза, ведь я ему даже договорить не даю.
Просто привстаю на носочки, чтобы добраться до его лица...
Сжимаю пальцами его каменные плечи...
И быстро касаюсь его губ своими.
Напрочь позабыв о том, что у меня сейчас совершенно другая внешность.
Глава 40
*Аерис*
С самого детства я был один. Никто не учил меня жить, любить или дружить.
И рисовать тоже никто не учил.
Но это было у меня в крови. Будто я был создан для того, чтобы стать художником.
А вот всех остальных умений у меня в крови не было. Да и зачем они нужны, если в жизни всё решают сила и деньги, а не какие-то там любовные сопли?
Сначала я пытался выжить, побираясь на улицах Эмирены, или выполнял за скромную плату разные поручения: принести почту, полить сад, помыть что-нибудь. Брался за любую работу - лишь бы потом мне денег за выполненный труд дали.