Чтение онлайн

«А мужчина интересный». Одарив Сергея многообещающим взглядом, она стала прощаться:

– К сожалению, мне пора. Вы интересный собеседник, и я бы с удовольствием поболтала с вами еще, но, – огорченно вздохнув, Фаина посмотрела на часы, – делу время, а потехе час.

Вспомнив свой разговор с Боярином и его твердое правило, она неожиданно рассмеялась:

– Извините, – женщина посмотрела на Сергея веселыми глазами. – Просто вспомнила кое-что и не могла удержаться.

– Если красивая женщина весело смеется, значит, в мире все прекрасно, – процитировал Серов чью-то мудрость.

– Вы к тому же философ, – заметила блондинка и протянула крепкую красивую руку. – Давайте прощаться.

– С надеждой на скорую встречу, – мягко держа ее пальцы, улыбнулся Сергей, и тут же с явным огорчением воскликнул: – Надо же! Я забыл, и вы тоже!

– Что я забыла? – не поняла Змея.

– Представиться, – засмеялся Ковбой.

– Вы правы, – невольно поддаваясь его веселью, улыбнулась Касымова и назвала свое имя:

– Фаина.

– Сергей, – ответил Серов, легко пожимая ее руку. На какое-то мгновение их руки замерли.

– Мне действительно пора, – тихо проговорила женщина. Серов с явной неохотой выпустил ее руку.

– До свидания, – негромко попрощался он. В его тоне слышалась какая-то недоговоренность, намек. Фаина услышала это и, поняв чисто по-женски, еще раз тепло попрощалась с Сергеем и, игнорируя частные такси, пошла к подъехавшему государственному. Чуть приотстав, за ней шли парни.

– Мы обязательно встретимся, – криво улыбнулся Серов, провожая взглядом стройную фигуру блондинки. Проследив, как она со своими спутниками села в машину, Сергей быстро пошел к зданию аэропорта.

Нурия поднялась на третий этаж и остановилась перед дверью с номером сорок один. Внимательно прислушалась. Затем большим пальцем правой руки нажала на кнопку звонка.

– Кто там? – почти сразу отозвался приятный женский голос.

– Мне необходимо поговорить с Марией. Она дома? Услышав щелчок отпираемого замка, женщина сделала шаг назад. Дверь открылась. Невысокая, совершенно седая женщина с внимательными и немного испуганными глазами, посмотрев на Нурию, тихо ответила:

– Маши нет. Если вы желаете что-то сообщить ей, напишите. Я обязательно передам.

– Я просто хотела поболтать, – смущенно улыбнулась брюнетка. – Извините меня. Понимаете, в Магадане я буду несколько дней и хотела бы увидеть Машу, – Нурия неожиданно весело улыбнулась: – Валентина Николаевна, вы не узнали меня?

Седая женщина, достав из кармана очки, внимательно посмотрела на стоявшую перед ней женщину.

– Нурия! – изумленно проговорила она. – Алферова.

– Да, – смеясь, подтвердила брюнетка.

– Заходи скорее, – пригласила седая. – И прости меня. Совсем знакомых узнавать перестала.

Серов внимательно изучал номера подъезжавших такси.

Нужно было узнать, куда ездила Нурия. Разговаривать с шоферской братией Ковбой умел.

«Сейчас к Валентине Николаевне. Узнать, где Машка. В Магадане ее, конечно, нет. А впрочем, стоит ли искать Маркизу? – размышляла Фаина. – Скорее всего нет. Вдруг у Шакала все получилось. Но все равно! Узнать, где Машка, не помешает. Подожди, – опомнилась Змея. – Про эту шлюху-то я и забыла! Куда она поехала? – попыталась угадать она. – Прилетела Нурия одна. Этот романтик, конечно же, не с ней, в этом я убедилась. В аэропорту ее никто не встречал. Но без сопровождения Петрович ее не отправит, это ясно. Значит, ее кто-то ждет в Магадане. А может, она тоже решила навестить Машкину мать? Ведь они знакомы. Еще когда Нелли была жива, она несколько раз посылала Нурию к Машке за мехами. Какая же я дура! – укорила себя Фаина. – Номер такси, на котором уехала эта стерва, я не запомнила! Нужно найти таксиста и узнать, куда он ее отвез».

