На десерт
Шрифт:
1 Об увеличении количества шипиков на каждом бутончике колючей проволоки.
2 О бубликах со сдвоенной дыркой.
3 О свиных цепнях и кольчатых гельминтах.
4 Об отмене весенне-летней линьки птиц и замене на круглогодичную (по типу выдры).
5 О сшестеренной тепловозной тяге.
6 О запрете для картофелин строить глазки.
7 Об изготовлении полок для кинофильма «Сталкер».
8 Об эрозии почв в свете пыльных бурь.
9 О реализации пива с правилом:»Требуй долива после отстоя».
Так что все, решительно все приняты партией постановления. Стало быть, нечего, граждане, катить на партию бочку и дышать на партию брагой. А коли при этих постановлениях живете вы. народ, как последние сермяжники и нищуганы — так это вина вашей же низкорожденности. Ощущайте же силу животворных постановлений партии каждой клеточкой тела своего, ощущайте ныне, присно и вовеки веков! И никуда, срамники, вам не деться от этого: всех огреет партия материнской лаской!
На десерт-2
Александр Моралевич
вот и минул незначительный срок со времени публикации автором в Интернете сочинения, названного изначально «На десерт».
А почему автор поспешает углУбить тему ( такое горбачёвское ударение теперь легализовано) и раздвинуть её даже шире, чем раздвигают ляжки перед генералами МВД наши шоу-бизнесменши, желая обжиться «блатными» номерами на свои автомобили? А потому спешит автор, что весьма неблагополучно обстоит дело с памятью у граждан страны. На этот счёт в стихотворном и еретическом романе автора «Иже еси!» есть и объяснительные строки:
Взять англичан — порядок в башне,
И память вглубь не на вершок,
А мы сегодня о вчерашнем
Всё вытрясаем из башок..
Так о чём же шла речь в сочинении «На десерт» (отрывке из двухтомного романа «Проконтра», который автор сумел издать в России только за свой счёт)?
А речь там шла о блистательной раскрасавице Ольге Евсеевне Соковниной. Эталонной и благородной жене, многодетной и многомудрой матери, а вдобавок ко всему — широчайшего спектра учёной. И она-то, Ольга Евсеевна, корифей по этологии, то есть науке о поведении животных — и вдруг да где она нежданно работает? В КГБ!!!
И вот отец народов И.В.Сталин — ведь какие употребил титанические усилия, дабы изничтожить маршалитет и генералитет Красной армии!
А Ольга Евсеевна, в отличие от горийского сына сапожника и недоучки? Да она так вот, играючи: а отмуштрую-ка я известным мне образом поведенческие реакции разнородного видового состава дятлов — и шарах, в один день будет истреблен весь генералитет США, а тогда уж делай с этой Америкой что угодно.
Так что же, выходит: бесподобная эта женщина — хладная убийца, мизантропка и человеконенавистница?
Да вовсе нет. У нас что, взять Путина — он мизантроп и человеконенавистник? Отнюдь! А всего-то было ему забавно: вне всякого сопряжения с бесланской трагедией — взять да и отменить по всей России выборы губернаторов? Сожрёт такое Россия, не зафордыбачит, не дрыгнется?
Сожрала как миленькая и не дрыгнулась.
Так и Ольга Евсеевна: она фонтанирует ужасающими и отнюдь не вегетарианскими идеями из забавы. У любимого мною ПИСАТЕЛЯ Фазиля Искандера есть такая фраза, помимо прочих красивых и вспышечных фраз: «…для красоты несчастья». Вот и Ольга Евсеевна выдвигает многие свои идеи для красоты несчастья, забавляясь.
И всё, оснащены и обучены милитаризованные дятлы, трепещи, лопоухая Америка. Но тут некстати над Московской областью проносится лютый ураган. И в лесном совсекретном вольерном хозяйстве Ольги Евсеевны происходит значительный вывал леса, разрушая вольеры с птицами. После чего шесть дятлов в полной боевой оснастке улетают в сопредельные лесмассивы.
В нынешней путинской России трудно сыскать дельных палубных
матросов, обрубщиков литья, лекальщиков, штукатуров, сварщиков… Но уж генеральской шушеры на всех мыслимых, а чаще всего немыслимых постах — у нас пруд пруди. Однако, радетелю всего живого, даже сиживавшему по малолетке за любовь к животным в тюрьме — мне всё-таки жаль шести российских обречённых генералов, по нечаянности погибших вместо американских Колина Пауэлла и Шварцкопфа. О них и речь в отрывках из романа «Проконтра». В отрывках, озаглавленных «На десерт-2», а также «3», «4», «5»,
«6» и «7»
Вдогон к этому — ещё несколько соображений
Самую значительную часть своей жизни автор проработал фельетонистом в журнале «Крокодил». Выродившись, испроституировавшись, измельчав, возглавляемый подлинным страннолюдьем, покинутый даже полуприличными авторами, имея в творческом активе лишь пятерых партсекретарьков разных лет — журнал закономерно и смрадно издох.
После этого «Крокодил» многожды пытались возродить. В последний раз, фанфарничая и бия в барабаны, передприняла эту попытку «Новая газета». И во главе журнала был поставлен некто С.Мостовщиков. Редко уж какой журнал не возглавлял этот знаменательный человек. И всякий раз под его водительством любой журнал вскорости окочуривался. Надо ли говорить, что под эгидой Мостовщикова и «Новой газеты» «Крокодил» снова бесславно дал дуба?
(Ах, Ольга Евсеевна Соковнина! Не погибни она безвременно и трагически — непременно выдвинула бы она идею: похерить дятлов, забыть о них! А затеять витиеватую ннтригу по избранию Мостовщикова президентом США! И тогда через какие-нибудь пару месяцев — с гарантией! — Америке придет каюк!)
Помимо «Новой газеты» — ещё один человек пытался гальванизировать «Крокодил»: удачливый бизнесмен и просвещенный человек.. Он и позвонил мне: а не соизволите ли…
Соизволю, ещё как соизволю! Ведь помянуть Иосифа Бродского — что ему удалось напечатать во все времена своего бедственного жительства в СССР? А всего четыре детских невзыскательных стишка.
А Сереженька Довлатов, которым нынче так гордится Россия? А напечатал он здесь, покуда не сквозанул в Америку, штук полста заметок о соцсоревнованиях свинарок и работников ЖКХ, чтобы заработать себе на портвешок.
А Моралевич, при двух третях отвергнутого и одной трети затерзанного цензурой, редакторской швалью и недоумками? О, за десятилетия он напечатал аж ОДНО сочинение, не тронутое никем. И был это некролог фельетониста-пять Моралевича на смерть фельетониста-четыре Леонида Израилевича Лиходеева, даже на десятую часть не реализовавшего себя в том, что он умел делать лучше всех в стране.. Назывался этот некролог заимствованным у Э.Хемингуэя: