Чтение онлайн

– Не будем о былом помнить. Ни к чему нам лишний груз за плечами. Да только вот, не быть нам и вовек вместе. Не по судьбе мы друг дружке.

– И кто же решение такое принял?

– Злой рок подсобил нам.

– Расскажешь?

– Может быть, позже. А сейчас, давай обедать.

– Вместе?

– Вместе.

Так и сидели они за одним столом. Ели молча, взглядами обмениваясь пристальными и влюблёнными. Пока безмолвие их тихое, Азель не нарушил. Присоединился к ним демон, благодарно кивнув девушке за добрую душу её. Улыбнулся Азель и мысленно небеса возблагодарил, что нашла в себе силы Азалия простить Дамира за женитьбу его нелепую и к себе ближе подпустила. Что дальше будет с ними, кто его знает? Может дружба тёплая возродиться, а может любовь расставит всё по местам, вернув то, что суждено этим двоим, на круги своя…

***

Близко к сердцу принял Дамир слова Азалии и на следующий же день решил приставить к Иветте одну из служанок, наказав следить за женой, глаз не отрывая. Наказанием грозил суровым, если что утаить от него вздумает. Не оплошала девчонка, через три дня ответ она перед хозяином держала, подробно докладывая обо всех передвижениях Иветты. Так и узнал Дамир, что каждый месяц посещает супруга его, лавку «Журавль», принадлежащую Азалии, да настойку там особую покупает, которая от беременности нежелательной защищает её. Разозлился мужчина, разгневался, сила в нём магическая забурлила. В комнаты Иветты поднялся он, склянки те злосчастные в миг отыскал и под ноги ей кинул оправданий требуя:

– Как ты могла, женщина? Ты вошла в знатный род, и семья твоя откуп большой получила! Не смей врать, что не знала на что идёшь!

– Знала! – выкрикнула Ив. – Только не по своей воле за тебя пошла, а умирать ради того, чтобы наследником грозный Асвен обзавёлся, я не намерена!

– Ты! Ты и представить себе не можешь, что я потерял из-за тебя и папаши твоего алчного! Вы ведь жизнь у меня отняли, не дали быть с той, кого сердце избрало!

– Так иди к ней сейчас! Разведись и иди! – не сдержалась Иветта.

– Не могу, - вмиг сник Дамир. – Тебе ведь известны условия, при которых брак наш расторгнуть можно, их два всего: если в неверности тебя уличу, или родить ты не сможешь в течение пяти лет.

– Так что же теперь? Ждать пять лет долгих, изводя друг друга? А может, решишься в измене обвинить, подговоришь кого сыграть роль любовника моего?

– Не знаю я как теперь поступить, действительно не знаю…

Опустошённый покинул Дамир спальню супруги своей, не взглянув на женщину рыдающую. Не жаль ему было её, совсем не жаль. Не трепетало сердце в груди при виде слёз Иветты. И сгинь она в тот же миг, вовсе ни о чём бы не печалился мужчина, только вздохнул облегчённо, освободившись от оков незримых, но тяжких. Не желал он смерти Иветте, да только что каждому на роду написано из книги судьбы не вычеркнуть.

Слегла Иветта в первые дни лета красного. С вечера ещё ходила в добром здравии, а в ночь тёмную занедужила. Лихорадка охватила женщину, грудь словно огнём жгло. Лекарей к ней вызвал Рейган Асвен, да только те лишь руками развели. Запущенный случай лёгочной болезни, увы, не поддавался лечению. Могли они лишь агонию её продлить настойками поддерживающими, а вылечить не под силу было. Не любил Дамир жену свою, но на лечение от недуга не поскупился. Всё он перепробовал, лишь бы на ноги Иветта встала. В «Журавль» слуг своих не раз отправлял, да только поздно было лечение начинать, время упущено безвозвратно. Несколько недель пролежала в постели немощная и вмиг осунувшаяся Иветта, а в ночь, когда луна на убыль пошла, тихо и мирно уснула с блаженной улыбкой на губах. Да так больше и не очнулась ото сна своего безмятежного. Схоронил её Дамир и из жениха незавидного, да мужа нелюбимого, превратился парень во вдовца бездетного, которого все стороной обходят.

