Шрифт:
Нечисть на карантине
Хромой Упырь во фраке с балалайкой,
Противным, хриплым голосом запел.
Бесят проворных маленькая стайка
Снуёт туда-сюда средь мёртвых тел.
Седая ведьма в жутких бородавках
В котле огромном варит самогон.
Кикимора в огромных, склизких пиявках
Воды болотной продаёт флакон.
Кощей в плаще и зубчатой короне
Себе под нос Ивана материт,
А Смерть в кромешно-чёрном капюшоне
Косу для новой жертвы мастерит.
Горыныч с Водяным играют в карты,
Яга с тоской на Лешего глядит –
Четвёртый век уж глазки ему строит,
Но он не замечает, паразит.
Здесь Соловей-Разбойник лечит раны,
И точит Лихо Одноглазое топор,
Читает Чёрт любовные романы.
На карантине нечисть до сих пор!
Обещание
В тот день когда погаснет наше солнце,
А сказка страшная вдруг превратится в быль,
Звезда, когда о Землю разобьётся,
Когда живое всё вдруг превратится в пыль,
Тогда на Землю сядут марсиане,
И если в битву с ними не ввяжусь –
Я клятвенно всем людям обещаю,
Что лягу, и нормально отосплюсь.
В снегах
Сквозь мрак и стужу, молча стиснув зубы,
Иду, но не забыл зачем я здесь.
Покрылось инеем лицо и смёрзлись губы,
Кругом лишь лёд и бесконечный стресс.
Из пятерых нас я один остался,
А как манила цель – сокровища в снегах!
И вездеход здесь бесполезен оказался,
Навечно замер в ледяных степях.
Беда нежданная всю группу погубила,
Картограф в пропасть рухнул восемь дней назад,
Ещё двоих с собой взяла лавина,
Водитель не увидел этот ад.
Проклятым ветром ночью сдуло карту,
Теперь маршрут я выбираю сам,
Четыре жизни отданы в уплату,
Ради сокровищ, что в пещере, где-то там.
В снегу по пояс, вот оно то место!
Иду вперёд пока хватает сил,
Теперь богат я буду, наконец-то!
Войдя в пещеру в ужасе застыл.
Каменья редкие, монеты, статуэтки,
Всё вмёрзло в лёд, да так, что не достать!
На картах не найдёте вы отметки,
Тех мест где я остался умирать.
Жизнь и судьба Эдварда Тича
Туманом покрыта история детства,
Известно лишь то, что в Бристоле рождён.
Родился бастардом, лишён был наследства,
Фамилией Тич был он лишь награждён.
В двенадцать стал юнгой военного флота,
Спустя десять лет он к пиратам примкнул.
Ещё через год у Багамского порта
Свой собственный парус уже развернул.
Но длилось недолго пиратское счастье –
Приплыл губернатор известный как Вудс.
Но Тича давно не пугали ненастья,
Соль многих морей уже знал он на вкус.
Корабль с названием "Месть королевы"
И триста матросов в команде его,
Разносятся песни известной напевы –
В припеве знакомое всем "Йо-хо-хо".
Захваченных барков, фрегатов и шлюпов
По пальцам давно уже не сосчитать,
За Тичем лишь горы уродливых трупов,
Увидев его – нужно просто бежать.
Высокого роста, огромные плечи,
Коль встретишься с ним – не забыть никогда
Безумие глаз, много шрамов – отметин
И чёрная будто бы смоль борода,
Прекрасно владея мушкетом и саблей,
Один мог сразиться с десятком врагов.
Но к встрече своей с лейтенантом Мейнардом
Пиратский главарь был – увы не готов,
Два вражеских шлюпа Рейнджер и Джейн
Воспринял корсар как подарок судьбы,
С желанием их захватить поскорей
Он ринулся в бой предвкушая мольбы.
Пираты забравшись на борт – удивились,
Когда из каюты и трюма, толпой,
Солдаты английские вдруг появились
Сминая пиратов закончили бой.
Рыча разъярённо Тич выхватил саблю
Схватился с Мейнардом один на один,
Но в спину удар стал последнею каплей –
Коварный шотландец нож в сердце вонзил,
Ногой наступивший на тело корсара,
Кровь вытер с лица молодой лейтенант.
Врага голова – как трофей ему стала,
Её на бушприт прикрепил, как гарант.