Чтение онлайн

 Архин долго не отвечал, размышляя над сказанным. Кругх был прав, теперь все, кто помнят то собрание, встанут на его сторону.

– Где твой отец? – спросил Архин, пытаясь понять сложившуюся вокруг ситуацию и решить, что делать дальше.

– На собрании шаманов, – ответил Кругх, удивившись вопросу друга. – Их Грох созвал, чтобы решить, что делать дальше. Думаю, они изберут нового верховного шамана, чтобы успокоить народ.

– Не уверен. У Гроха наверняка существует влияние на круг шаманов. А даже если изберут нового…, – задумался Архин на мгновенья. – Не считаю, что многое изменится. Главный кандидат на роль верховного шамана после Гроха – твой отец. Как думаешь, как он поступит, чтобы вернуть доверие индулов? Ведь родственники многих сейчас находятся на острове.

– Самое очевидное – согласиться на союз, - ответил Кругх. – Хотя прав, – добавил он чуть позже, – Грох может не позволить, как бы там ни было, среди шаманов его влияние сохранилось, пускай и ослабло. Грох слишком упёрся в идею покончить с эльфами раз и навсегда, думаю, его не остановят ни пленники на острове, ни посох Амбассора в руках эльфов.

– Это меня и волнует, – пояснил Архин, – среди пленников на острове находится мой отец и находится там по моей вине. Я не допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось.

– Что собираешься делать?

– Не вижу другого выхода, кроме как убрать с пути Гроха. Твой отец без вмешательства Гроха согласится на союз с эльфами.

– Думаю, да, – неуверенно ответил Кругх. – Только тебе не кажется, что убийство Гроха чересчур кардинальное решение?

– Есть другие предложения?

– Нет. Точнее, да. Можно попытаться просто полностью отстранить его от решения каких-либо вопросов, разжаловать из шаманов за нарушение воли Вайленда, – предложил Кругх.

– Ты уверен, что другие шаманы поддержат нас?

Кругх покачал головой:

– Сам подумай, что будет, если ты убьешь Гроха.

– Что будет? Простые индулы-воины и кузнецы меня поддержат, а шаманам будет деваться некуда. В крайнем случае, стану вождём племени.

– Что? – посмотрел Кругх на своего друга, будто перед ним стоял слабоумный. – Ты прекрасно знаешь наши правила: вождём может быть лишь шаман.

– Ты должен понимать, что устои Ардыка нарушил Грох. Если видение было истинным, Вайленд сам изъявил желание, чтобы во главе племени встал воин.

– То есть ты? – уточнил Кругх. – В твоём видении Вайленд просил тебя занять место Гроха.

– Да, – ответил Архин, решив не рассказывать о миссии, которую поручил ему бог.

– Так, стоп. Подожди… Подожди… – торопливо заговорил Кругх, пытаясь обдумать сказанное, – А ты видел Вайленда или слышал его голос?

– Видел, – ответил Архин.

– В таком случае, возможно, обойдётся без кровопролития. Видишь ли, те шаманы, которых посещало видение, не распространяются другим о внешнем виде Вайленда, чтобы можно было проверить подлинность того, что к шаману действительно являлся Вайленд. Поэтому к голосовым посланиям Вайленда относятся прохладнее. Давай дождёмся окончания совета круга шаманов и отправимся к моему отцу, он видел Вайленда, если его облик подтвердится, он поможет нам.

– В чём поможет?

– Как в чём? Сделать тебя нашим вождём. Если уж на то была воля Вайленда, против неё папа точно не пойдёт.

– То есть ты веришь, что Вайленд приходил ко мне?

– А почему нет? Врать тебе резона нет. Да и, откровенно говоря, один раз я тебе не поверил, после целый год об этом жалел. Так что? Идём ко мне домой? Ждать папу?

– Пошли, – согласился Архин.

Друзья отправились в пещеру Кругха, непринуждённо обсуждая последние события, забывая о недоразумении, произошедшем год назад и надолго разлучившем их.

В пещере они провели более часа, ожидая Аруха, шамана из круга и отца Кругха. За это время друзья рассказали друг другу всё, что произошло с ними за время разлуки, перебрали все темы, что могут обсуждать два друга, не разговаривавшие целый год.

Кругх с раскрытым ртом слушал рассказ Архина о встрече с эльфами на острове и после осудил друга за столь рискованный шаг, сделанный лишь из-за желания разоблачить лжепосланника, но Архин пояснил другу, что враг становится другом, если у тебя и у него общие цели. Рассказывать Кругху о доброте эльфов было бессмысленно, никто в Ардыке не поверит в их милосердие, даже если Ирена согласится на союз с индулским народом, без каких-либо серьезных требований к существам помогавших Амбассору. Сам же Архин, когда шёл к острову, надеялся лишь на то, что эльфы поймут его тогда, когда не смогли понять сородичи и поверят в то, во что не поверил бы он сам, будь на их месте.

Отец Кругха пришёл в пещеру, когда Архин с другом начали скучать и просто сидеть в ожидании, разглядывая замысловатые узоры из царапин, оставшиеся после раскопки пещеры из остывшей лавы.

– Что решили? – встретил отца вопросом Кругх.

– Ничего, – отец друга был не в духе, и это обнадёживало Архина. – Грох упёрся, – после этих слов уверенность в сердце индула обрела опору, – и не желает уступить эльфам. Хотя сейчас у нас нет другого выхода. – Тут он заметил, что в пещере кроме сына находится кто-то ещё. – О, Архин! Ты извини, что тогда так вышло, сам знаешь, репутация у Гроха была безупречной. Рад, что ты зашёл. Видимо, всё понимаешь.

– Да, понимаю, – кивнул Архин, – Арух, видите ли, я пришёл по делу.

Архину показалось, что в глазах у шамана мелькнула надежда, а его злость, будто водой смыло.

– Догадываюсь я, какие у тебя дела, – заговорщицки посмотрел Арух.

– Нет, пап, не догадываешься, – встрял Кругх в разговор, который Архин успел спланировать на пару реплик вперёд, – он говорит, что к нему являлся Вайленд!

– Вайленд? – не поверил Арух.

– Да, Вайленд, – повторил Кругх.

– Архин, это правда? – вмиг посерьёзнел Арух.

Архин кивнул.

– Я тебя не буду спрашивать, о чём он говорил. Мне больше интересно другое, как он выглядел?

– Он имел человеческий облик, – начал описывать Вайленда Архин, – с черными точками на лице и серыми волосами. Волосы были длинные, до плеч. – Индул замолчал, пытаясь вспомнить какие-то особенности внешнего облика явившегося к нему божества, но так и не смог. Для него почти все эльфы и люди были слишком похожи друг на друга, чтобы выделять в них что-то конкретное. Лишь общие черты, которые невозможно описать.