Чтение онлайн

Он сидел с ней все время, пока девушка не пришла в себя, после чего коснулся ее своим рогом и ушел в лес. Через некоторое время я снова увидел девушку. На этот раз я решил заговорить с ней, но как только я вышел к ней, она растаяла в воздухе как видение. Каждый день я приходил на этот луг и смотрел, как она собирала цветы и травы. Сколько бы раз я не хотел к ней подойти, но она исчезала. И вот, в один день я встретил ее на шабаше, что для эльфа, тем более для принца, было строжайше запрещено. Это был день зимнего солнцестояния. Мы кружились в танце всю ночь напролет, и она окончательно покорила мое сердце.

Позже, отец узнал о моих походах на Лысу-гору и полностью отрезал меня от внешнего мира. Единственное место, где я был счастлив, – это была та маленькая полянка в священном лесу, где мы тайно встречались. Отец всячески старался прекратить наши встречи, но у него не вышло. Тогда он пошел на хитрость, которая изранила и погубила наше счастье. Он сказал, что даст свое согласие, отпустит меня и даже примет человеческую девушку, только при условии появления законного наследника эльфийской крови. И я принял его предложение, о чем жалею до сих пор».

В его словах было столько нежности и раскаяния. Девочка налила отцу чай, сняв барьеры и заклятия, и стала серьезной.

– Выходит, я твой первенец.

Леон засветился, однако девочка его радушия не разделяла.

– Это плохо, никто не должен знать о моем существовании. Тебе больше нельзя со мной видеться. Как только ты покинешь это место, больше не вздумай появляться.

Мужчина растерялся и промолвил:

– Как, за что? Я не хочу!

Хоть эльфы и были мастерами по части сокрытия своих чувств, но подобная ситуация полностью выбила эльфа из колеи. Девочка поставила чашку.

– Иначе, будет война! Эльфы не примут человека, а править должен перворожденный – это закон! В подобном случае может найтись другой, более правильный с эльфийской точки зрения, выход. Нет человека, нет проблемы.

Внутри Леона все похолодело, и он понимал, о чем говорит его дочь, но боялся того, как спокойно она об этом говорит.

– Я все понял.

Мужчина собрался и пошел к выходу, понимая, что больше никогда не увидит своей дочери. Напоследок, девочка крепко обняла отца и передала то, что хранила больше всего – кольцо покойной матери.

– Она хотела, чтобы оно было у тебя.

Мужчина принял его, надев вместо обручального, и ушел, растворившись в ночном лесу.

Домовой накинул шубу на плечи девочки.

– Не стой долго на морозе, иначе застудишься.

После он ушел, дав ребенку побыть наедине с собой.

В доме его уже ждали леший вместе с Ягой, и они заняли места за столом.

– Как прошло? – сухо спросил леший, но в его глазах скрывалось сильное и неподдельное любопытство.

Громко вздохнув, домовой сел за стол. Он не хотел сдавать хозяйку, тем более, столь личное, как разговор с отцом, но он также понимал, что с них станется вытащить нужные им сведения силой.

– Леон больше никогда не появится в ее жизни. Она молодец, стойкая, но я беспокоюсь за нее. Даже если Леон не придет, один из его сородичей может заметить сходство, тогда беды не миновать.

Ядвига съежилась, как от зубной боли, но тут же растянулась в улыбке.

– Пусть только попробуют. Через полгода Софии исполнится шестнадцать, ты знаешь, что это значит?

Домовой подпрыгнул от радости.

– Подготовка к перерождению, – это, как ты знаешь, самый волнительный и самый безрадостный период в жизни каждого мага. Каждый день это маленькая смерть, тело и кости меняются и очень быстро растут. Я уже молчу, что выпадают волосы и зубы, меняется цвет глаз и прочее. По окончании трансформации это будет совсем другой человек, и, надеюсь, ничем не похожий на родителей.

Леший воспарял духом.

– Полгода я смогу продержаться, но на крайний случай, волчью слободу подключу.

Домовой тоже хотел помочь.

– Каждый из нашей деревни глотку эльфу порвет, и если не за дело, так из профилактики. Возможно, вы не знаете, однако домовые знают все. Каждый из этой деревни, напрямую или косвенно, пострадал от бесчинств длинноухих и просто сдерживаются, чтобы вас не огорчить, а их детей не выгнали из школы.

Ядвига кивнула, погладив Василия, который тоже просочился на свет.

– На празднике можно объявить ноту протеста эльфам и назначить здесь семимильную зону тишины. За пересечение территории нашего села – незамедлительная смерть.

Кот зловеще улыбнулся.

– Эти высокомерные дурни не ведают истинное положение вещей, думают, что здесь обычное человеческое поселение. Они купятся и согласятся с нашими условиями, а потом, если вдруг что-то произойдет, мы не виноваты, да и Леон должен все прекрасно понимать.

Кот буквально из воздуха достал готовый договор о взаимном ненападении. Это был полутораметровый свиток, и в нем указывалось, что любой эльф, пересекший границу села, лишается всех статусов и регалий и становится бесправным и безликим перед судом старейшин села. Единственная возможность пересечь границу села и остаться в живых – это дозволение главы хартии вольных магов… Далее шли длинные регалии и статусы… Столь заковыристого содержания, что опознать в этом всем маленькую девочку, становилось просто невозможно, даже для эльфов.

– Такие договора скрепляются кровью или гербовой печатью, и мы не можем использовать ее кровь, а печати у нас нет.

Домовой вспомнил о кое-чем и растворился в темноте дома.

– Есть, вот она.

Это была деревянная печать, – с одной стороны было солнце, а с другой снежинка. Эту печать она создала сама, здесь ее магия, ее можно считать гербовой печатью? – спросил домовой.

Старичка начали кружить, как тут в комнату зашла София, и взрослые стушевались.

– Эм, мы тут, думаем, – начали они, однако девочка просто сняла шубу и пошла в свою комнату со словами: