Чтение онлайн

Хит про себя выругался и подошел к ней вплотную.

— Хотите заставить меня почувствовать вину? — Он быстро вставил ключ, расстегнул наручники и убрал их в чехол на поясе. — Считаете, это честно?

— Честно абсолютно все, — откровенно ответила Мередит, потирая запястья. — На карту поставлено будущее моей дочери. Дэн вырос таким не сам по себе. Его воспитал Глен Календри. Сын вырос плоть от плоти отца. И я сделаю все, чтобы оградить Сэмми от такого родственника, как Глен. Буду лгать, красть. Все что угодно. Нечистая игра меня не остановит.

— Даже если потом меня уволят?

Мередит выдержала его взгляд.

— Да.

Неожиданно для себя Хит улыбнулся. Хотел откровенности, и он ее получил.

— Я на минуту выйду. Нужно позвонить.

— И оставите меня одну? — удивилась Мередит.

Хит остановился на пороге и ухмыльнулся:

— Вы никуда не денетесь. Одна, без дочери. А Сэмми в окружении моих людей.

Он вышел на улицу к телефону-автомату. «Глупо», — подумал он про себя. Но ему не хотелось, чтобы этот разговор кто-нибудь слышал, и особенно Мередит.

Хит давным-давно не звонил отцу, чтобы попросить о помощи. И когда опускал монету и набирал номер, весь сжался, готовясь к неизбежному тычку в зубы.

Отец всегда славился своей эгоцентричностью, но, к сожалению, Ян Мастерс был единственным известным Хиту юристом такого класса. Управляющий на семейном ранчо Скитер Поуп упоминал, что Ян проводил у них двухнедельный отпуск, и Хит молил Бога, чтобы отец еще не вернулся в Чикаго.

Трубку подняли после четвертого гудка.

— Мастерс слушает.

Хита неприятно укололо, когда он понял, что и сам отвечал точно так же. Меньше всего в жизни он хотел хотя бы в чем-то быть похожим на своего родителя.

— Папа, это я, Хит.

Долгое молчание. И наконец:

— Чему обязан такой честью?

Издевается, сукин сын! Хит стиснул зубы. Ничего, ради Сэмми и Мередит он потерпит.

— Мне нужен совет.

— Ты просишь совета? Интересное дело! За тридцать лет ни разу меня не послушал, а теперь хочешь, чтобы я тебе что-то посоветовал?

Хит чуть не швырнул трубку. Он бы так и сделал, если бы перед глазами не стоял образ смертельно бледной Мередит. Ради нее придется проглотить пилюлю унижения. Ладно, он готов получить сполна.

— Мне нужен юридический совет, а все, кого я знаю, тебе в подметки не годятся. Так ты поможешь или нет?

— Что ты натворил на этот раз?

Вопрос отца заставил шерифа улыбнуться. В представлении старшего Мастерса сын по-прежнему оставался девятнадцатилетним строптивцем.

— Можешь успокоиться. Влип не я. Я прошу за знакомую.

— И куда же она влипла?

Коротко и насколько возможно точно Хит пересказал суть дела.

— Как бы то ни было, я собираюсь взять и ее, и девочку под арест для обеспечения их безопасности.

— Боже мой, сын, взгляни на факты! Эта женщина разыскивается полицией. Обвинения против нее очень серьезны. Все, что она тебе наговорила, может быть сплошной ложью.

— Не думаю.

— Это не тебе решать. Если ее жизнь действительно под угрозой, пусть побеспокоятся об этом в Нью-Йорке.

— Если в деле замешаны криминальные тузы, она туда никогда не доедет. А если и доедет, они организуют убийство в тюрьме. Так случается сплошь и рядом. Эта женщина слишком много знает, чтобы ее оставили в живых.

— Не тебе об этом судить. И не тебе играть роль одновременно судьи и присяжных. Если ты попытаешься помочь ей, это будет глупейшим поступком в твоей жизни. Вопиющим пренебрежением закона, которое может погубить всю твою карьеру. Какое ты имеешь право брать ее под арест?

Насколько Хит помнил, отец ни в грош не ставил его карьеру.

— Никакого. Это мое решение.

— Решение, которое ты принимаешь, не изучив фактов. — Ян презрительно фыркнул. — Попробуй рассуждать трезво и спокойно: ты понятия не имеешь, во что еще втянута твоя Мерри Кэньон. Транспортировка наркотиков — это все, что ты знаешь. У тех двоих могли быть тысячи причин для убийства. Самое разумное — немедленно ее выдать. И если у тебя осталась хоть капля здравого смысла, ты не откладывая сделаешь необходимые звонки и запустишь процесс выдачи. Не забывай, есть такое понятие — «препятствование правосудию». Ты хочешь взять разыскиваемую под арест для обеспечения безопасности только на основании ее собственных слов? Покажи мне такого преступника, который признается в своих злодеяниях, и я тут же с тобой соглашусь. У них у всех наготове слезливая история.

Хит был вынужден признать, что отец прав, и, едва сдерживая раздражение, спросил:

— Значит, ты считаешь, если я ей помогу, моя карьера полетит в тартарары?

— И ты еще помотаешь срок. Похищение ребенка и труп в доме — дело нешуточное. Интересно, сколько времени ты продержишь их у себя? Нью-йоркские власти потребуют их выдачи и препровождения ребенка к законному опекуну. Что тогда? Пошлешь их к черту и увязнешь по уши? Хоть ты и шериф, но будешь считаться соучастником похищения ребенка, а может быть, и других преступлений, о которых сам ничего не знаешь. Ты этого хочешь? Получить срок?

— Нет. Конечно, нет.

— Возьми себя в руки и делай свою работу. Пару раз я сам оказывался в подобной ситуации и знаю, как берет за душу, когда хорошенькая женщина начинает играть на твоих чувствах. Но донкихоты в нашем мире всегда проигрывают. Стоит ли она того?

— Спасибо за совет, — вздохнул Хит.

— И что ты намерен делать?

— То, что обязан. Я знаю, ты прав. Но мне необходимо было услышать это от тебя.

Хит вошел в здание и сразу услышал детский плач. Элен пыталась успокоить безутешную Сэмми. Увидев шерифа, девочка соскочила с колен женщины-полицейского и бросилась к нему.