Шрифт:
О романе
В основе сюжета романа Виктора Матвеева «На грани» – невыдуманная история пиратского захвата гражданского судна в водах Скандинавии, первая за последние 500 лет. Герой-рассказчик, предполагая еще не самое худшее, а сбои коммуникаций, ошибки местных властей и тому подобное: тем более, пираты поначалу не представляются пиратами, а выдают себя за представителей местных силовых структур. Постепенно картина очерчивается очень резко и исключает всякую двусмысленность: главарь захватчиков назначает сумму выкупа и угрожает уничтожить судно вместе с экипажем. Сумма неподъемная. Переговоры затягиваются.
Эти главы романа основаны на подлинных аудиозаписях переговорах, где на другом конце провода находится человек практически без человеческих признаков. Его голос искажен скрамблером, его история явно вымышлена, он как минимум находится в плену страшного самообмана и очень опасен. Вся история переговоров, попытки найти какие-то общие нравственные константы, «подружиться» с пиратом – классический «танец с чудовищем». Виктору Матвееву (нас не должно удивлять, что главного героя зовут так же, как автора) удается достичь частичного успеха – в первую очередь, протянуть время.
У Виктора Матвеева, как у всякого рыцаря на светлой стороне, находятся помощники – юристы и следователи самых разнообразных гражданств, но их помощь скорее декоративна, всегда меньше ожидаемого и меньше необходимого. Между тем, одна техническая деталь играет против пиратов – и «Арктик Си» удается засечь. Российский военный корабль арестовывает пиатов, которые не оказывают внятного сопротивления, а лишь неумело лгут. Архивы их показаний – важная часть романа. В частности, просматривается фигура заказчика, и это скорее организация, чем один человек.
Самое тревожное и удивительное состоит в том, что захват судна не заканчивается с арестом пиратов, а лишь меняется захватчик. Владелец судна не может получить его, экипаж и груз. Груз не доставлен по адресу в назначенный срок, что грозит судовладельцу страшными санкциями и репутационными потерями. Постепенно становится ясно, что борьба добра со злом отнюдь не закончена, а переходит в другую стадию. Отчетливо на темной стороне – силовики, в первую очередь – российские. Отличие силовика от бандита в том, что силовик носит и применяет оружие, не боясь наказания. Силовики других государств впадают в невмешательство. Они, если можно так сказать, зряче потворствуют злу. Откровенно на стороне зла представители СМИ, которых интересует самовыражение, сенсация любой ценой, но совсем не истина. Фигуры журналистов в романе одновременно карикатурны и узнаваемы.
Теперь Виктору Матвееву противостоит не кучка изгоев и маргиналов, а система, «вся королевская рать». Герою остается сохранить достоинство, лицо и бессмертную душу, пожертвовав, по сути, остальным. Важный его ход в этом противостоянии – этот роман.
Мы вместе с автором переживаем полученный им чудовищный опыт. Еще несколько ракурсов – история противостояния героя в молодости с КГБ; философия восточных единоборств; музыка как протест. Каждый ракурс привносит в полотно романа свое измерение. Важно, что роман густо иллюстрирован митьками, точнее – главным митьком России Дмитрием Шагиным. Митьки – образ жизни и способ противостояния системе.
Поэт, прозаик и эссеист, литературный критик
Леонид Владимирович Костюков
С Виктором Матвеевым в реальной жизни мы не встречались на самом деле, но в течениe полутора лет наши отношения автора и переводчика развились благодаря телефонным звонкам, электронным письмам и через страницы его романа, и теперь я осмелился бы с гордостью назвать себя его другом.
Я знал об инциденте с Арктик Си через средства массовой информации, но до сих пор я не понимал глубины физической и эмоциональной жестокости произошедшего, а также героизма и стоицизма. Виктор – настоящий герой нашего времени, но, в отличие от Печорина, которой не одолевает неуверенность в себе и колебания, Виктор полон решимости, эмоциональной глубины, чуткости и мужества. Герой, в котором нуждается наше время.
«На грани» – интригующий криминальный сюжет, написанный поэтической прозой, напоминающий по своим нюансам Пастернака, Булгакова и Гоголя – иногда мифологический – иногда со вкусом мрачного юмора… Вкратце – огромный вызов для авторa, и не меньше для переводчика!
Although I have never met Victor Matveev in real life, and our relationship as author and translator over the past year and a half has developed through telephone calls, emails and the pages of his novel, I would dare call myself a friend and supporter.
I was aware of the incident with the Artic Sea through the media, but not until now had I understood the depths of physical and emotional cruelty, but also heroism and stoicism. Victor is a true Hero of Our Time, but unlike Pechorin, one not overcome by self-doubt and hesitation, but one filled with resolve, sensitivity and courage, the Hero that our times need. On the Edge is an intriguing criminal story, framed and bounded in the poetic prose of a masterful author, reminiscent in its nuances of Pasternak, Bulgakov and Gogol – sometimes mythical in its traditions – sometimes dark in its humour… A challenge to write and a challenge to translate!
David Mossop is a PhD Member of the Chartered Institute of Linguists UK lecturer in Linguistics at the University of Sofia, Academic Editor, New Bulgarian University.
Все были потрясены пиратским захватом судна у берегов Швеции в 2009 году: я, мои коллеги и партнёры в лесной промышленности и в судоходстве Финляндии и Швеции, все, кто работал с ВМ. Роман «На грани» удивляет описанием глубины разрушительных переживаний и хроникой трагических событий, написанной настолько филигранно, что по мере прочтения опять погружаешься в пережитую обстановку 2009 года, потребовавшую незаурядного мужества от автора.
Susanna Ahola
Director, HelsinkiInterascoTimber
Автор поставил достаточно рискованный эксперимент, скрестив документалистику с эзотерикой. Тем не менее, коктейль получился хоть и терпким, но приятным на вкус. Динамика событий держит читателя в напряжении, ни на минуту не позволяя ему усомниться в реальности происходящего, чем роман Виктора Матвеева выгодно отличается от любого выдуманного триллера. А откровенно написанные эмоциональные переживания героя создают эффект полного присутствия.