Чтение онлайн

У Келли были записаны имена и телефоны примерно дюжины мужчин и женщин, занимавшихся на курсах в то же время, что и Паула, но она не могла припомнить, был ли у Паулы поклонник и встречал ли ее кто-то после занятий. Не знала она и того, дружила ли Паула с кем-то из однокашников. Я переписал все фамилии и номера телефонов, за исключением Вирджинии Сатклиф, с которой уже поговорил.

– Джинни Сатклиф рассказывала мне, что Паула однажды очень удачно сымпровизировала сценку ожидания на автобусной остановке, – сказал я.

– Разве? Я часто обыгрываю эту ситуацию. Честно признаюсь, не помню, как с заданием справилась Паула.

– По словам Джинни, в ней была некая трогательная неловкость.

Она улыбнулась, но улыбка ее была невеселой.

– Трогательная неловкость?.. – повторила она. – Надо же! Каждый год в Нью-Йорк прибывает новая тысяча инженю в надежде, что их жеребячья жизнерадостность растопит сердце нации. И все они чертовски трогательны и неловки. Иногда мне хочется отправиться к портовым властям или на автобусный вокзал, чтобы сказать всем этим девушкам: поскорее возвращайтесь домой.

Она допила пахту и приложила салфетку к губам. Напоследок я сказал ей, что, по словам Джинни, Паула выглядела уязвимой.

– Они все уязвимы, – только и ответила на это Келли Гриер.

Я созвонился с товарищами Паулы по курсам. С некоторыми из них встретился лично, с другими поговорил по телефону. Словом, прошелся по всему списку Келли Гриер. Кроме того, я продолжал обходить квартиры дома Фло Эддерлинг. Постепенно мой список становился все короче.

Как и мой клиент, я побывал на последнем месте работы Паулы, в ресторане на Западной Сорок шестой улице. Он назывался «Замок друидов» и был оформлен в стиле английского паба. В меню перечислялись экзотические блюда – от пастушьего пирога до чего-то совершенно невообразимого под названием «жаба в дыре». Управляющий подтвердил, что Паула ушла от них еще весной.

– Хорошая девушка, – сказал он. – Не помню, почему она бросила работу, но мы расстались друзьями. Я бы снова ее нанял.

Одна официантка вспомнила Паулу как «добрую, но чуточку рассеянную девочку, мысли которой витали где-то далеко».

На сороковых и пятидесятых улицах я обошел множество ресторанов и нашел два, где Паула работала прежде, чем попала в «Замок друидов». Эти сведения, пожалуй, могли бы пригодиться, задумай я написать ее биографию, но они никак не помогли мне выяснить, куда же все-таки она отправилась в середине июля?!

Управляющий баром «Парижская зелень», на углу Девятой и Пятьдесят второй, признал, что ее лицо кажется ему знакомым, но при этом уверял, что у него она никогда не работала. Бармен, долговязый малый с бородой вроде гнезда иволги, тоже захотел взглянуть на снимок.

– Здесь она действительно не работала, – подтвердил он, – но зато частенько заглядывала. Хотя примерно два месяца ее не видно.

– Значит, она бывала у вас весной?

– Должно быть, она появилась не раньше апреля, когда я начал здесь работать. Повторите-ка ее имя.

– Паула.

– Нет, имя мне ничего не говорит, но лицо припоминаю. Видел ее не меньше пяти-шести раз. Она появлялась всегда поздним вечером. Мы закрываем в два, и обычно она приходила перед самым закрытием. В любом случае – после полуночи.

– Одна?

– Нет, конечно. Иначе я бы за ней приударил.

Он ухмыльнулся.

– Или хотя бы попытался. Но она всегда приходила с парнем. С одним и тем же? Думаю, да, но поручиться не могу. Я его особенно не рассматривал, а в последний раз видел их месяца два назад.

– Ее встречали неподалеку в середине июля.

– Это похоже на правду. Одной-двумя неделями раньше или позже. В последний вечер она пила подсоленный грейпфрутовый сок с водкой. Они оба его заказывали.

– А что она предпочитала?

– Всегда пила разное. Коктейль «маргаритка», водку с лимонным соком. Может, и что другое, но все в том же духе. Словом, легкие напитки. Он же – из пьющих виски. Лишь ради разнообразия заказывал «солт дог» – подсоленную смесь грейпфрутового сока с водкой. А почему же он это делал?..

– Наверное, было жарко?

– В самую точку, мой дорогой Ватсон.

Он опять ухмыльнулся.

– То ли из меня выйдет хороший сыщик, то ли из вас хороший бармен – ведь мы пришли к единому выводу на основании этого факта. Могу я предложить вам выпить по этому поводу?

– Мне коку.

Себе он накачал пива, а мне налил коки. Чуть отхлебнув, спросил, что случилось с Паулой. Я сказал, что она исчезла.

– Это случается, – вздохнул он.

Я поболтал с ним еще около десяти минут, и у меня появилось описание спутника Паулы. Он был примерно моего роста, может, чуть выше, с темными волосами, без бороды или усов. Ему около тридцати. Одевается небрежно, много времени проводит на воздухе.

– Словно восстанавливаю стертую из файла информацию – просто удивительно! – заметил бармен. – Всплывают детали, о которых даже не задумывался, и уж никак не думал, что я их запомнил. Меня беспокоит только одно: не нафантазировал ли я чего, чтобы вам угодить, сам того не подозревая.

– Иногда случается, – признался я.

– Так или иначе, это описание подойдет к половине мужиков из нашего квартала. А был ли он местным? Очень сомневаюсь.

– Ведь вы его видели пять или в шесть раз?

Он кивнул.

– Обратите внимание на время, когда они появлялись. Думаю, он встречал ее после работы, а может, она сама его поджидала. Кроме того, оба они могли работать в одном месте.

– А закончив работу, заскакивали сюда на рюмочку?

– Причем довольно часто.

– А она любила выпить, как вам показалось?

– Пил он, а она только поддерживала компанию, хотя тоже зря время не теряла. Ее выпивка сама собой не испарялась. Однако она никогда не напивалась. Как, впрочем, и он. Это говорит о том, что здесь они начинали вечер, а не заканчивали его.