Чтение онлайн

Решил выебнуться своим "Данхиллом". Надо сказать, Лэдди действительно не курил. И, что странно, я всегда презирала некурящих парней. Обычно это пафосные хлюпики или повернутые на здоровом образе жизни кретины, но Лэдди…Мой Лэдди…

–  Понимаю, вредно для здоровья, - типа прикололся Валера.

–  Дело не только в этом. Вы ведь бизнесмен?
– спокойно парировал атаку Лэдди.

–  В некотором роде…, - удивленно ответил Валера.

–  Судите сами. Легкие человека это уникальная машина, позволяющая вашим русским коллегам, при помощи английского слова "Данхилл", перерабатывать дешевый казахский табак в американские доллары. Не глупо ли платить на эту волшебную машину налог?
– Валера открыл, было, рот, но Лэдди не закончил, - какие у вас планы по переобустройству?

–  Стены надо сделать, - самодовольный ублюдок ухмыльнулся, - убрать всякие художества.

Он имел в виду жирафа, которого мы с Лэдди нарисовали на стене масляной краской. Мне было безумно жаль этого жирафа, а вот Валера, похоже, его просто ненавидел. Лэдди понял это по моим глазам.

–  Не советую. У этого жирафа странная история. Он отмечает то место, где в стену замурован труп беременной женщины. Стоит начать соскабливать краску, и он вывалится на пол, - лицо Валеры изменилось, - вам разве Марина не рассказывала?

Мы снова держались за руки, как в том старом сне. Я сделала серьезное лицо.

–  Валера, я не хотела тебя пугать, - объяснила я.

–  Это правда? А что если…- он не мог подобрать слов, бедняга.

–  Можно сейчас ее оттуда вытащить и выкинуть в мусоропровод, а потом ремонтируйте, как хотите, - Лэдди немного перестарался, надо было ему помочь.

–  Это вообще очень странная квартира, - я сохраняла, как могла серьезное лицо, - говорят, тут еще спрятана партия кокаина, прежние владельцы скоро выйдут из тюрьмы и вернуться ее забрать.

–  Так, мне надо позвонить, - похоже, мы сумели его напугать.

Валера ушел на кухню, там тоже был телефон.

–  Ты с ним встречаешься?
– теперь на Лэдди было жалко смотреть, следы длительного запоя и депрессии проступили через маску актера.

–  А ты угадай.

–  Замуж выходишь? Тут такая техника дорогая, кухню я уже видел. Я понимаю, ты должна жить хорошо, но… Марина…я, правда, люблю тебя больше жизни. Хотя… - он усмехнулся, - даже холодное пиво я люблю больше моей сраной жизни. Но мы вместе могли бы…быть счастливы, ты помнишь…

–  Не надо. Воспоминания это удел тех, чья жизнь закончилась. Мы еще им покажем, - слишком опрометчивое обещание, но я не могла сдержаться, - я не люблю Валеру, но он богат, очень богат, и хочет меня в жены. Но, знаешь, не думаю, что его модель жизни, да и он сам так уж мне подходит.

На последних словах Валера вернулся в комнату, я боковым зрением поймала его удивленное лицо. Постаралась не вздрогнуть и не изменить выражения.
– …тогда я взяла оранжевый джемпер, этот цвет больше идет к зеленому, классическое сочетание. А ты помнишь мои старые кеды? Вместе все смотрится очень стильно.

Удивленная гримаса сползла с лица Валеры, он решил, что ослышался. Лэдди глядел на меня с уважением.

–  Марина, мне по делам надо ехать…- ему не хотелось, что бы оставались с Лэдди вдвоем, но я уже все решила.

–  Мы посидим немного, удачно съездить.

Валера переоделся и ушел, а мы не знали, как поступить: сразу трахаться или еще поболтать. Точнее, просто сидели и смотрели друг на друга.

–  Будем заниматься любовью, и рассказывать новости одновременно, - Лэдди начал снимать с себя одежду.

–  От моих новостей у тебя пропадет эрекция, я хочу громко, во все горло стонать от счастья! Я люблю тебя!

–  Не разбуди беременную женщину в стене, - Лэдди уже залез под одеяло и принялся целовать мое тело.

–  А ты не сорвись на запрятанный здесь кокаин, - это было последнее, что я сказала.

Дальше мы занимались любовью с остервенением, вполне понятным после такой долгой разлуки. Именно любовью, поскольку только в сексе мы перестаем быть общественными животными и снова становимся людьми.

"Туда, где далеко…" (Лиля) Комната площадью около 16 метров. Разложенный диван. Простыня, две подушки, плед. Все не первой свежести. Стол, на нeм две литровые бутылки водки "Абсолют". Маслины в банке, нарезанные кусочки лимона, какая-то колбаса и сыр на тарелке. Прозрачный целлофановый пакетик с Е, кокс в маленьких пластиковых ампулках. Две горящие свечи. Пара тарелок. Две кружки, 2 рюмки. 5 роз в литровой банке. Рядом TV, по которому крутят очередной клип какой-то смазливенькой чиксы, а-ля Бритая или там Spice Gerlы какой. У нас праздник.

Мы вместе уже два года. Два года назад этот урод снял меня, словно дешевую блядь какую в ночном клубе, под звуки рейва. Мы трахались в туалете, обожравшись экстази.

Я ведь тогда только кругляшки кушала, ну и травку попыхивала. Это он уже на игле почти 5 лет. Он вроде начал вмазываться лет в 16-17. Помню, рассказывал, как деньги у родаков пиздил. А потом бежал за дозой. Тот день как сейчас помню, я была под экстази…два, три? Какая на хуй разница? Мое тело всe на пружинках было, всe извивалось под звуками драмма. Он подкатывает и говорит:

–  Какая милая кошечка, не хочешь повеселиться?

–  Моя кошечка в трусиках, ты еe не видел и не увидишь, ха-ха-ха, - ответила я, оценив, его по достоинству. Есть контакт.

–  Ух, ты какая, что не хочешь больше моих круглых друзей?
– подмигнул мне Кэп.

–  А у тебя есть? Давай, - я хотела…хотела всего.

–  Не все сразу, - улыбается Кэп.

Я чувствую, что потекла. Хочу экстази…хочу почувствовать его член в себе. Чувство всеобщего наполнения и кайфа…

–  Хочу, - шепчу я, жадно облизывая губы.