Чтение онлайн

Бэрри О'Мейл, помимо изрядного состояния, обладал целым набором положительных достоинств. Он, несмотря на почтенный возраст, сохранил внешнюю привлекательность, был умен, на редкость учтив и обходителен. Все эти качества не могли не броситься в глаза ее матери, наверняка заслужив самую высокую оценку.

Однако от Джулии не укрылась легкая неприязнь в тоне Ламберта, когда тот говорил о ее матери. Она с трудом сдержала участившееся дыхание.

– Ламберт…

– Не здесь, – сказал ее спутник сквозь зубы, многозначительно кивнув в спину водителя.

Наконец-то и он понял, что они в машине не одни! Джулии пришлось прекратить начатый разговор, хотя она была настроена высказаться сразу, не дожидаясь, пока они останутся наедине.

– Ладно, поговорим об этом позже, – согласилась она.

– Когда вернемся домой, – добавил Ламберт.

То есть, он хотел сказать, когда они вернутся к нему домой. И это, подумала Джулия, тоже в скором времени придется изменить. Да, изменится все, как только она объяснит ему, что не в силах больше соблюдать условия их сделки.

Хотя неразумно объяснять причину разрыва тем, что она влюбилась в Алана О'Мейла.

Алан… Как вздрагивало сердце, стоило лишь подумать о нем, тем более сейчас, когда расстояние между ними с каждой минутой увеличивалось. Когда ей удастся снова увидеть его? Она более чем прозрачно намекнула на то, что не желает больше позировать, поэтому единственной невидимой нитью, связывающей ее с Аланом, остались отношения матери с его дедом.

На прошлой неделе мать безуспешно пыталась рассказать ей о переменах в своей жизни… Неужели разлука с Аланом – это расплата за ее невнимание к матери? Похоже, так оно и есть, тяжело признала Джулия, немного расслабившись на заднем сиденье. Но как бы то ни было, прежде всего, надо избавиться от обязательств перед Ламбертом…

А ведь Алан даже не догадывается о тех чувствах, которые она к нему испытывает! И никогда не узнает о них. Она и так зашла слишком далеко и повела себя в высшей степени безрассудно. Кстати, если отношения ее матери с его дедом будут развиваться, то они с Аланом станут родственниками. Пусть очень дальними, но все же…

– Думаю, нам лучше пройти в гостиную, – буркнул Ламберт, когда спустя несколько часов они входили в дом.

Там он подошел к столику с напитками и налил себе изрядную порцию бренди. Джулии тоже захотелось выпить чего-нибудь покрепче. Тем более что сухость во рту стала нестерпимой.

– Налей и мне, пожалуйста! – попросила она.

Ламберт плеснул из бутылки, едва заполнив донышко бокала, и молча протянул его ей.

– Думаешь, это придаст тебе смелости, Джулия? – с издевкой спросил он, отступив на шаг и хмуро взглянув на нее.

– Допустим, – почувствовав брошенный им вызов, она напряглась.

Значит, он все-таки догадался о том, что произошло между ней и Аланом! Джулия поняла это, когда увидела во взгляде Ламберта неприкрытое осуждение. Хотя, надо признать, вполне заслуженное.

– Хочу избавить тебя от хлопот по разрыву нашей помолвки, – объявил Уиндем и зло добавил: – Отныне можешь считать себя свободной! Уверен, что с самого начала наших отношений я недвусмысленно дал тебе понять, как должна себя вести моя женщина!

Джулия чуть не задохнулась под взглядом, в котором сквозили неприязнь и раздражение.

– Но я никогда не была в полном смысле твоей женщиной. И тебе это хорошо известно! Да, у нас состоялась помолвка. Но помолвлены – не то же самое, что обвенчаны… – попробовала возразить она.

– Ну, еще бы! Для таких, как ты, оправдания всегда найдутся. Ты же была такая преуспевающая, красивая, недоступная!.. Никто на свете не смел к тебе прикоснуться! Но теперь все это в прошлом, не так ли?

Она пристально посмотрела на него.

– Не понимаю, о чем ты говоришь…

– А вот о чем: когда я вошел в твою спальню в том чертовом замке и увидел тебя, такую разгоряченную, то сразу понял, что моя девочка побывала в цепких объятиях О'Мейла! – ледяным тоном произнес он.

– Разгоряченную… – недоверчиво повторила Джулия. – Ламберт, ты…

– Оскорбительно честен с тобой? – продолжил за нее Уиндем. – Возможно, но у меня на то есть все основания. Я считал, что ты совсем другая. Думал, что после того, что с тобой произошло, ты нуждалась в дружеском общении и симпатии. Наше соглашение при всем при этом предполагало и физическую недоступность каждого из нас для других. Но в эти выходные твое поведение с О'Мейлом явственно продемонстрировало мне, что ты такая же, как все другие легкомысленные женщины, попирающие нормы морали ради прихотей собственной чувственности!

– Просто я живой человек, а не кукла, Ламберт! И ничто человеческое мне не чуждо. Ты это не принимаешь в расчет?

– Подумать только! – с досадой продолжал он. – Я же всерьез рассчитывал и надеялся, что ты выйдешь за меня замуж!

Джулия облизала пересохшие губы.

– Это могло произойти, но судьба распорядилась иначе.

Он бросил на нее уничтожающий взгляд.

– Твое поведение в обществе О'Мейла – вот, что положило конец нашему с тобой соглашению! В сложившихся обстоятельствах я был бы очень тебе признателен, если бы ты как можно скорее освободила мой дом от своего присутствия.

От неожиданности Джулия застыла на месте. Ей незачем было показывать на дверь. Она и сама после объяснения собиралась уйти. Но ему, похоже, доставляло удовольствие самому выставить ее отсюда. Да… такого человека, как Ламберт Уиндем, ей надо было навсегда вычеркнуть из своей жизни. И как можно скорее!

– Это уже перерастает в привычку, – непринужденно заметила Грейс, усаживаясь рядом с Аланом.

О'Мейл, едва слыша ее, угрюмо сосредоточил свое внимание на подиуме, ожидая, когда погаснет свет и начнется демонстрация новой коллекции одежды.