Чтение онлайн

– Когда ты еще зеленые сопли глотал, – я уже бушлат носил, – веско говаривал приятелям Женя Кильков, будучи в игривом настроении или с легкого бодуна. В этом образном выражении содержалась изрядная доля правды. В самом нежном школьном возрасте был он определен в «питонию» (Нахимовское училище), где продержался почти целый год. Был отчислен за многочисленные самоволки, но от флота, все-таки, не отвертелся, о чем свидетельствовал его нынешний капитан-лейтенантский статус. Евгений считал, что это роковое клеймо и семейное проклятье, поскольку и фамилия Кильков происходит от главной корабельной детали – киля. Детали важнейшей и лежащей в основании всего водоплавающего. Из отрывочных семейных хроник следовало, что фамилия началась с моряка, который за некую грубую провинность при антинародном кровавом царском режиме был подвергнут жестокой казни – протаскиванию под килем корабля. Предок умудрился выжить, обрести достойное прозвище КИЛЬКОВ и даже оставить его потомству. На кличку «килька» Женя отчаянно обижался и безрассудно лез в драку, отстаивая фамильную честь, никакого отношения к рыбной закуске не имеющую. С синяками и шишками он не расставался весь период взросления, что, естественно, способствовало закалке характера.

Женя был испытателем. Если при слове «испытатель» представляется крепкий детина с топорно-волевым взором и мужественным профилем, то это не о Килькове. Ведь он то испытывал не самолеты и батискафы, не ракеты и бэ-тэ-эры, а разную радиоэлектронную мелочевку, обильно насыщающую всякий корабль ВМФ.

Испытатель это судьба. Все началось с того, что уже подростком Женя начал испытывать любовь к морю и интерес к электричеству. Это довело его до военно-морского училища радиоэлектроники, к окончанию которого он обрел массу сомнений по поводу длительных морских прогулок и жуткий страх перед электропроводами. Испытывая, все еще, некоторые иллюзии по поводу воинского долга, он растерял их в процессе корабельной службы и, как моллюск на волнорезе, прицепился на берегу к одной занятной научно-испытательной лаборатории. Отсюда его периодически отправляли в многомесячные морские походы для корабельных испытаний антенных разветвителей, пеленгаторов, приемников-ответчиков и прочих облучателей. В промежутках между командировками он писал отчеты, отгуливал накопившиеся отпуска и просиживал штаны ежедневно до шести вечера на казенном стуле. Жизнь сложилась и медленно раскладывалась…

У Жени был автомобиль. Какой может быть машина у советского каплея? Разумеется – «копейка». Долгожданная и бережно хранимая. Собственно, ездить на ней Килькову почти не приходилось. Пропадая по полгода в морях на железной коробке, он начинал высоко ценить пешие прогулки и из всех средств передвижения предпочитал собственные ноги. Изредка откликаясь на настоятельные требования жены Ани, он выкатывал тачку на улицу и обеспечивал семейный выезд «на природу», которая начиналась километрах в трех от дома и простиралась почти до горизонта.

Самая большая польза от машины, по мнению Жени, была в том, что ее наличие обеспечивало членство в гаражном сообществе и дворовом клубе автолюбителей. Гаражи находились в десяти минутах ходьбы от дома в ближнем овраге. Там всегда можно было найти хорошую компанию и приятное общение за бутылочкой со скромной закуской и роскошной беседой обо всем сущем и вящем. Надо сказать, что с большинством соседей по гаражу приходилось встречаться и на казенной военной службе, но там они были безумно скучны, вялы и бесцветны. Гаражное окружение волшебным образом выявляло в них исключительно интересные и самобытные свойства характера, раскрывало таланты, знания и богатый жизненный опыт.

– Опять к своим алкоголикам в гараж собрался? – злилась Аня, замечая Женькину возню с инструментальным чемоданчиком, – Что ты там опять забыл? Занялся бы лучше с сыном арифметикой, что ли.

– Надо. – серьезно отвечал тот, застегивая комбинезон, – Буду сегодня распредвал регулировать. Зазоры выставлять. Специалист обещал помочь…

– Знаю я твоих специалистов. Явитесь втроем к полуночи и весь дом перебаламутите. Будете опять пиво в пустом холодильнике искать, дверкой хлопать, да распредвалами своими греметь.

***

Анна Килькова была современной женщиной и решила покончить с мужским монополизмом на семейных транспортных средствах. Опытные подруги, владеющие искусством автовождения, рассказывали о широте и многообразии мира, открывающегося за пределами пешеходных дорожек.

– Я хочу сама ездить на машине, – сказала она как-то за завтраком.

– Езди, – не возражал Евгений, – получай права и рули. Будешь меня с банкетов доставлять. Пьяненького.

– Хотя, какие у нас тут банкеты? – грустно продолжал он, не придав серьезного значения заявлению жены – Полбанки в сквере на скамейке…

После этого разговора Аня записалась на автокурсы при Доме офицеров и начала их исправно посещать, проявляя нарастающий интерес к предмету изучения.

– Вот смотри, – совала она Женьке под нос разрисованную карандашом бумажку, – я еду прямо, а ты здесь делаешь правый поворот под испорченный светофор. Кто имеет преимущество?

– Я, конечно, – отвечал тот уверенно.

– Почему это? У меня ведь главная дорога…

– А у меня права в кармане и гаишник знакомый.

Несколько раз Аня уговаривала Женьку уступить ей место за рулем на загородной дороге. Он садился рядом на правое кресло, дико вскрикивал при каждом маневре и искал ногами педали, продавливая коврик. При этом он комментировал ситуацию довольно резкими междометиями и откровенными высказываниями типа: «Дура! Куда тебя несет?!».

Все это вносило разнообразие и свежую струю в их семейную жизнь.

Инструктором на курсах был опытный отставник из автобата, но далеко не джентльмен.

– Баба за рулем, – безапелляционно утверждал он, – это противоестественно. Как бы я Вас не натаскивал, будьте готовы к тому, что на дороге матом обложат, путь отсекут и в окошко плюнут. Если Вас это не смущает, то… продолжим…

Подобные речи не вселяли бодрости и уверенности. Аня переживала, немного побаивалась, но не сдавалась.

Теорию она сдала на «отлично», а вождение зачли на троечку после пересдачи. Но ничто не смогло омрачить победного настроения в долгожданный день получения водительского удостоверения. Евгений, отпросившись на полдня с работы, доставил супругу к гаишному зданию на автомобиле, порулив по городу в пробках часа полтора, хотя напрямик можно было добраться туда пешком минут за пятнадцать. У окошка выдачи документов была огромная очередь, вследствие чего Анна отпустила мужа восвояси, обещая совершить автомобильный пробег до дома уже самостоятельно, имея на руках все ПРАВА с большой буквы. Женька немного поскандалил с ней, утверждая, что никакой бумажкой такой «чайник» не прикроешь, но смирился и отправился быстрым шагом домой. Пора было уже прибыть на службу, но его беспокоила одна мысль.

Во дворе около подъездов вдоль и поперек было понаставлено десятка два автомобилей, а напротив трансформаторной будки собралась почти вся компания товарищей по гаражу. Они живо обсуждали особенности зарубежного автомобилестроения на примере стоящего тут же синего «Форда» с приподнятым капотом и мятым бампером.

– Берегитесь! – издалека огорошил их Евгений, – Моя Анка права получила. Сейчас сюда на нашей «копейке» прикатит. Педали путает. Паркуется по звуку. Тормозит на скрежет. Ох! Как она всю эту автостоянку расхреначит!