На грани острых ощущений

Catherine Mann

The Twin Birthright

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Некоторые женщины мечтают родить в клинике в присутствии мужа, который будет держать их за руку.

Некоторые женщины мечтают родить дома; мужчины их мечты тоже будут рядом с ними.

Никто не грезит о родах во внедорожнике, в метель, в присутствии бывшего жениха. Но Наоми Стил рожала именно в таких условиях. Причем близнецов.

– Тужься, Наоми, тужься, – мягко, но настойчиво говорил Ройс Миллер в теплом салоне внедорожника; на улице продолжался сильный снегопад.

– Я тужусь, черт побери.

Никто не придет ей на помощь. Мобильная связь почти не работала на пустынной магистрали к северу от Анкориджа, штат Аляска. Роды у Наоми начались на месяц раньше положенного срока.

Но даже если бы им удалось дозвониться до больницы, врачи не смогли бы доехать к ним в такую погоду.

Сиденья внедорожника были разложены, рядом с Наоми стояла открытая аптечка. К счастью, в машине Ройса есть все необходимое. Иначе и быть не могло. Он, аналитик, блестящий ученый и профессор, всегда был готов к любой неожиданности.

Наоми была адвокатом и славилась необычным даром убеждения, которое не раз помогало ей в зале суда.

Ройс стоял на коленях на полу машины, его мускулистое тело с трудом помещалось в салоне, но он выглядел спокойным и сосредоточенным.

Боль пронзила ее тело; она съежилась от сильной судороги и поняла, что не справится с задачей. Еще чуть-чуть, и она расплачется и закричит; однако ей не хотелось сильнее обременять Ройса, который ужасно боялся происходящего, несмотря на внешнее спокойствие.

Капельки пота катились по его лицу.

А она знала, что эти схватки не принесут ей никакого облегчения. Разочарование охватило ее, даже когда боль отступила. Наоми выдохнула и откинулась на сиденье.

На улице становилось все темнее, сильная метель не утихала. Автомобильные фары обеспечивали лишь минимальное освещение. Ройс повесил в салоне две переносные лампы. Наоми не желала думать о том, что произойдет, если у них закончится бензин, а роды затянутся.

Несколько месяцев Наоми почти все время лежала в постели из-за гипертонии; сегодня врач сказал, что она может вернуться к нормальной жизни. После визита к врачу она просто хотела поехать домой и спокойно прожить заключительный месяц своей беременности. Она знала точную дату родов, потому что забеременела благодаря ЭКО от донора. Она решилась на это после того, как отчаялась стать матерью; это было до ее знакомства со своеобразным ученым-исследователем Ройсом Миллером. Их отношения были обречены с самого начала. Она была беременна чуть более двух месяцев, а ему было удобно использовать ее детей как компенсацию своего печального прошлого.

Ройс погладил ее по колену широкой ладонью:

– Тебе тепло? – Завывающий ветер почти заглушил его слова. – Я приготовил свое пальто для малышей, но тебе я могу отдать свою рубашку.

Она знала, что бусинки пота на его лбу никак не связаны с жарой в салоне внедорожника.

– Со мной все в порядке.

Даже если бы она замерзала, а сейчас этого не было, потому что ее тело горело от боли, она не смогла бы больше ничего взять от Ройса. Он подарил ей большую часть своей жизни, хотя они и расторгли помолвку. Казалось, он чувствовал себя обязанным быть рядом с ней, пока не родятся дети. Каждый день после расставания с ним был для Наоми горькой пыткой. Но когда она была вместе с Ройсом, ее переполняли сожаление, печаль и решимость.

Решимость ей была крайне необходима, чтобы настоять на своем. В конце концов она приняла верное решение и бросила вызов этому молчаливому и настырному человеку. Но он упрямо продолжал делать то, что считал нужным.

Например, он настоял на том, чтобы отвезти сегодня ее к врачу, хотя у Наоми была куча родственников, которые могли ей помочь. После визита к врачу они не успели отъехать далеко от города, когда начался снегопад. И они застряли на дороге.

У Наоми началась очередная схватка, сильная и стремительная. Она сдержала крик от боли и стала учащенно дышать. Слушая, как Ройс тихо считает до десяти, она постепенно успокоилась. Схватка закончилась, и она опять смогла расслабиться.

Он всегда был очень осторожным и точным человеком. В отличие от безрассудной Наоми. Они неоднократно ссорились, в последний раз – окончательно. И они расстались. Ну как расстались? Они просто перестали спать вместе, и любое упоминание о любви, которую они когда-то разделяли, попало под запрет.

И вот теперь судьба смеется над Наоми: она застряла с Ройсом в машине в метель точно так же, как в тот день, когда они познакомились почти полгода назад. У них начался страстный роман, и они сыграли помолвку, которую вскоре расторгли.

Они были слишком разными. И у них были различные цели в жизни.

Сначала они ссорились из-за ее попыток доказать свою силу и независимость – побочный результат ее подростковой битвы с раком. Ее мучила его чрезмерная опека. Но в конце концов в этом вопросе они пришли к компромиссу. Тем не менее оставалась еще одна, более крупная проблема, связанная с их характерами. И это было невозможно изменить.

Ройс был одаренным и замкнутым человеком, который преуспел в работе, но сражался со своей эмоциональной незащищенностью, стараясь компенсировать потерю семьи. Наоми была экстравертом, блистающим в зале суда и в кругу своей большой, шумной семьи. В тихом доме с Ройсом она чуть не свихнулась от скуки. А он не находил себе места, когда они пытались жить в большом городе. Ей было невыносимо наблюдать, как он теряет то, что сделало его таким особенным. Вот им и пришлось признать, что они слишком не похожи друг на друга.

Ройс был замечательным, и это расстраивало Наоми сильнее всего. Тем не менее она попыталась оттолкнуть его, но независимо от того, что она говорила и делала, он не отступал. Его упрямство убедило ее в том, что эмоции, которые он проявлял, пока они были вместе, предназначались только ее младенцам.

Он настоял на том, что будет оставаться с ней на связи во время ее беременности и поможет ей во всем, хотя дети ему неродные. Встречи с ним стали почти невыносимыми, у Наоми разрывалась душа. Однако он работал консультантом в нефтяной компании ее семьи, поэтому им пришлось научиться мирно сосуществовать.