Чтение онлайн

* Высота Эребуса 3794 м.
– Прим. перев.

Примечательно, что вулкан произвел на исследователей меньшее впечатление, чем препятствие, ожидавшее их, когда они обогнули с севера гигантское подножие - вертикальный ледяной барьер высотой около 30 м, тянувшийся с запада на восток и преграждавший путь к полюсу. Впоследствии он получил наименование шельфового ледника Росса. Суда шли вдоль него более двухсот пятидесяти морских миль, то есть 450 км. Ежегодно от этой фантастической стены, представляющей здесь оконечность южного континента, откалываются гигантские глыбы льда, но бреши тут же заполняет колоссальный пресноводный ледник, спускающийся с гор, обступивших полюс в 1200 км дальше. Ледник спускается в море, причем погруженная часть занимает 400-500 м, а айсберги, которые он порождает, имеют поистине необъятные размеры - с Корсику, а то и в два-три раза больше.

Смельчаки с "Дисковери"

После того как "Эребус" и "Террор" покинули Антарктиду, минуло шестьдесят лет, прежде чем следующие суда проникли в море Росса к вулкану Эребус; это были британские пароходы "Южный Крест" в 1900 и "Дисковери" в 1902 гг. Команда "Южного Креста" провела первую зимовку на антарктическом континенте, выбрав место на мысе Адэр, юго-восточной оконечности Земли Адели, на 71o ю. ш. В 1902 г. "Дисковери" под командованием капитана Роберта Скотта бросил якорь в бухте, образованной узким 30-километровым мысом, вытянувшимся на юго-запад от подножия горы Эребус в залив Мак-Мердо. Хижина, в которой прошла эта самая высокоширотная зимовка (77o48' ю. ш.), была построена возле мыса, укрывавшего судно от северных ветров, место получило название Хат-Пойнт. Оттуда следующей весной Скотт, Шеклтон и Уилсон вышли в поход к полюсу.

30 декабря 1902 г. они достигли 82o12' ю. ш. Пятьдесят девять дней изнурительного труда потребовал этот рейд протяженностью 480 км. Они потеряли всех собак, не вынесших тягот пути, и сами впряглись в постромки. Путь назад, однако, занял у них вполовину меньше времени, поскольку груза стало значительно меньше, а попутный ветер дул в парус, который они приспособили к саням. Шестьдесят с лишним лет спустя был опубликован дневник Уилсона, врача и зоолога экспедиции. Сейчас он лежит передо мной. Насколько явствует из текста, обратный путь тоже был нелегок. Судите сами:

"Понедельник, 12 января 1902 г. В полдень капитан Скотт произвел визирование, установив, что мы находимся на 80o37' ю. ш. Таким образом, с полудня вчерашнего дня мы покрыли 7 миль (11 км)... С юга начала тянуть пурга, и все исчезло, даже солнце. За час продвигались всего на одну милю. В 3.30 пополудни остановились на дневку, решив дождаться просвета. Из восемнадцати взятых в путь собак остались всего две, да и те бегут рядом без постромков, до того они ослабли. Если погода позволит, мы сможем отыскать свой склад провианта. Он должен быть в нескольких часах отсюда, но при полном отсутствии видимости мы рискуем пройти мимо, есть также опасность попасть в зону трещин на леднике, ползущем к морю недалеко от нас. Палатка промокла и на нас каплет - из-за снега, и тумана температура необычно повысилась. Последние дни у Шеклтона одышка.

Вторник, 13 января. Встали в 5 утра. Вокруг по-прежнему сплошная вата, никакой видимости. Завтрак самый скудный, поскольку провизия на исходе, а нам предстоит еще отыскать свой склад. Это может занять несколько дней, если погода будет упорствовать. Выйдя в 8 утра, покрыли за три часа 7 км: помог попутный ветер. Тянуть сани среди сплошной белой мглы стоит большого труда. Останавливаемся на привал. Мы находимся так близко от склада, что можем проскочить, не заметив его. Час спустя туман чуть рассеялся и мы заметили в удалении менее 3 км поставленный нами флажок. За два часа прилежной тяги достигли его.

Среда, 14 января. Отрыли провизию, очистили мешки от налипшего льда, наполнили керосином примусы и запасные бидоны, заново разместили поклажу.

Шеклтон чувствует себя все хуже. Бросили все лишнее, чтобы уменьшить вес: запасную одежду и обувь, лампу, ремни, пару саней, пищу для собак, мешки, рукавицы, носки, брезентовые плащи, ледорубы, веревки и бог знает что еще. Разбор и упаковка оставшегося отняла восемь часов. Нагрузили двое саней, длиной 3 м каждые. Первые должны везти 236, вторые 288 фунтов (107 и 130 кг соответственно). Бросили лыжи и палки, оставили лишь один комплект на случай, если кому-то придется идти за помощью к кораблю или кто-то заболеет, ибо по этому снегу легче идти на лыжах, чем пешком.

Вечером выбросили 25 фунтов корма для собак, и я пристрелил двух оставшихся, потому что им не под силу добраться до корабля.

Осмотр, произведенный мной, не оставляет сомнений: налицо признаки цинги, пока что начальные, но очевидные. Со времени последней снежной бури Шеклтон не в форме. Сегодня ему явно хуже, одышка, безостановочный кашель, прочие симптомы. Дело серьезное: до судна еще 260 км.

Четверг, 15 января Шеклтон провел очень тяжелую ночь. Выступили в 8.30 и шли семь часов сквозь легкий туман. Видимость нулевая. Шеклтон, хотя и освобожденный от тяги, чувствует себя плохо. Втроем провалились в трещину, удержались на постромках и... собственных локтях.

Пятница, 16 января. Небо обложное, встречный холодный ветер. Шли восемь часов с часовым привалом на обед. Все трое то и дело наступали на покрытые настом трещины, к счастью узкие...

Суббота, 17 января. Нулевая видимость целый день. Восьмичасовой переход с часовой остановкой на еду. Все очень утомлены.

Воскресенье, 18 января Еще один день в непроглядном тумане... В рыхлом снегу невозможно различить даже собственные следы, беспрерывно спотыкаемся. После того как со склада взяли тюленье мясо, симптомы цинги идут на убыль.

Вторник, 20 января. Небо прояснилось, и в полдень в ослепительном свете перед нами предстала земля. Какая это радость - вновь ощутить солнечное тепло! В полдень капитан определил высоту: мы находимся на 79o45' ю. ш. После пятичасового марша поставили палатку. Я решил запечатлеть ландшафт вокруг нас*. Долго высидеть при температуре -14oС оказалось невозможно.

* Уилсон был не только врачом и зоологом, но и прекрасным художником.

Среда, 21 января. Свежий попутный ветер, между грозовыми тучами проглядывает солнце. Шеклтон хотел тянуть постромки с нами вместе, но мы посадили его на задние сани, чтобы тормозить палкой слишком резвый ход ветер вовсю раздувал парус. В течение дня покрыли 12 миль.

Четверг, 22 января. Дождавшись, когда немного утихнет пурга, выступили в путь. Сильный зюйд-вест сам нес парусные сани, так что нам оставалось лишь направлять их. Шеклтон следовал за нами на лыжах. В полдень - 79o 34' ю. ш. Мы на полпути между складами А и Б. За неделю рассчитываем достичь склада А. Отчаянно голодаем.

Пятница, 23 января. Хороший ветер. Пасмурно. Двигаемся очень прытко, Шеклтон с компасом идет на лыжах впереди, указывая направление. Сани едут без нашей помощи даже со свернутым парусом, мы лишь подправляем курс. Семь часов пути...