Чтение онлайн

Их дом был на другой стороне проспекта. Когда он вышел из универсама, увидел, что во всех трех окнах горит свет. Значит, они дома. Лучше бы она пришла попозже. Ему хотелось начать готовить без нее. А собственно, что готовить? Только мясо. Остальное - порезать и поставить на стол.

Было очень скользко. Он осторожно ступал и бережно нес сумку. Самой большой глупостью было бы уронить ее сейчас и разбить бутылки. Открыв дверь в квартиру, он облегченно вздохнул. Все цело. Все идет по плану.

Дочка увлеченно играла в одной комнате, жена была в другой. Он ждал, что она выглянет, но она была чем-то занята. Холодильник стоял в прихожей. Почти пустой. Он поставил бутылки, уложил вниз фрукты, распихал по полочкам остальные деликатесы. Осталось мясо и конфеты. Их он понес на кухню. Стол накрыть, если она ему поможет, - полчаса. Полчаса удовольствия. Главное приготовить мясо. Через час все было мелко нарезано, перемешано с луком, залито свиным жиром. Латка стояла на огне. Время от времени он поднимал крышку и нюхал аромат. Было восемь часов вечера.

И в этот момент он вдруг ощутил себя полководцем, который наступает, а противника перед ним нет. Где-то план давал сбой.

Наконец прибежала дочка.

– Папочка, я хочу есть.

Он дал ей бутерброд с колбасой и две конфеты "Каракум".

– Мамочка, - побежала она в комнату, - смотри, какие мне папа дал конфетки!

– Ну надо же, - услышал он ехидный голос, - конфетку папа дал. В Новый год дал конфетку! Это надо записать.

Он закурил. В голове лихорадочно прыгали мысли. Ясно, накрывать на стол она ему помогать не будет. Да и сам Новый год повисал в воздухе. Может, надо подойти к ней, рассказать про книжки, она должна понять, чем он пожертвовал. А потом подвести ее к полному холодильнику. Но он не сдвинулся с места. И понимал, что не сдвинется. Они, наверное, разучились говорить друг с другом.

Он услышал, как она вышла в прихожую, и понял, что она крутится перед зеркалом. Было десять часов. Она стала одеваться и собирать дочку. Он понял, что она сейчас уйдет... Все зря. Самые хорошие книги продал зря. Весь день бегал зря. У плиты возился зря.

Она заглянула в кухню.

– А ты что сидишь? Ты что, сегодня никуда не идешь? Странно...

– А зачем мне куда-то идти?
– сказал он, стараясь говорить ровно и спокойно.
– У меня есть семья.

– Семья!
– Она зло усмехнулась.
– Поздно же ты вспомнил, что у тебя есть семья.

Он не выходил из кухни, слушал, как она одевает дочку в прихожей и как дочка спрашивала:

– А куда мы идем?

– К тете Гале.

Ждал, что дочка скажет: "Давай возьмем папочку" или спросит: "А папочка с нами пойдет?"

Но дочка не сказала и не спросила.

Когда хлопнула входная дверь, он вышел в прихожую и поразился тишине и пустоте в квартире. Никакого чувства к ней уже не было. Наоборот, подымалась тяжелая злоба. Он подумал, что если она что-нибудь забыла и сейчас вернется, может случиться страшное. Как мужья убивают своих жен? Да вот так и убивают. Может, напиться? Он представил, как он один в пустой квартире из стакана глотает бренди. А зачем? Какой в этом смысл? Сварил чифир и улегся с книгой смотреть телевизор. Ближе к двенадцати начал звонить телефон.

Первым позвонил брат отца, поздравил с Новым годом. С ним надо было разговаривать осторожно. Стоило дядьке узнать, что в семье племянника что-то опять не в порядке, как он тут же с нескрываемым удовлетворением сокрушенно восклицал:

– Ну вот видишь!

На вопрос, есть ли у них гости, ответил:

– Восемнадцать человек!
– Врубил телевизор на полную громкость и сказал: Слышите, как орут?

Дядька сразу сник.

Потом один за другим позвонили два бывших одноклассника. С ними разговаривать было легче. Оба были пьяны. Подумал, что надо бы поздравить мать, но старушка, наверное, давно спала, да и знает ли она, что сегодня Новый год? Надо было сегодня поехать к ней. Два раза звонили жене. Оба раза он деревянным голосом отвечал:

– Ее нет дома.

Телефон зазвонил еще раз. Он снял трубку и сказал:

– Алло.

В трубке молчали.

Он вдруг заорал:

– Не молчи, гад!

В трубке мгновенно раздались гудки. Он отключил телефон. В час ночи стали шуметь на лестничной площадке. Разгулявшемуся соседу стала тесна квартира. Хорошо, что был выключен свет в прихожей, а то сосед посмотрел бы в глазок и сообразил, что дома кто-то есть. Он выключил телевизор. В дверь звонили минут десять, соседу не хватало собутыльника.

Он затаился в собственной квартире. Выключил свет и улегся под одеяло. Вспоминал ее ехидный голос и думал, что сейчас, когда он уперся взглядом в потолок, она там, в компании, с кем-то разговаривает, и ее голос звучит так, как звучал когда-то - для него... И что там делает дочка? Может, она знакомит дочку с кем-то? Его дочку... Так можно свихнуться. Как положить этому конец? Но что-то делать надо.

Потом он слышал веселые крики под окном. Пытался читать. Но не мог.

В четыре утра он услышал щелканье замка входной двери. Сразу выключил настольную лампу и притворился спящим.

Она легла в другой комнате, а дочку уложила рядом с ним, на вторую кровать. И он, оттого, что она с дочкой дома, сразу заснул.

Она проспала весь день. Он проснулся в час. Скоро проснулась дочка. Он подмигнул ей.

"Ну, где вы были вчера?" - "В гостях".
– "А кто там был?" - "Там были дяди и тети".
– "А что они делали?" - "Они пили и ели".
– "А мамочка что делала?" "Тоже пила и ела".
– "Значит, было весело?" - "Очень. А потом мамочка сказала, что надо идти домой".

А вечером он услышал, что она опять стала куда-то собираться. Потом хлопнула дверь холодильника, и он услышал звяканье бутылок. Он вышел в коридор. Она уже была в пальто и укладывала в сумку бутылки, которые он вчера купил. Услышав, что он идет, она обернулась. На лице у нее появилась извиняющаяся улыбка. Он наклонился над сумкой и вытащил бутылки. Она попыталась вырвать их у него из рук, но он толкнул ее так, что она упала на пол и спиной захлопнула холодильник. А он зашел в ванную и одну за другой, следя, чтобы осколки не попали в отверстие для стока воды, разбил бутылки. И всё: белое и красное вино, которые хороши вместе на столе, венгерское шампанское, бренди, который он собирался закусывать лимоном, потекли ручьем и перемешались в канализации.