Чтение онлайн

«Переплыть.» — мелькнула первая мысль. Гембра уже нагнулась было для прыжка, но тут же в ужасе отшатнулась. На поверхность тёмной гнилой воды всплыла ребристая спина крокодила. Мутная рябь взбила скупые блёстки и в других местах тусклой водной глади. Когда холодные тиски испуга отпустили сердце, девушка ещё раз осмотрела стены. Осторожно ступила она на узкий бордюр, опоясывающий стены водоёма. "Когда ты предчувствуешь какую-нибудь неприятность или тебе даже явно что-то грозит — перечеркни эту мыслеформу косым крестом и скажи про себя «Нет!» — вспомнились ей слова Сфагама, сказанные перед одним из занятий. «Так вот, значит, почему тебя ничего не берёт!» смеясь ответила она тогда.

— Это только кажется, что просто. Главное — это не бояться опасности и даже не желать избавиться от неё. Надо её просто перечеркнуть, отстранить от себя. В тех случаях, когда эту опасность ты заработал себе сам — это помогает.

— А разве бывает иначе?

— Бывает, что испытания посылаются высшими силами направленно. Тогда — дело другое.

«Я не упаду! Будьте вы прокляты! Не упаду!» — напористо говорила воля, привыкшая идти наперекор обстоятельствам. Но её голос будто тонул в вязком тёмном пространстве. Гембра глубоко вздохнула, стараясь очистить сознание, как её учил Сфагам…Вон та точка, примерно в одной четверти пути до конца… Неожиданный всплеск, тень в воде, резкая слабость в коленях, улетающая вверх чернеющая твердь потолка… Тяжёлые объятья грязной воды… Гембра ещё раз глубоко вздохнула. Решительный, но не от воли идущий косой крест перечеркнул видение. «Этого не будет. Просто не будет.» Прижавшись к стенке, Гембра стала мелкими шажками продвигаться вперёд, стараясь не смотреть вниз. Бордюр был не только холодным и узким, но и довольно скользким. Но к всплескам и шевелениям снизу Гембра было внутренне готова. В том самом месте холодный ком подступил к сердцу и движение замедлилось. «Ну и что?… Подумаешь…»

Негромкий плеск и бурая бесконечно длинная крокодилья морда вертикально вытянулась вверх из воды, на несколько мгновений застыла на уровне колен девушки и затем шумно плюхнулась обратно. Сама удивляясь своей выдержке, Гембра, переведя дух, двинулась дальше. Наконец проклятый бордюр кончился, но у подножья винтовой лестницы пришлось постоять ещё несколько минут в ожидании, пока уймётся дрожь.

Бой в коридоре продолжался. Хотя ещё пятеро гвардейцев перешли на сторону правителя, сторонников заговора было по прежнему больше. Однако коридор был недостаточно широк, чтобы они в полной мере использовать своё преимущество. К тому же на стороне правителя сражался Сфагам и это немало отражалось на соотношении сил. Едва ли не каждый его удар наносил урон неприятелю. Лишь выставленные вперёд три-четыре копья способны были блокировать его молниеносные манёвры. Сторонники Тамменмирта перешли к атаке, медленно тесня заговорщиков вдоль коридора. Правитель тоже хотел было взяться за меч, но его уговорили остаться в отвоёванном у противника кабинете. Рамилант руководил действиями своих подчинённых, надёжно укрывшись за из спинами.

Оставшись в кабинете, Тамменмирт не терял времени, превратив убежище в штаб. Сфагам слышал, как за его спиной правитель решительным голосом отдавал быстрые распоряжения. Верные стражники пропускали в кабинет слуг, чиновников, секретарей, писцов. Мелькали и пышные одежды жрецов. Изоляция была прорвана. Заговорщики теряли инициативу и драгоценное время. Нетрудно было догадаться, что скоро в дело вмешается городская армия. Но и у защитников правителя положение было нелёгким. Их оставалось всего шестеро и они вынуждены были перейти от атаки к активной обороне. Сфагам не получил в этом бою ни одной новой царапины, но старые раны давали о себе знать. Особенно беспокоило сломанное ребро и рана в боку. Усилием воли он подавлял приступы боли, но сила уходила через раны словно сквозь дыры. В бою на свободном пространстве он давно сделал бы решающий прорыв, но здесь приходилось отвечать лишь вялыми контратаками, которые, впрочем, не смотря ни на что, дорого обходились нападавшим. После очередной особенно отчаянной атаки, оставив на залитом кровью полу ещё четверых своих товарищей, заговорщики поняли, что решить главную задачу — захватить и убить правителя им не удастся. Бой складывался так, что даже постоянно появляющееся в дальнем конце коридора подкрепление не обещало быстрой победы. Это означало, что переворот сорвался окончательно и надо было теперь думать не о победе, а о спасении своих жизней. Под заслоном из копий Рамилант стал советоваться с группой офицеров.

— Эй, погоди! — крикнул он, выходя из-за заслона с раскрытыми ладонями. Мечи и копья с обеих сторон медленно опустились.

— Давай договоримся! — окликнул он Сфагама

— По новой?

— По новой.

— Говори.

— Мы могли бы вас задавить, но и нам здесь теперь делать нечего.

— Это точно.

— Мы хотим уйти из города, а чтобы нам никто не мешал — прихватим с собой твоего ученика. Отъедем немного от ворот, чтоб ваши не догнали и отпустим его. Скажи правителю, чтоб распорядился приготовить у ворот лошадей. Семнадцать…

— Сам скажи. Ему решать. Римпас, пригласи правителя для переговоров.

— Особо не спеши… — тихо добавил Сфагам. Раненый Римпас улыбнулся и заковылял назад по коридору, оборачиваясь и поглядывая, как Рамилант нервно теребит холёную бородку.

Винтовая лесенка, казалось, никогда не кончится. У Гембры едва не закружилась голова на её туго закрученных кольцах. Наконец, лестница выбросила её через люк на ровную ярко освещённую открытую площадку. На белом мраморном полу под сенью маленьких изящных парусных сводов, вознесённых на тонких высоких колоннах две служанки раскладывали и чистили ковры. «Прекрасно! Значит я опять на женской половине.» Гембра вынула из-за пояса небольшой кинжал, подобранный ей где-то на полу ещё во время беспорядочной беготни по дворцу.

— Какой это этаж? — спросила она у онемевших от удивления служанок.

— Третий.

— Так… А где твоя госпожа?

— Она пошла на балкон успокаивать народ.

— А где у нас балкон?

— Там… — Не приходя в себя от страха и удивления, служанка показала на ведущую вниз галерею, — вниз по лестнице налево и прямо через нефритовый портик. Оттуда налево — и прямо на балкон.

Гембра на секунду задумалась.

— Ну-ка, подруга, одолжи-ка мне свой мундирчик. Не бойсь. На время. Давай, шевелись, чего рот открыла?

Служанка нерешительно сняла свою длинную сине-жёлтую накидку, какую носили все служанки на женской половине.

Гембра накинула трофей.

— Во, и это тоже! — она пристроила на голову широкую красную повязку.

— Здорово! В служанки, что ль податься?

— Ты знаешь, что тебе за это будет? — в страхе спросила полураздетая служанка.

— А мне сегодня терять нечего! А уж если повесят, то без твоего тряпья. В случае чего, сама подойдёшь и снимешь, если дотянешься. Ага?… Ну ладно… некогда мне! Там, говоришь, балкон? Ну будь здорова!

В галереях и на лестницах было полно стражников и не догадайся Гембра переодеться служанкой, её вторая вылазка закончилась бы столь же быстро. Но теперь ей удалось благополучно добраться почти до самого балкона. Она уже видела спину Аланкоры, что-то кричащей в толпу и слышала несущийся в ответ нестройный гул.

— Стой, куда? — двое стражников, охранявших вход на балкон преградили ей дорогу.

— Она забыла… Я ей должна передать… Очень важные сообщения. Оттуда… — она кивнула в сторону.

Стражники многозначительно переглянулись.

— Оттуда. Там… Ну сами знаете… Очень важно. Как раз вот сейчас… для народа…

— А чего?…-стражник критически осмотрел Гембру, остановив взгляд на её босых ногах.

— Спешила… Срочно ведь. А там вообще…

— Ладно, давай. Но не отвлекай особо.

Гембра проскользнула на балкон.

— …Я тоже сожалею, о том, что Тамменмирт больше не будет править нашим городом… — витийствовала Аланкора.

— Привет! — шепнула Гембра, став за спиной правительницы и приставив остриё кинжала ей под лопатку.