Чтение онлайн

– Так я и подумал, что вы слишком молодо выглядите, чтобы быть его матерью.

Я улыбнулась:

– Его родители и сестры улетели несколько дней назад.

Я не могла отправиться вместе с Каллаханами, поскольку в государственной школе, где я преподавала, каникулы начинались несколькими днями позже, чем в частной, куда ходил Ти-Джей. Узнав об этом, Ти-Джей уговорил родителей позволить ему остаться на выходные в Чикаго и полететь потом со мной. Джейн Каллахан перезвонила мне с вопросом, устроит ли меня такой вариант.

– Его друг Бен устраивает вечеринку, и Ти-Джей очень хочет туда пойти. Уверены, что не возражаете?

– Нет, нисколько, – ответила я. – Как раз сможем лучше узнать друг друга.

Я встречалась с Ти-Джеем всего однажды, на собеседовании с его родителями. Должно пройти время, чтобы он привык ко мне. Так было всегда во время работы с новыми учениками, особенно с мальчиками-подростками.

В мои мысли вторгся голос Мика.

– И надолго вы сюда?

– На все лето. Каллаханы сняли дом на острове.

– Значит, с пацаном уже все в порядке?

– Да. Родители сказали, что одно время он был очень болен, но уже несколько месяцев в ремиссии.

– Неплохое местечко для работы на лето.

Я улыбнулась:

– Да уж получше библиотеки.

Некоторое время мы летели молча.

– А здесь правда тысяча двести островов? – спросила я. Пока что удалось насчитать только три или четыре, разбросанных по воде как гигантские кусочки пазла. Я ждала ответа. – Мик?

– А? О, да, плюс-минус парочка. Только двести из них необитаемы, но я надеюсь, что это изменится с ростом инфраструктуры. Здесь каждый месяц открывается новый отель или курорт. – Он усмехнулся. – Все хотят урвать кусочек рая.

Мик снова потер грудь, снял левую руку со штурвала и вытянул ее вперед. Я заметила, что его лицо исказилось от боли, а на лбу выступил пот.

– С вами все хорошо?

– Да, да. Никогда еще не было такой сильной изжоги. – Он положил в рот еще пару таблеток и смял пустую упаковку.

Я встревожилась.

– Хотите кому-нибудь сообщить? Я могу сделать вызов за вас, если покажете, как пользоваться рацией.

– Нет, со мной все будет в порядке, как только противокислотное подействует. – Пилот глубоко вдохнул и улыбнулся мне. – Но спасибо.

Некоторое время он выглядел нормально, но десять минут спустя снял со штурвала правую руку и потер левое плечо. По пухлой щеке побежала струйка пота. Дыхание было прерывистым, и он ерзал в кресле, словно пытаясь устроиться поудобнее. Моя тревога переросла в сущую панику.

Ти-Джей проснулся.

– Анна, – позвал он достаточно громко, чтобы я услышала, несмотря на рев турбин. Я повернулась. – Мы уже почти прилетели?

Я отстегнула ремень, прошла в салон и села рядом с Ти-Джеем. Не желая кричать, наклонилась к нему и сказала:

– Послушай, похоже, у Мика сердечный приступ. У него болит в груди, и он ужасно выглядит, но сам считает, что это изжога.

– Что-о? Вы серьезно?

Я кивнула.

– В прошлом году мой отец пережил обширный инфаркт, поэтому я знаю симптомы. Думаю, он боится признать, что происходит что-то не то.

– А мы? Мы можем продолжать полет?

– Не знаю.

Мы с Ти-Джеем подошли к пилоту. Мик прижал к груди оба кулака. Глаза были закрыты. Наушники перекосились, а лицо приобрело сероватый оттенок.

Я присела рядом с его креслом, дрожа от страха.

– Мик! – требовательным тоном позвала я. – Нужно вызвать помощь.

Он кивнул.

– Я сначала посажу самолет на воду, а потом один из вас возьмет рацию, – выдохнул он, с трудом выговаривая слова. – Наденьте спасательные жилеты. Они в отсеке для вещей у двери. Потом сядьте на места и пристегнитесь. – Он сморщился от боли. – Идите!

Мое сердце заухало в груди, и в кровь выплеснулся адреналин. Мы побежали к отсеку для вещей и начали рыться в упаковках.

– Зачем надевать спасательные жилеты, Анна? У самолета же есть поплавки, да?

«Потому что Мик боится не успеть приводниться».

– Не знаю, возможно, это стандартные меры безопасности. Мы же садимся посреди океана. – Я нашла несколько спасательных жилетов, всунутых между контейнером цилиндрической формы с надписью «СПАСАТЕЛЬНЫЙ ПЛОТ» и сложенными одеялами. – Вот, – сказала я, протягивая один Ти-Джею и надевая свой. Мы сели и пристегнули ремни. Мои руки так тряслись, что пристегнуться с первого раза не получилось.

– Если он потеряет сознание, мне нужно будет сразу же начать сердечно-легочную реанимацию. А тебе придется разбираться с рацией, Ти-Джей, хорошо?

Он кивнул с вытаращенными глазами.

– Я справлюсь.

Я вцепилась в подлокотники и выглянула в окно. Неспокойная зыбь океана приближалась. Но затем, вместо того, чтобы замедлиться, мы набрали скорость, спускаясь под крутым углом. Я глянула в переднюю часть самолета. Мик лежал на штурвале без движения. Я отстегнула ремень и, шатаясь, выбралась в проход.

– Анна! – закричал Ти-Джей. Край моей водолазки выскользнул из его пальцев.

Прежде чем я дошла до кабины пилота, Мик откинулся назад на кресле, по-прежнему сжимая штурвал, и его грудь сотряс мощный спазм. Нос самолета резко взмыл вверх, и мы зарылись в воду хвостом, прерывисто проскакав по волнам. Кончик крыла коснулся поверхности воды, и самолет перевернулся.

От толчка я упала как подкошенная, словно кто-то привязал к моим лодыжкам веревку и резко дернул за нее. Затем я услышала звон бьющегося стекла и пережила ощущение полета, за которым последовала жгучая боль, когда самолет развалился.