Чтение онлайн

— Ну, Самохин сказал, что так, — кивнул Загорский.

— Так вот, Самохин хочет наладить контакт с напавшими. То есть он хочет ликвидировать Красноторовскую колонию, вступив в сговор с этими пришельцами, кем бы они ни были. Именно для этого ему и нужен тот туннель.

— Да с чего такие дикие выводы? — поморщилась Рита.

— С многолетних наблюдений, сестренка. Самохин боится Стечкина. Боится его авторитета, который имеет вес даже тут, далеко от колонии. И силы его боится. С ним, со Стечкиным, остались самые закаленные, умелые и верные морпехи-балтийцы. А это, знаешь ли, та еще силища. И вот тут Самохин увидел призрачный шанс избавиться от опасного конкурента, который к тому же не оставляет попыток договорится о переселении его колонии сюда со своей зараженной территории. Понимаешь?

— Ну допустим. Хотя мне все это кажется притянутым за уши. Ну, а тебе какое до всего этого дело, а Тигро?

— Черт возьми, Ритуля, я старший сержант Вооруженных сил России! И речь идет о моих братьях по оружию!

— Слушай, но ведь Самохин, майор той же самой армии? — пожал плечами Загорский.

— Ай, да брось ты! — поморщившись, взмахнул рукой Баграмян. — Все знают, что как офицер он… ну… то самое, что сейчас выдавил из себя этот потс, — и он снова пнул лежащего на полу.

— И что ты теперь намерен делать? — Рита скрестила руки на груди.

— Как что, — Тигран наклонился и с презрительным видом отстегнул связку ключей от пояса Борщова. — Сейчас мы выпустим ребят и на их бронетранспортере поедем в Красноторовку, предупредим Стечкина. Заодно, может, ему моя помощь понадобится.

— Ты хоть понимаешь, что можешь спровоцировать войну между нашими общинами? — нахмурилась женщина.

— Вовсе нет. Как раз если я возьму инициативу в свои руки, то этого не случится. Все кончится смещением Самохина и его арестом. Давно пора тут порядок навести. А этот майор переступил черту, к которой даже приближаться не следовало.

— А ты знаешь, где они заперты? — спросил Александр.

— Конечно. Тут ключи от подсобок и гостевых комнат для делегаций извне. А эти помещения вдали от жилых казематов. Очень удобно, кстати, держать там пленников в тайне от всех. Рита.

— Что?

— Ты знаешь, как привести в чувства людей, которых накачали желтым мхом?

— Ну… — она пожала плечами. — Зависит от дозы. Может нашатырь помочь. И холодная вода.

— А у тебя есть нашатырный спирт?

— Конечно.

— Так. Значит, идем к тебе и потом освобождаем пленников. Ну и в чувство их приводим.

— А с этим что делать? — Загорский указал на Борщова, который что-то промычал в своем трансе.

— Надо его на кровать положить. На каменном полу еще воспаление заработает, — вздохнула Рита.

— На кровать? — голос Баграмяна выражал неописуемый протест. — Да его даже в помещении этом оставлять нельзя! Провоняет все.

— И что ты предлагаешь?

— Есть идея.

Тигран подошел к дальней от входа стене и сорвал висевшее там матерчатое полотно.

— Ой, а где стена? — удивленно произнесла Рита, глядя на чернеющий свежий пролом в древней кирпичной кладке. — Ребята, что со стеной случилось-то?

— Она упала, — ответил Тигран, хитро улыбаясь. — Так, Санчо. Бери его за ноги, а я за руки, и перенесем сюда. Пусть тут смердит.

— А чего это я за ноги? Там воняет.

— Ну, черт тебя дери! Ладно, давай я за ноги.

Они потащили невероятно воняющего Борщова в потайную комнату. Рита светила лампой, подняв ее повыше.

— А что в тех ящиках? — удивилась она, когда тусклый свет лампы выхватил из мрака деревянную тару, аккуратно сложенную в тайнике.

— Да консервы какие-то немецкие. С войны еще. Ну, с Великой Отечественной я имею в виду… Так, Саня, давай в тот угол. Подальше, чтоб не воняло в хате…

— Да вы что? — снова возмутилась Рита. — Не кладите его на сырой пол!

— Ну ладно. Сань, давай на ящики его…

— А если он будет ворочаться и упадет оттуда да сломает себе что-нибудь? — прокряхтел Загорский.

— Ну, черт возьми, друзья, что же вы все из мухи слона-то делаете, а? — вздохнул Тигран. — То то не так, то это не эдак.

— А вот нечего было его чувств лишать, — покачала головой женщина.

— У него их и не было. Ну так что делать-то с ним предлагаете?

— Погоди, — Александр опустил свою часть ноши на пол. — В моей каморке старый матрас был. Постелим на полу, и пусть лежит на нем.

— Не жалко? — хмыкнул Баграмян.

— Так он на матрасе будет. Матрас толстый. Не простудится, — развел руками Крот.

— Ну, так я про матрас тебе и говорю, дурилка. Матрас не жалко?

— Чего его жалеть? Он старый и грязный. Только моль к себе привлекает. Личинок там, небось… Давно его выбросить собирался.

— Ну, тащи давай. Время идет, — перебил его Тигран.

Прибой лениво шелестел за бронелистами боевой машины. Погода была совершенно спокойной. Но даже она не предвещала ничего хорошего любому человеку, решившему в эти предрассветные минуты пройтись по пляжу балтийского побережья Земландского полуострова.

С моря тянулся практически непроницаемый туман желто-ржавого цвета. Казалось, он остановился плотной стеной над линией прибоя. Но это была лишь оптическая иллюзия. Туман уже давно заполз и на берег. На востоке горизонт уже загорелся багряным заревом, но отсюда восход не видно. Лишь алый блеск в подбрюшье облаков говорил о возвращении солнца после ночных блужданий на той стороне земного шара. Пляж еще был в тени. Черные силуэты деревьев причудливо проявлялись в тумане своими зловещими тенями.

— Чертов живописный пейзаж, будь он неладен! — проворчал Колесников, глядя в перископические смотровые приборы бронетранспортера.

— А крабы ушли? — прошептал один из бойцов.

— Нет. Бродят по песку. Следы ребят ворошат. Это хорошо. Пусть ворошат.

Солнце поднималось все выше. Алые облака стали розоветь. Небо прояснялось на глазах, а туман словно становился все ниже и желтее. Даже слегка прозрачнее.

— Командир, а мы тут надолго? — послышался недовольный голос другого бойца.