– Остановите машину! – громко попросила женщина, дотронувшись до плеча шофера.

– Зачем? – шофер испуганно посмотрел на нее в зеркальце.

– Останови тачку! – требовательно бросил сидевший рядом с водителем рослый парень.

– Заткнись, – строго осадила его Фаина и примиряюще посмотрела в зеркальце. – Ради Бога, извините, но нам нужно выйти именно здесь. Вот возьмите, – она протянула водителю деньги.

– Тут много, – остановив машину, тот повернулся к женщине.

– Сейчас все дорого, – вздохнула Змея и со смехом добавила: – И поэтому чем больше денег, тем лучше.

– Ты мне в прошлый раз рассказывала, что ушла с пятого курса института. – Наливая в чашки чай, Валентина Николаевна посмотрела на Нурию. – Я все хотела спросить: почему?

Чтобы оттянуть время и придумать ответ, Алферова поднесла чашку с чаем ко рту. Еще на третьем курсе она начала зарабатывать деньги своим красивым телом. Этому ее научила мать, проститутка с большим стажем. Она и поставляла дочери клиентов. Но Нурия училась в медицинском. Именно поэтому немногие мужчины могли похвастаться, что овладели ею, как женщиной. Для «гостя-клиента» у нее всегда находилась бутылка шампанского или другого хорошего вина. Достаточно было выпить рюмку предложенного девушкой напитка, и клиент почти мгновенно засыпал крепким сном. После чего Нурия, поменяв бутылки, раздевала мужчину, раздевалась сама и ложилась рядом с храпящим кавалером. Утром, просыпаясь по звонку будильника, чтобы не опоздать на занятия, она с великим трудом будила клиента. Когда тот просыпался и начинал понимать, где он и что с ним, девушка, нахваливая его, мужские достоинства, благодарила за прекрасный и дорогой подарок. С больной головой и изрядно похудевшим кошельком «половой гигант» торопливо уходил от назойливой и страстной Нурии, которая снова начинала «соблазнять» его. И не было случая, чтобы кто-то из этих командированных, как правило, должностных лиц снова приходил в ее небольшую, уютную комнату. Мать знала, каких клиентов поставлять.

Нурия была плодом «работы» своей матери и ничего, знала о своем отце. Собственно, ее это и не интересовало. Она часто спрашивала мать о своем странном, по ее мнению, имени. Но ясный ответ получила сама, будучи первокурсницей медицинского института, куда ее легко устроила мать, благодаря своим обширным связям. Алферова нашла у матери старый альбом с фотографиями, из которого и поняла, что она названа в честь своей бабушки, татарки по национальности. Ей уже нравилось ее редкое и, по мнению сокурсников, красивое имя.

После занятий девушка покупала бутылку и шла домой. Заперев дверь, тонкой иглой шприца аккуратно проколов пробку, она вводила в вино препарат, совершенно безвредный в определенной дозе, мгновенно вызывающий крепкий сон. Лишы дважды приведенные матерью мужчины отказывались от вина, и доставали коньяк. Так продолжалось почти год. Перед зим ней сессией мать привела красномордого, здоровенного мужика. Он вызвал у Нурии физическое отвращение, и, чтобы не оплошать, она увеличила дозу. Мужчина оказался крепким только внешне. Сделав всего один глоток, он захрипел и, выпучив глаза, грохнулся на пол. Девушка позвонила матери и вкратце сообщила о случившемся. Та приехала быстро вместе с грузным, седоватым мужчиной. Красномордый умер. А Нурия стала зависеть от добродушного на вид, но жестокого по своей натуре Петровича, который именно в этот день оказался в Ленинграде. Выяснилось, что мать давно работала на него.