Н 8
Шрифт:
Я отвернулся. И раздавшийся через несколько секунд хруст песка оповестил, что гоблин ушел.
– Убьет или не убьет? – задумчиво спросила пифия, сдувая упавшую на щеку прядь волос и прячущуюся за ней желтую бабочку.
– Самому интересно – широко улыбнулся я, потягиваясь – Ай… обезболивающее какое-то хреновое.
– Тебе бы поспать.
– Не – покачал я головой – Посплю в дороге.
– Покидаешь наш милый славный городок?
– И как можно быстрее. Я и так здесь задержался.
– Гоблин… ты охренел? Ты здесь всего двое суток, но твое имя запомнят навсегда! Ты легенда!
– Да насрать. У тебя нет расписания билетов на бродос-экспресс в сторону Кронтауна?
– Найдется. Разве тебе не спится – пошли шашлыки жарить?
– Пошли – согласился я, осторожно вставая – Я кручу палки!
– Шампуры?
– Да похер. Лишь бы с мясом.
Запыхавшийся гонец, взрывая пятками песок и перескакивая через крабов, примчался минут через сорок, волоча за собой крикливого парнишку лет двадцати с небольшим. Гонец молча ткнул пальцем чуть не в лицо парня, потом заявил:
– Убийство. А это вроде как свидетель.
– Где? – поинтересовалась пифия, принимая от меня шампур с мясом и смело откусывая крайний кусок – М-м-м… вкуснотища… может правду говорят, что по-настоящему вкусно мясо может пожарить только убийца-мясник?
– Третий барк. Хомячий рай. Вроде как завалили хозяина заведения Тома, а с ним вместе еще четверых.
Я удивленно и даже обрадованно склонил голову к здоровому плечу, со скрежетом стащил зубами кусок мяса с шампура.
– Да не вроде как! – ожил невнятно вскрикивавший до этого на бегу парень в синем комбинезоне – Точно! Я же на пороге стоял и все видел! Там просто кто-то визгнул в бараке… вроде мужик, а завизжал так тоненько, испугано. Ну вроде как если в штаны себе глянул с утра – а там хера нету! И как завизжа-а-а-ал…
– А если ты девушка? – спросила пифия.
– С утра? – недоуменно хлопнул глазами парень.
– Вообще.
– Ну… тогда раз – а там хер между ног! И ви-и-и-изг…
– Думаешь? – хмыкнула Кассандра – Ну и что дальше?
– Я и сунулся на визг тихий. А там… Том на полу бьется в луже крови, ногами стучит, глаза пучит, за глотку держится. А за прилавком баба какая-то кого-то бейсбольной битой хреначит! Хреначит и орет что-то злое про траханого мудака гоблина… а с биты кровь так и слетает в разные стороны…
– А еще двое?
– Они у стены лежали. На столе. А рядом парень весь перебинтованный, худющий, в майке черной поверх бинтов. У него в руках здоровенный тесак. Он походу подошел к столу, где в карты играли и рубанул сходу сидящих… но это люди Хома – узнал по футболкам и штанам. Да я всех запомнил! Сразу опознаю!
– Опознаешь? – прищурилась Кассандра – Там ведь темно было. Лица ты не видел. Был испуган.
– Да видел я лица! Отчетливо разглядел! Точно опознаю! Испугался, конечно! Вот и рванул оттуда! Наткнулся на бойца вашего, он меня и притащил.
– Да показалось тебе, что ты лица разглядел. Наверное, только силуэты и увидел мутные, да? – надавила Кассандра.
– Да я до самой смерти запомнил их лица до мельчайшей подробности?
– До самой смерти? – промурлыкала Кассандра.
– Ага!
– Аж минут на пять то есть?
– А?
– Ну если до самой смерти…
– В смысле – через пять минут я… а-а-а-а-а – наконец-то догнал парень и, подломившись, рухнул коленями на песок – Пифия Кассандра!
– Да?
– Простите! Не разглядел я никого! Темно там было! Пожалуйста… не убивайте.
– Ну что ты, милый. Живи. И молчи.
– Понял! Все понял!
– Оди? – глянула на меня Кассандра.
– Пойду прогуляюсь – вздохнул я – Заодно и в медблок загляну.
– Я пошлю к бараку пару своих парней. На всякий случай.
– Разберемся – усмехнулся я бледно – Тебе стоит остаться в этом городе, Кассандра.
– Почему?
– Потому что это твой город.
– Хм… ну спасибо за совет. Ты, кстати, что-то не рад.
– Не рад – подтвердил я мрачно, впихивая ноги в кеды – Вообще не рад. Им следовало исчезнуть. А не страдать херней.
– Хочешь я оставлю их себе? Прикормлю. Обеспечу интересным занятием. Подарю оседлость и уверенность в завтрашнем дне.
– Если честно – хочу.
– Предложим им это.
– Предложу…
Опережая меня в город рванул получивший краткие инструкции гонец. Я не торопился. Я неспешно шагал, чувствуя, как пульсирует разгорающаяся боль в искалеченном плече.
У третьего барака клубилась быстро распухающая толпа. Пока было тихо, но у входа уже дежурило шестеро крепких парней держащих наготове игстрелы, дубины и тесаки. В толпе всплывали и затихали постепенно становящиеся все громче возгласы, побуждающие парней не ждать, а войти внутрь и посмотреть, что же там произошло.
– А че сам не войдешь? – проходя мимо лениво поинтересовался я у самого громкого и самого пухлого из присутствующих, чьи отвислые щеки были украшены десятками вытатуированных клыкастых головастиков – И что за мужик тебе так щедро на лицо брызнул?
– А?! А? Ась? – начал круто, сделал тише и вообще убавил звук пухлый, когда понял, кто к нему обращается – Доброго вам дня, герой Оди! Восхищаюсь вами! Есть ли шанс попасть к тебе в сквад?!
Ничего не ответив, я шагнул ко входу в Хомячий рай, взмахом руки заставляя стоящего перед входом бугая посторониться.
– Туда нельзя – заметил набычившийся бугай, которому явно не понравился мой резкий и небрежный взмах. Он явно привык к другому к себе отношению.
– Так останови меня – предложил я, стоя перед ним в шортах и кедах – Давай.
Мгновение помедлив, бугай шагнул в сторону, открывая проход. Не успел я сделать и шага, как к бараку подскочил Эйжоп и тут же сориентировавшись, заорал:
– Чего столпились то? Что тут интересного? Через пять минут начинаем бои! Сегодня раньше! И сегодня я готов поверить разок в долг даже тем, кто давно в пух и сраку проигрался! Давайте! Бои начинаются!