Шептались люди в округе, мол проклятие рода на новый виток пошло, женщинам в семью вошедшим теперь не в родах суждено в мир иной отправится, а в горячке мучительной сгореть, не прожив и года с мужчиной по фамилии Асвен. Сторонились Дамира барышни, а отцы дочерей рьяно берегли от взглядов вмиг постаревшего Рейгана. Во всём мире огромном лишь двое друзей поддерживали Дамира, не отвернувшись от парня, что несчастье нёс на плечах своих: демон Азель и ведьма Азалия.

Всё чаще вечера втроём они проводили в поместье Мист, под неодобрительные взгляды семейства Филс, но ни Азель, ни Дамир значения тому не предавали. Асвен траур старался блюсти, хоть и особой грусти в себе не находил. С Азалией сблизиться не пытался, но отчаянно желал этого. Девушка же словно черту невидимую меж ними провела. Любви своей не отрицала, но на чувства его не отвечала, всё твердила о том, что судьба противится. А чему противится? По причине какой? Не пыталась объяснить ведьма, а Дамир спросить опасался. Вдруг та тонкая нить, что связывает их, тотчас порвётся, едва он с расспросами в душу Азалии полезет? Так и молчали оба, не пряча глаз влюблённых. Так бы и далее текла река жизни, разделяющая два берега, на которых застыли словно безмолвные изваяния Дамир и Аза, если бы однажды капризная судьба не сжалилась над влюблёнными, столкнув одного из них с человеком, повлиявшим на ход событий.

Дряхлый седой старик, опираясь на изящную деревянную трость, вошёл в двери лавки «Журавль». Колокольчик приветливо зазвенел, извещая о приходе очередного посетителя. В тот день одна Азалия на рабочем месте находилась. Поднявшись со стула улыбнулась она и к гостю поспешила:

– Добрый день, чем могу вам помочь? Ищете что-то определённое или предпочтёте сделать заказ?

– А на разговор обычный могу ль напроситься, красавица?

– Отчего же не скоротать время за беседой непринуждённой с добрым человеком. Могу вас чаем угостить с булочками домашними.

– Соглашусь, если работе твоей, помехой не стану.

– День пустой сегодня, клиентов по пальцам пересчитать можно. Оттого и сижу здесь одна, скучаю. Коли одиночество моё скрасить решитесь так я супротивничать не стану.

– Тогда разреши представиться, милая. Имя моё Нокс Салливан. Тебе конечно не скажет оно ни о чём, однако обитал я некогда в краях ваших. Правда, давно это было.

– Азалия Журавлёва, хозяйка этой лавки.

– Азалия… красивое имя. Только фамилия больно непривычна для слуха. Откуда же ты, деточка?

– Из другого мира пришла я. Вслед за наставницей своей.

– И кто же обучал тебя премудростям ведьмовским? Позволишь поинтересоваться?

– Регина Мист, всеми умениями своими ей я обязана.

– Мист, - многозначительно качнул головой Нокс. – Знакома мне фамилия эта, более чем знакома. Известна она была в пору моей молодости, до случая того несчастного, непоправимого.

– Вам, что-то ведомо о нём?

– Много событий я повидал, память о которых в голове моей непутёвой хранится, недаром восемьдесят годков на свете прожил.

– Почтенный возраст, - признала Азалия. – Расскажите, что знаете. Интересно послушать мне о случившемся и узнать всё с иной стороны.

– Расскажу, отчего же не рассказать, да только позже немного. Успеем мы с тобой наговориться. Надолго задержусь я в родных краях.

– Вы вернулись по какой-то причине, определённой?

– Так и есть. К ведьме я сильнейшей ехал, чтобы от недугов избавиться помогла, страдания облегчила. К тебе я ехал, а как увидел так дара речи лишился. Вот, говоришь мне, что Журавлёва ты и ученицей Регине приходишься?