Чтение онлайн

Толик Мошкин торжествовал – как ловко он все провернул! Шемяка после этого случая стал вести себя осторожнее и порой даже призывал Толяна в советчики.

Кузьмич вспоминал далекое детство, и старушка с иконы понимала его и без слов. У нее, как и у богини правосудия, тоже были закрыты глаза, но в отличие от беспристрастной Фемиды, преподобная Матрона прощала всех: и тех, кто когда-то казался прав, и тех, кого считали виноватым.

– Прости меня, Матрона Ивановна! – повторял раскаявшийся грешник, с чувством прикладываясь к иконе.

На следующий день подполковник Мошкин вызвал такси и повез внука из больницы прямо в большой магазин электроники. Там он долго смотрел, как тот ходит между рядами со светящимся экранчиками. Кешку было не узнать: он светился от счастья.

Дед также впервые за долгие годы не испытывал к наследнику ни злости, ни раздражения.

– А знаешь, Кешка, – предложил вдруг он, – что тебе дома одному сидеть? Давай, не теряй времени, пока нога в гипсе. Я тебе вызову такси, будешь в колледж ездить, как большой начальник.

Инок впервые за два года не стал спорить. Он неумело обнял старика и, смущаясь, поцеловал его в обвисшую щеку. Он, и правда, уже слегка соскучился по ребятам.

35

Завидев именинницу, девицы бросились целоваться. Молодые люди почтительно посторонились.

– Так, все в сборе? – деловито осведомился Коршунов. – Сейчас буду считать по головам. Раз, два, три, пять, восемь! Все, пошли, народ, а то наш кабинет займут.

Девчонки заахали:

– А у нас что, отдельный кабинет? Ну, ты крутой, Никитос!

– Да, я такой, – скромно произнес устроитель вечеринки и что-то шепнул охраннику.

Тот безразлично покивал и строго произнес:

– Вы знаете, у нас не курят. Вещи, пожалуйста, оставьте в гардеробе.

В полутемном зале уже собралось десятка три мужчин и женщин. Большова сразу отметила, что многие из них двигались, точно в замедленном кино и курили, несмотря на запрет. Имениннице даже показалось, что дым был какой-то непривычный, сладковатый.

Посередине зала возвышался круглый помост с шестом.

– А это еще зачем? – удивилась Дылда-Колодина.

– А это чтобы тебя привязать и хлыстом хлыстать, – хмыкнул знающий Рубайло, который даже сейчас не расставался с самокатом.

Казалось, между ребятами вот-вот вспыхнет очередная перепалка, и Никита, заметив это, по-хозяйски указал на отдельную комнатку за плюшевой портьерой:

– Народ, нам сюда. Давайте в честь дня рождения Антонины – никаких наездов. Посидим, короче, расслабимся. Я заказал для всех бутылку джина. Тоник каждый наливает по вкусу.

Тут у него запикал смартфон и он прикрыл рот ладонью.

Компания растеклась по «кабинету», рассаживаясь на стульях и диванчиках. Увидев цветы в руке девушки, официант принес вазу, н почему-то пустую.

– Ладно, вы тут расслабляйтесь, – распорядился Никита. – А я на пару минут отойду. Туалет налево.

Он быстро вышел из полутемного зала, поднялся по лестнице в холл и открыл дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещен».

– Хорошо, что ты здесь, – услышал он голос Тельмана Исмаиловича. – Помоги Анзору принять товар.

– Да, шеф, – кивнул Никита. – Куда идти?

– Иди во дворик, сейчас машина подъедет, – распорядился Мамцуров.

Никита кивнул и побежал к служебному выходу.

На улице было все так же зябко, и Никита сразу пожалел, что оставил куртку в гардеробе.

– Э, здравствуй, дорогой, – услышал он в темноте.

Никита пожал протянутую руку. В последнее время они виделись довольно часто.

– А чего делать-то надо? – осведомился Коршунов и достал сигареты.

В руках у напарника был обыкновенный кейс, в каких носят ноутбуки. Они постояли еще минуты три, съежившись от холодного ветра. Лицо Анзора было, как всегда, непроницаемым.

– Гляди в оба, – процедил он сквозь зубы.

Минут через пять Коршунов заметил черный внедорожник, который заворачивал во дворик. Водитель посигналил фарами им в лицо. Анзор махнул рукой в ответ. Из подъехавшей машины вылез коренастый мужчина с кейсом в руке. Он был почти такой же, как у Анзора. Они что-то сказали друг другу на незнакомом языке и обменялись чемоданчиками. Потом незнакомец быстро сел в машину и хлопнул дверцей. Внедорожник дал задний ход и скрылся за поворотом.

– Все, – сказал Анзор. – Ты ничего не заметил?

– Да нет, – ответил Никита. – Тебе помочь?

– Ты давай, стой еще минут десять. Я дверь закрою изнутри, так что через обычный ход зайдешь, – снова процедил напарник.

Коршунов закашлялся. Да, ему надо было взять куртку! В прошлый раз ему было, наоборот, жарко: он убегал от полицейского по переулкам и подворотням. А сегодня передача товара состоялась практически без его участия.

Никитос снова вынул пачку сигарет и зло чиркнул зажигалкой. Интересно, в какую сумму Тельман Исмаилович оценит его сегодняшнюю помощь? Он нехотя посмотрел по сторонам и не заметил ничего подозрительного. Так, желтое такси стоит на углу. Наверное, кто-то из посетителей вызвал. Пора возвращаться к ребятам. Он со злостью бросил окурок и, дрожа всем телом, побежал к центральному входу.

Иосиф выключил видеокамеру, как только ушел парень, который стоял на стрёме. Эти двое ничего не заметили, а он все заснял: и номера внедорожника, и обмен кейсами. Достав из кармана мобильник, он доложил куратору:

– К клубу пятнадцать минут назад подъехал черный «Паджеро». Из него вынесли чемодан и передали охраннику хозяина клуба. Я сделал видеозапись.

– Хорошо, свободен, – донеслось сквозь помехи. – Запись передай прямо сейчас.

Иосиф послушно передал файл Часовнику и через пару минут уже выезжал на улицу Первой Революции. Ему хотелось поскорее забыть о своей сегодняшней миссии и поскорее получить такой же кейс от покупателя. Позавчера он уже получил задаток.