Н 5
Шрифт:
– Мать не починит?
– Мать всегда излечит порядочного доброса. А вот ты своему дритсеку бы характер подрезал чуток! Машет дубиной…
– Ты схватился за меч – напомнил я.
– А ты уложил двоих моих вергов! Я на тебя любоваться должен?! Может ты верут бродячий! Как понять? Я у тебя в волосах и паху не копался.
– Еще бы ты сука у меня в волосах и паху копался – буркнул я, поворачиваясь к Хвану:
– Слезь с парня, Хван. И тащи мои пожитки.
– И в задницу тебе не заглядывал – продолжал тем временем старший верг.
– Да ты прямо напрашиваешься – осклабился Рэк.
– Служба у меня такая! И неси я ее плохо – давно бы все от гнили сдохли! Заткнись, дритсек! Я тебе руку припомню!
– Убью? – в голосе орка звучала просьба.
Тяжело вздохнув, я покачал головой:
– Тут похоже все же не извращенцы. Служба у них такая дерьмовая. Да, Мнут?
– Сам не видишь?
– Но ты ведь сам напросился – заметил я – Когда велел разложить девчонку и раздеть. Как ты ее назвал? Люддера? Кто такая?
– Шлюха.
– Ну вот. Назвал шлюхой, велел распять на земле и раздеть.
– Они же тебе сами сказали – досмотр! Ты… островитянин… живете в своем сучьем карантине и бед не знаете! Тебя когда-нибудь за глотку верут хватал?! Жизнь из тебя выдавливал?!
– А тебе когда-нибудь серый плукс к ноге присасывался? Кровь вместе с мясом высасывал заживо?! – парировал я – Брюхо тебе твари рвали так, что кишки наружу?
– Э… – выдавил усевшийся второй помощник – Хрена у них там жизнь островная. Плуксы кто такие?! О, дритт… Андар еле дышит…
– Помассируй ему глотку – велел Мнут и, морщась, завалился на бок – Что ж так больно то… не отрубиться бы…
– Да ладно тебе – отмахнулся я – В городе подлечат. Ноги целы – дойдешь. Ты не ответил, верг Мнут. Как ты узнал, что мы милые и добрые островитяне сыроеды славного семнадцатого этноса.
– Я старший верг. Послал запрос – не став брыкаться, ответил Мнут – Без этого как узнать кто перед тобой?
– Ты послал запрос системе? – уточнил я – Через интерфейс, верно?
– Ну.
– И получил ответ – этнос семнадцать.
– Верно. Но какой ты нахрен этнос семнадцать?! Они по-другому изображены… и в трусах по лесам не разгуливают.
– Все меняется – осклабился я и, задумчиво постучав пальцами по голому колену, продолжил – Запрос по старику и девчонке посылал?
– Ну.
– И кто они?
– Тебя не касается – ответ был дан жестко. И по голосу ясно – просто так не скажет. Под пытками скажет. А вот так – нет.
– Служебная тайна?
– Именно.
– Звучит красиво. Но ведь вранье – усмехнулся я – От друзей и важных шишек информацию не таишь, верно?
– Ну… ты точно не друг. Хрен лесной. Дритт из кустов выползший.
– Что такое дритт?
– Дерьмо.
– Красиво. А дритсек?
– Ублюдок.
– А вы кто?
– Добросы.
– Добрососы?
– Добросы!
– Просто добросы?
– Добросы семнадцать.
– Соседи стало быть – кивнул я, коротко глянув в сторону скрытого зарослями моря – А ты в курсе, соседушка, что не так уж и давно ваши славные сраные добросы наведывались на наш родной остров и натворили там немало сучьих дел?
– Все знают ту позорную историю. Дритт! Тупые пьяные ублюдки опозорившие Светлый Плес! Хорошо, что все они там и полегли! Их убил громадный волк… так ведь? И волк не простой. Легенды описывают его гигантским зверем с пылающей пастью… есть и фреска акварельная.
– Че есть?
– Фреска акварельная. На стене одного из домов.
– Пора нам в городе – вздохнул я – У вас там есть где пожрать?
– Найдется.
– Поможем вам в город добраться, дритсеки вы ушибленные… а там что? Начнете орать – хватайте, хватайте!
– Не выйдет – скрипнул зубами Мнут – Твоя слава выше моей. Ты награжден Матерью.
– Есть такое – удивленно хмыкнул я – Запрос подсказал?
– Он.
– И как это выглядит?
– Уголок смотрящий вверх.
– Вот так? – я показал ладонями угол направленный вверх.
– Да. Зеленый светящийся хренов уголок. И буквы «Б» и «Н» рядом. Ты отмечен Матерью. Вздумай я тебя обвинить – твое слово против моего.
– А чего ты так честно отвечаешь на мои вопросы? – спросил я, вставая и принимая от вернувшегося Хвана штаны.
– Слава просто так не дается. Ты боевой и награжденный сыроед. Такое завоевывается кровью. И твое тело это подтверждает. Ты кригер. Воин. И тот крикливый одноглазый – тоже, хотя не снискал столько почестей как ты. А вот он… – глаза Мнута опять обратились к фигуре Хвана – Он…
– Что он?
– Он обычный… этнос семнадцать. И все. Больше никаких данных. Будто родился вчера и никогда не работал, не сражался… Почему он скрывает лицо?
– Да его верги досматривали усердно – вздохнул я – В паху и волосах копались. Нанесли душевную травму…
– Смешно…
– Ты понимаешь, что все это большое недоразумение и его стоит забыть? – спросил я Мнута, заодно глянув на его помощников – Мы дети природы. Островитяне. Подумали – вы злобные насильники.
– Поэтому зла и не держу. Не разбойники. А вот тебе бы стоило задуматься – где тот старик нашел арбалет и почему таскает с собой. Представь однажды он решит кого-нибудь ограбить?
Рэк заржал. Хван отвернулся. Я развел руками:
– Жизнь покажет. Вставай, старший верг. Мы идем в славный городок Светлый Плес. Не против поболтать по дороге? Я даже подставлю тебе свое крепкое островное плечо.