Нанопанк
Шрифт:
Искусственный интеллект справился быстро, но это не утешало. Судя по схемам, Вадим ошибся в расчётах. Который раз пошёл по неверному пути.
– О, нет!
– Инженер схватился за волосы.
– Ну почему! Идиот, не углядел!
Звонок нейрофона показался спасительной ноткой. Вадим услышал приятную мелодию «Битлз», а в мысленном потоке возникла отчётливая, но ненавязчивая картинка с изображением звонившего.
– Таня, есть проблемы?
– спросил он, стирая с воздуха бесполезные формулы.
– Просто я счас немного занят…
– Вадим Александрович, можете заглянуть ко мне ненадолго?
– отозвался приятный женский голос.
– Я хочу кое-что с вами обсудить. Это срочно.
– Сто раз говорил, не называй меня так, - проворчал инженер.
– Меня коробит от этого.
– Но вы же мой начальник и я…
– Таня, ты мой лучший сотрудник. Мне бы твои мозги лет десять назад я бы уже построил межзвёздный двигатель. Так что без свидетелей можем общаться на «ты».
– Хорошо, Вадим. Зайдёте… зайдёшь ко мне?
– Через минуту. Только закончу работу.
Нейрофон перешёл в спящий режим. Полезная вещь, но как считал Вадим, недоработанная. Чип стоило обезопасить утроенной защитой безопасности. Ведь излучение от сотовой сети действовало прямиком в мозг. И чтобы там не говорили, минимальный вред – это тоже вред.
Вадим щёлкнул пальцами, отключая компьютер. Данные исследований по проекту шифровались. Он не столько боялся хакеров, сколько собственные коллег. Никто не должен знать о проекте, пока он не достигнет финальной стадии…
Дверь мягко скользнула в сторону. Система реагировала на хозяина кабинета, не пропуская никого, без предварительного разрешения Вадима. Датчики считывали ДНК при прикосновении к кожному покрову.
Инженер вышел в просторный коридор. Белый покров стен, лишь серая ковровая дорожка на полу помогала не раствориться в кромешном свете. На потолке висят длинные прямоугольные плафоны, излучавшие голубоватое свечение. Чем руководствовались дизайнеры Башни неизвестно, но Вадиму это напоминало представление о божьей обители на небесах. Он искренне надеялся, что верхушка «Нанотек» не настолько зазналась…
Вадим свернул налево, направляясь в сторону турболифта. Взгляд рассеяно скользил по темнеющим проёмам дверей, словно вылезавших из белых стен. Инженерный отдел занимал три этажа. Нужно спуститься вниз, проехать всего-ничего. Почему-то лестницы в Башне не построили. Не находилось даже аварийного спуска. «Нанотек» безоговорочно верил в свои технологии. При пожаре, или угрозе взрыва, людей эвакуировали наверх, где их ждал спасательный челнок. Турболифты ни разу не выходили из строя, благо работали на совершенно новом типе энергии. Вадим самолично изучил чертежи электромагнитного движка. И был покорён. Подобное устройство годилось разве что для звездолётов в далёком будущем…
Коридор выглядел пустым, но лишь на первый взгляд. Не прошёл Вадим и десяти шагов, как чуть не столкнулся с круглым металлическим шаром, летевшим навстречу. Робот-уборщик противно пискнул, прожужжал над ухом и исчез за поворотом.
Двое лаборантов в белых халатах что-то бурно обсуждали. То и дело речь прерывалось взрывом хохота. Заметив Вадима, тут же замолкли и вытянулись по струнке.
– Вы бы лучше за роботами последили, - сделал замечание Вадим.
– Носятся по этажу как заведённые…
– Простите, Вадим Александрович, - затараторили оба.
– Мы вышли на пять минут, перекур…
– Анекдоты травили?
– нахмурился старший инженер.
– Если бы, - бросил лаборант с веснушчатым лицом.
– Программисты с нижних этажей такое учудили…
– И что опять натворили эти хакеры недобитые?
– Вадим сложил руки на груди.
– Снова заставили главный компьютер гавкать?
– Разработали программу для голопроектора, - невинным тоном отвечал другой лаборант, с щёточкой усов под длинным носом.
– Можно создать любую девушку и заставить её делать всё, что ты захочешь… Эффект полного погружения. Выглядит реалистичнее настоящей…
– Тьфу ты!
– Вадим хлопнул себя по ноге.
– Задроты несчастные! Сто раз говорил Черкизову, чтобы не набирал подростков. Не хватало ещё порно на рабочих местах! По-вашему, почему Корпорация запретила использовать голограммы для подобных целей? Чтобы придурки не сидели дома, а встречались с РЕАЛЬНЫМИ женщинами.
Лаборанты что-то невнятно забормотали. Но Вадим не стал слушать. Пошёл дальше, стараясь не выдавать гневных чувств.
Кабина турболифта мигала разноцветными лампочками. Вадим остановился возле прикрытых створок дверей. Перед головой возникла картинка с номерами этажей. Он нажал нужную цифру и голограмма исчезла.
Двери отворились, открывая вид на просторную кабину, облицованную лакированным деревом. Вадим зашёл и чуть не споткнулся о сидевшую на корточках девушку.
– Ой, - бросила незнакомка, вставая с колен.
– Простите…
Вадим рассмотрел мокрое от слёз лицо. Тушь растеклась грязными пятнами, то и дело шмыгает маленьким носиком. В глазах застыло выражение растерянности и страха.
– Галочка?
– произнёс он.
– Что с тобой?
– Меня уволили, - пробормотала девушка и новая волна слёз вылилась из глаз.
– Без выходного пособия, без шансов восстановиться…
Двери лифта закрылись. Путешествие заняло пару секунд. Но Вадим встал в проёме, не давая кабине отправиться дальше.
Он прекрасно помнил ту историю. Молодая женщина пришла в «Нанотек» с рядовой просьбой – привить сыну нанитов. Конечно, с тех пор, как за это стали требовать плату, всё стало несколько сложнее. Начальство руководствовалось мнением, что люди способны найти пустяковую сумму. Двести пятьдесят долларов за базовый пакет – копейки. А ведь вначале прививали ничего не требуя взамен, обеспечивая народ безграничным здоровьем. Но месяц назад ввели жёсткие рамки, мол не хватает денег на строительство новых объектов.
Как бы то ни было, женщине отказали. Галочка работала секретарём на ресепшн, проверила данные и потребовала подписи обоих родителей. Мать отказалась, стала умолять войти в положение и спасти сына от неизлечимой болезни. В итоге – охранник силой выпер её из Башни. А дальше – хуже. Женщина обратилась к помощи рядовых хакеров, торговавших нанороботами. Сын подвергся мутации и скончался. Мать сошла с ума и пребывает в доме для душевнобольных.
– Это я во всём виновата, - затараторила девушка, вытирая лицо рукавом красной блузки.
– Мальчик погиб потому что я отказала… наплевала на ребёнка! Как мне жить с этим… я понимаю, заслужила это… но чёрная метка…