Чтение онлайн

Я пролистал последний тур чемпионата Италии, Роналдо опять получил травму колена, и не будет играть месяц. Жалко, Интер и так в последнее время мало выигрывает. Эрнан Креспо опять забил за Парму на последних минутах. Тоже ничего хорошего…

В прихожей зазвонил телефон.

— Мам, возьми трубку — крикнул я в направлении кухни.

Мама взяла трубку и сказала, что это меня. Я с неохотой поднялся с дивана и пошел в прихожую. Взял трубку, на другом конце сопел Муха.

— Здорово — сказал он.

— Здорово — сказал я.

— Че делаешь? — спросил он.

— Ничего не делаю, газету читаю — ответил я — А че?

— Да вот, предложение хотел одно озвучить — загадочно сказал Муха — Подумал, что тебе может быть интересно. Иван с Гвоздем вряд ли согласятся, конечно…

— Что там? — перебил я его — Давай уже не тяни кота за яйца.

— Ты же музыку слушаешь? — спросил он.

— Слушаю, конечно — сказал я — Не любую, но слушаю. А что такое?

— Ну, короче, мне тут Андрей позвонил из класса, сказал завтра вечером можно на концерт Многоточия сходить. Слышал группу такую?

— Слышал, конечно — сказал я — В последнее время я только их и слушаю.

Удивительно, но я действительно в последнее время только их и слушал.

— Так вот — сказал Муха — Они в Омск приезжают, прикинь.

— Да, в нашу дыру нечасто кто-то приезжает — заржал я — Ну давай сходим. А где они выступают?

— В Академии, рядом с СКК есть клуб такой, знаешь?

— Конечно, знаю — сказал я — Это там, где в прошлом году скины рэперов отоварили?

— Ну да, там — сказал Муха — Но в этот раз все нормально будет, не очкуй. Сейчас уже и скинов нормальных не осталось, всех менты повязали после того раза.

— Хорошо бы — сказал я — Ну ладно, я вообщем понял. А сколько билет стоит?

— Сто пятьдесят рэ — сказал Муха.

— Недешево — сказал я.

— Но и недорого — сказал Муха — У тебя что, заначек никаких не осталось?

— У меня их и не было — сказал я.

— Тогда у родаков попроси — сказал он — Скажи, культовая группа, в Омске еще десять лет такого не будет. Пообещай квартиру убирать две недели, придумай короче что-нибудь, не еби мозга. Такого шанса в натуре еще долго не будет. Это тебе не белые розы.

— И то правда — согласился я — Ладно, сто пятьдесят рублей я как-нибудь выкружу, остались еще навыки.

— Вот — вот — заржал Муха — Завтра в восемь часов начинается. Давай на остановке в семь встретимся, до центра ехать не пять минут все-таки.

— А ты знаешь, на каком автобусе туда точно ехать? — на всякий случай спросил я.

— Как-нибудь доедем, не ссы — успокоил Муха — Не в Москву ехать, в конце концов.

— Ага — сказал я — Ну ясно, в общем, тогда до завтра.

— Давай — сказал Муха — Постарайся лавэ достать.

Я нажал на рубильник, связь оборвалась. Повертел еще немного трубку в руках, подумал про сто пятьдесят рублей и положил трубку на телефон. Сто пятьдесят рублей — это нехило, мне в школу на обеды по тридцать дают. Неделя сбережений. Ладно, что-нибудь придумаю. Это же Многоточие, в конце концов.

Рэп я начал слушать достаточно давно. Еще в шестом или седьмом классе. Только полные лохи не смотрели первый клип Bad Balance по MTV. Я знал его наизусть. Вот вам моя политика, наша политика! — кричал я перед телевизором и выгибал три пальца на правой руке пистолетом. Я свободе-е-ен, как птица в ясном небе! Я лечу-у-у на голубой планете! — шептал я про себя, засыпая на общем с братом широком диване.

Первый альбом Децла я слушал в кассетном плейере будучи пионером седьмого отряда детского оздоровительного лагеря “Карбышев”. Вначале Децл был хорош, чего уж там. Задорные рифмы помноженные на широкие штаны. Это было действительно круто. Я хотел быть как Децл. Стоять на сцене с микрофоном, носить дреды и кепку с прямым козырьком. Танцевать брейк-данс. Особенно я хотел танцевать брейк-данс.

Однажды мама зашла в комнату как раз в тот момент, когда я пытался исполнить самый сложный элемент в брейк-дансе — встать на голову и покрутиться. Я только начинал раскручиваться и не видел маму. Она что-то сказала, я дернулся, не рассчитал равновесие и с грохотом упал спиной на угол дивана. Мама вскрикнула. Я выругался. Так прошло увлечение брейк-дансом.

После Децла я начал слушать всех подряд — Мистер Малой кричал про молодых, группа DA-108 из Питера рассказала мне про баскетбол, под “Ртуть” из Омска я целовался на школьной дискотеке и млел от счастья. Ночами я слушал мистические притчи группы “Злой Дух” из Казани. Суровые Пацаны из Ростова горевали про своих друзей из группировки “Песочные Люди”, которых никак не выпускали на свободу. Адвокат не пришел на суд, мудозвон…

К девятому классу я прослушал русский рэп вдоль и поперек.

Но Многоточие — это совсем другое. Это было реально. Не знаю, почему, но они цепляли. Жестко цепляли и сильно. Их текста я знал наизусть. Все остальные группы я слушал с удовольствием, а под Многоточие меня выворачивало. После пары треков становилось хорошо и страшно одновременно, я как будто отделялся от собственного тела и становился музыкой. Голоса были реальны, сюжеты — жизненны, буквы в словах оживали, шипели, ерзали и проникали глубоко в мозг. Эти парни читали про меня и для меня. Я их не слушал, я ими жил.

Сто пятьдесят рублей нашлись быстро. Сработал старый метод. Полтиннк из закромов. Еще один полтинник у папы с тумбочки, трицон из сумочки у мамы. Занял двадцать у брата и готово. Сто пятьдесят рублей как с куста. Вечером позвонил Мухе, подтвердил участие, он довольно пробурчал и быстро повесил трубку. Наверняка, опять в Диабло долбится.

Ночью я никак не мог заснуть, думал про концерт. Старый кассетник на сотый раз крутил альбом “Жизнь и Свобода”, а я пытался представить, как они выглядят, во что одеты. Кем нужно быть, чтобы сочинить такие текста?