Чтение онлайн

Я рывком подтащил тушу палача к камню под дыбой и посадил его спиной к двери. Сунул ему в руки веревку от камня

Как я понял, этот камень привязывался к ногам растянутого на дыбе. Он должен был фиксировать ноги несчастного, пока ему выдергивают руки из плечевых суставов, натягивая веревку, переброшенную через перекладину. И так до тех пор, пока не расскажет, что знал и чего не знал.

И этим несчастным на дыбе мог оказаться я. Поэтому особой жалости к палачу и к будущим гостям у меня не было. Но до определенного момента встреча должна пройти на высшем уровне.

Я быстренько поставил стол на ножки и подтащил его почти вплотную к дыбе. Быстро и аккуратно, как мне надо, разложил на столе инструменты.

Среди них оказалась парочка длинных ножей, которыми в крайнем случае при большом везении можно было бы отмахаться от шпаги или сабли. Еще мне понравился здоровенный топор мясника и какая-то штука очень похожая на булаву. В общем, было чем защищаться и нападать. Только огнестрела не было. Ну да ладно.

Едва я успел залезть на камень и изобразить подвешенного на дыбе, как в двери заскрежетал ключ.

Первым вошел мужик, который привел меня в эту тюрьму. Он, не отходя от двери, поводил фонарем из стороны в сторону, внимательно осматривая пыточную.

Увидел меня подвешенного на дыбе, палача, привязывающего к камню мои ноги, довольно хмыкнул. Посторонился, пропуская в камеру второго. Второй на этот раз принес два складных кресла и складной столик.

Одно кресло он поставил посередине, второе и стол поставил в углу.

Третьим опять зашел Ромодановский, уселся в кресло по центру, сложил руки на животе. Первый мужик закрыл дверь изнутри, повернул ключ в замке и убрал его в карман.

Я рассчитывал, что он останется снаружи, но не все коту масленица.

Тот мужик, что притащил мебель, уселся за принесенный стол, достал из огромной папки пачку желтоватых листов, снял с пояса чернилицу, достал из-за уха гусиное перо и приготовился вести протокол допроса.

– Ну что, Илья, помолясь, - начнем!
– благодушно произнес князь-кесарь, обращаясь к палачу.

Илья некстати пришел в себя, задергался и что-то невнятно промычал.

– Начнем, начнем! – не стал я дожидаться, пока Ромодановский преодолеет свое удивление.

Я соскочил с дыбы, оттолкнул в сторону палача и сделал шаг к столу с орудиями пыток.

Схватил в одну руку топор. Другой метнул какой-то короткий, но увесистый пыточный нож в сторону мужика, пытавшегося открыть дверь. Нож уверенно воткнулся над замочной скважиной.

– Всем оставаться на местах господа – хорошие! Князь – кесарь, вы тоже! Вы хотели поговорить? Давайте разговаривать!

Ромодановский до этого вскочил на ноги, хватился за саблю, но увидев полет ножа в дверь расслабился и опустился назад на стул. Его подручные тоже замерли на местах.

– Бойкий вьюнош! – как-то даже с удовлетворением бросил Иван Федорович Ромодановский, - Далеко пойдешь, если вовремя не остановят.

– Учителя хорошие были, Ваше Сиятельство.

– Ну хорошо! Чего ты хочешь? – как-то устало проговорил Князь-Кесарь.

– Для начала хочу, чтобы ваши люди отошли от двери и сели по углам, а все оружие передали мне.

– Я тоже! – тихо, но угрожающе спросил князь.

Мне, конечно, этого хотелось, но я понимал, что это невозможно. Если я рассчитываю в дальнейшем хоть как-то наладить отношения с одним из самых могущественных людей в Империи.

– Что вы, Ваше Сиятельство! Как можно! Я лишь хотел вас просить о небольшой милости.

– Какой? – взгляд князя приобрёл привычное ему высокомерие. Как же! Все как обычно, - все кругом добиваются от него милости.

– Обещать мне не применять самому оружие против меня и не отдавать таких команд своим людям, пока наш разговор не будет закончен.

– Не слишком ли ты многого просишь, щенок! – глаза князя стали наливаться кровью.

– Не больше, чем заслужил, Ваше Сиятельство. Но чтобы понять, вам надо хотя бы выслушать меня.

– А если откажусь? Убьешь? – князь иронично поднял бровь.

– Нет, Ваше Сиятельство, постараюсь этого не делать без крайней нужды! Просто уйду.

– Не выйдет! – усмехнулся князь, - Отсюда еще никто никогда по собственной воле не уходил!

– У меня есть принцип Ваше Сиятельство: никогда не говори никогда! – прозвучало несколько пафосно, но в этом времени и при данных обстоятельствах, я счел пафос уместным.

– Ишь ты! Ну а мне то, какие резоны тебя слушать?

– Ну у вас же тоже ко мне вопросы были. Я готов на них ответить. Договорились?

– Хорошо! Я не буду трогать тебя, пока недоговорим. Итак, ответь мне, пожалуйста, дорогой Андрей Борисович, где письма, которые ты вез к царевичу Алексею? – князь-кесарь выжидательно уставился на меня.

Я вытаращил глаза. Вот это приплыли. Интересно, о каких письмах идет речь?

Когда и от кого возил письма бывший хозяин моего тела царевичу Алексею? Царевич Алексей — это сын Петра Первого. Вроде как именно в нынешнем году, в 1718 году идет следствие о его измене. То есть это в нашем мире в 1718 году, а здесь в 7229 году. Вроде как его родной папаша обвинял в государственной измене. И насколько я помню, к тому были основания.

Алексей Петрович сбежал в Австрию и хотел на австрийских штыках въехать в Москву и свергнуть отца, чтобы вернуть все, как в старину было. Но это ему Петр простил.

Не простил то, что Алексей со шведским королем снюхался. И это во время войны. За это и казнил его тайно. Но всем объявил, что Алексей сам умер. От какой-то болезни. Типа от склероза. Забыл, как дышать, и умер.

Но это у нас. Здесь же, похоже, следствие против царевича Алексея тоже идет. И это несмотря на отсутствие царя Петра. Ведет его здесь, похоже, не отец, а дядя – царь Иван V.