Шрифт:
Пролог
Я стояла перед отцовским кабинетом и глубоко дышала на счет. Мне не верилось, что спустя три месяца мне наконец-то дадут задание. А все случилось из-за инцидента, в котором я даже виноватой-то не была. В одной некрасивой перестрелке погиб мой друг детства и товарищ по большинству миссий. На свою дурную голову он словил шальную пулю в предплечье, и как обычно только отмахнулся от этого, и не пошел в больницу. И вот через неделю мы его хоронили. Заражение крови сильнодействующим, но медленным ядом.
Горькая улыбка тронула мое лицо. Друга было жалко, но это лишний раз доказало всем, что наша профессия не простая, а очень даже опасная и кровожадная. Любая рана может понести за собой смерть, даже шальная царапина от пули. Медленно прикрываю глаза, и начинаю дышать на счет. Стоит успокоиться перед тем, как показываться на глаза отцу.
А то еще решит, что я не готова к новому заданию, и меня стоит вновь запереть в комнате для успокоения нервов и приведения в чувство душевного равновесия. А становиться домашней арестанткой меня не радовало. Почему-то все были свято уверены, что мы с ним были парочкой, и теперь утешали меня направо и налево, даже те, кого я в глаза до этого не видела.
Такое отношение неимоверно бесило и раздражало, и хотелось побыстрее сбежать от этих слезливых взглядов, и заломанных в трагичном жесте руках. Вот только пока отец не даст мне задание, покидать родовое имение я не могла. От этой картины становилось тошно и противно.
Вздохнув, тряхнула головой, и уверенно постучала в тяжелую дубовую дверь отцовского кабинета, который на протяжении шести столетий служил главам моей семьи. И по наследству перейдет мне, как только батюшка соберется на покой. По традиции, конечно, отойти он должен моему мужу, но решаться на такой глупый шаг я не собиралась.
Никогда не понимала всей этой суеты вокруг белого платья и медленного прохода в церкви на глазах гостей, которые пришли на халяву пожрать и напиться до беспамятства. Мамуля до сих пор плюется и огрызается на отца, вспоминая их свадьбу. Еще бы, пара миллионов семейного бюджета улетели в трубу, а в результате, матушка помнит только изорванное свадебное платье и перестрелку с мордобоем до самого рассвета. Еще и сгоревший ресторан претензии потом выставил.
— Добрый день, — я осторожно проскользнула в комнату, прикрывая за собой дверь.
— А, милая, проходи, — отец оторвался от документов.
— Что-то случилось? — я бесшумно двигалась по паркету к столу.
— Ничего серьезного, малышка, — отмахнулся от меня родитель.
— Тогда для чего вы меня вызвали? — вздернула темную бровь, копируя его любимый жест.
— У меня для тебя новости, солнышко мое дорогое, — добродушно улыбнулся хладнокровный убийца, которого опасался весь белый свет.
— Какие, батюшка? — я осторожно присела на краешек обманчиво твердого кресла.
— Тебе стоит отдохнуть подальше отсюда, — начал говорить мой старик.
— О, я полностью согласна, — улыбнулась во все тридцать два зуба.
— Я рад, что ты согласна, дитя мое, — суровое лицо тронула полуулыбка.
— На какое же задание ты меня посылаешь? — в моих глазах вспыхнул огонек интереса.
— Что ты, доченька, — отец хитро прищурился, — никакой работы.
— Что? — резко подскочила, едва не запнувшись о длинный ворс ковра.
— Я для тебя приготовил идеальный отпуск, — отец засверкал зубами, — тебе понравится.
— Какой еще отпуск? — позволила себе некрасиво взвизгнуть.
— Обычный, — пожал собеседник плечами, — который положен каждому раз в полгода.
— Папа, — оперлась я об отполированную столешницу, — меня и так три месяца держат в этих стенах из-за нелепой смерти моего друга детства. Нет у меня никакой травмы. Поймите вы уже, нет у меня никаких чувств к нему, и не было никогда!
— Успокойся, милая, — отмахнулся от меня отец, — отпуск тебе не помешает. Заодно и развлечешься. Ты же молодая девушка, а живешь словно монахиня.
— О чем ты? — покраснела я до корней волос на пятой точке.
— Я записал тебя на отбор невест, — с довольным лицом сообщил отец.
— Чего? — я воздухом подавилась от таких новостей.
— Принц Гекторс ищет себе претендентку на роль будущей жены, — папаня задорно подкрутил темный ус, — и одной из них станешь ты.
— Папуль, — осторожно протянула, — вы опять с Алауди накурились?
— Дочка, — грозно рыкнули на меня, — ничего мы не курили и не пили. Я серьезно считаю, что тебе самое место развеяться на отборе невест.
— Да кто меня туда возьмет, — взвыла в голос на одной высокой ноте, — я родилась наемницей, живу наемницей, и сдохну я только от шальной пули или проклятия, но никак не в окружении внуков на роскошной перине королевского дворца.
— Ой, главное туда попади, — усмехнулся батюшка, — а там я подумаю, стоит ли тебя вообще до работы допускать. Так что бери ножки в ручки, и бегом получать все тридцать три удовольствия в королевском дворце.
— Кто меня туда запишет? — исподлобья посмотрела я на дражайшего родителя.
— Секретарь мне должен был, — папа даже не смутился, — так что ты уже записана.
— Я не хочу в отпуск, — серьезно посмотрела на него, — я на работу хочу.
— Вот отдохнешь и выйдешь, — папа опустил глаза на документы, — а теперь свободна.
— Но … — закончить фразу мне не дал взмах руки.
— Я все сказал, — уверенно и сурово заявил мне уже не отец, а глава наемников.
— Прости, — и мне не оставалось ничего кроме, как развернувшись на пятках, покинуть кабинет.
Такого я не могла представить даже в самом страшном сне. Отпуск на отборе королевских невест. Господи боже, прибейте меня кто-нибудь, чтобы не мучилась. Но против отца не пойдешь, а значит на отбор он прикажет тащить меня даже силой.