Надежда
Шрифт:
– Молчать, – приказал он, когда флайер пошел на посадку перед гостиницей. – Тихо. Не слушай ничего, никому не отвечай. Как глухонемая. Понятно?
– За…п-п…
Надежда осеклась в прямом смысле слова – крепкая мужская ладонь запечатала ей рот. Флайер завис возле площадки для наземного транспорта, распахнулись дверцы. Рядом принимал на борт пассажиров другой такой же летучий кораблик, третий заходил на посадку на соседнюю площадку, откуда махали руками. Женщину вытолкнули из салона. Пока она озиралась по сторонам, мужчина расплатился, схватил ее за запястье и потащил ко входу. Не дав осмотреться на этаже, впихнул в лифт и также чуть ли не бегом добрался до своего номера.
Тот был одноместный, и первое, что бросилось Надежде в глаза, была кровать. А еще – что за окном сгущались сумерки. Небо – судя по всему, они находились этаже на тридцатом – уже засинело, огни большого города стали ярче. Из окна можно было в полной мере оценить размеры мегаполиса, но ей сейчас было не до этого. Мысли текли в одном направлении. Вечер. Одноместный номер. Кровать. Она наедине с человеком, который полчаса назад купил ее, как вещь. Он очень спешил, запер дверь и оттолкнул ее подальше от окна. К кровати. Вот сейчас схватит, опрокинет на постель, навалится и…
Изнасилует? Нет, вряд ли. Для насильника он что-то больно медлителен. Прислушивается к голосам в коридоре, косится на окно. Неужели боится, что его жертва способна покончить с собой, спрыгнув с подоконника?
А потом мужчина посмотрел на женщину, и та поняла, что насилие откладывается.
– Молчи, – сказал он. – Никому не говори, что ты с Земли.
– Почему?
– Нельзя. Опасно.
– Понимаю, – Надежда припомнила все, что с нею случилось. – Меня… нас похитили… пираты… работорговцы.
Рой кивнул. Для жительницы изолированного мира она удивительно быстро все схватывает. Но так и должно быть – ведь земляне же не дикари. По традиции Союзом Двадцати Миров всегда управляет выходец с Земли. Как происходят выборы, Рой не знал.
– Значит, меня ищут?
Рой кивнул, злясь на себя. Ситуация выходила из-под контроля. С обычной рабыней, захваченной теми же пиратами на круизном лайнере или обманом вывезенной из какой-нибудь дикой планеты, он бы так себя не вел. И она вела бы себя по-другому. Дрожала от страха, билась в истерике, угрожала судом – мол, как только у меня на родине узнают, где я, кое-кому не поздоровится. А эта… молчит, обдумывает что-то. И спокойна. Слишком спокойна.
– Завтра отлет, – сказал он. – Посадочный жетон уже есть. Грузовой тоже.
– Грузовой?
Помедлив, она кивнула. Грузовой. Ну да, конечно. Она ведь вещь, принадлежащая этому человеку. Вещи по традиции сдают в багаж. Только вот как бы ему намекнуть, что такие хрупкие вещи, как человеческий организм, нуждаются в пище, воде и…м-м… остальном?
Послышался переливчатый звон, после чего механический голос сообщил, что к ним посетитель.
– Молчи, – последний раз повторил Рой и открыл дверь.
За порогом обнаружился незнакомец средних лет, с острыми, какими-то чужими, иномирными чертами лица, одетый в обтягивающую форму, которая весьма выгодно подчеркивала его торс. Зато ниже пояса все было довольно мешковатым, напоминая шаровары запорожских казаков. В складках его, мягко говоря, штанов можно было при желании спрятать не только автомат и казацкую шашку, но и лишнюю пару конечностей.
– Явился! – воскликнул он, проходя в комнату Роя. – А я думал, успеешь или не успеешь! Знаешь, что регистрация начинается в семь утра? И на место надо прибыть не позднее, чем за два часа до старта, чтобы погрузиться на челнок и упаковать груз… Я тебя знаю. Тебя всему надо учить и контролировать. Кстати… О, – не обращая внимания на выражение лица хозяина номера, гость шагнул к Надежде, заулыбался как-то по-другому. – Все-таки купил! Небось, бракованная? С рук брал или…
– Я взял, – буркнул Рой.
– Что? Сертификат о прививках? Так его подделать – раз плюнуть. Это и я могу тебе на местном ноуте склепать за полчаса… А паспорт? А разрешение на вывоз товара? А накладные? На свои запчасти и комбикорм, небось, все оформил, а про это забыл?
Рой молчал, глядя исподлобья. Надежда молчала тоже, посматривая на этих двоих. Гость ей чем-то не нравился. Нет, не лицом – оно не было некрасивым, оно было просто чужим – и тем более не манерами. Но Рой в его присутствии как-то стушевался, ссутулился и на глазах преобразился в тупого громилу – или необразованного мужлана. Местное начальство? Похоже на то. Ее бывший начальник цеха иногда вел себя также с ее подчиненными, порой нарочно не обращая внимания на нее, мастера участка.
– Я… взял. Все взял, – ответил Рой.
– Уверен? И с таможней все уладил?
Не уладил, – поняла Надежда по тому, как напряглись скулы Роя. Заметил это и его собеседник.
– Что? Неужели не выправил ей право на выезд? Рой, ты как будто вчера родился! Эх, придется мне за тебя хлопотать! Твое счастье, что у меня есть необходимые полномочия…
– Спасибо. Я это… ну… не знаю, как вас…
– Благодарить? – посетитель подмигнул. – Чего проще! Уступи ее на часок. Она у тебя красивая…
Взгляд, которым он окинул Надежду, досказал остальное. Женщина замерла. Неужели согласится?
– Это… ну я… того, – Рой смотрел в пол, чем-то неуловимо напоминая гастарбайтера из сельской глубинки, приехавшего в город на заработки и первый раз столкнувшегося со столичными порядками. – Не могу. Вот.
– Почему? Она же…
– Она не моя.
Надежда невольно прикусила губу. Она ждала всего, но только не этого. Выходит, Рой не ее хозяин? Он просто закупщик, поставщик товара…для кого?
– Ишь ты, частный собственник! Забыл, что я мог бы сделать?
– Нет. Знаю, но это… у меня вот есть… здесь…
Рой крутанул приборчик на запястье, что-то там нажал – и в воздухе перед лицом гостя развернулся экранчик с какими-то знаками и символами. Мужчина присвистнул:
– Ну, ты и ловок… Только смотри у меня! Вернемся домой…
Не договорив, направился к дверям и уже с порога, как ни в чем не бывало, бросил:
– Откуда она хоть взялась?
– Вангея, – буркнул Рой.